«под снос». Дмитрий невольно подумал, что этому месту действительно бы не помешал хозяин. Только не тот, что придет сравнять все с землей и застроить очередными торговыми центрами и муравейниками высоток, а кто-то, кто сможет уловить сам дух этого места — оплота свободы, братства и чести.
Сидя на пассажирском сиденье, Фаркас чувствовал себя не в своей тарелке. План «шокировать принцессу реальностью» начинал казаться идиотским. Что она поймет в их мире? Увидит грязь, услышит мат и сбежит обратно в свой стерильный офис.
— Приготовьтесь, ваше высочество, — едко бросил он, когда автомобиль затормозил перед воротами с нарисованной эмблемой клуба. — Мы прибыли в чистилище, где каждый сам выбирает свой ад и рай.
Алена выключила двигатель и окинула взглядом территорию: заасфальтированный плац, двухэтажная строительная бытовка со складными стульями у входа, снятый с колес автодом, обклеенный фестивальными логотипами так, что все давно забыли какого он цвета, полуразобранный джип на подъемнике, пара здоровых ребят в замасленных комбинезонах, курящих на скамье у входа и с интересом разглядывающих незнакомую дорогую тачку.
— Уютно, — сухо констатировала Орлова, выходя из машины. Бежевые брюки с идеально отглаженными острыми стрелками и лакированные лоферы смотрелись здесь так же нелепо, как балетная пачка на боксерском ринге.
Из-под раритетной «Волги» цвета хаки выполз Серега, вытирая руки об ветошь. Увидев Дмитрия, приятель широко ухмыльнулся, но, заметив его спутницу, замер с открытым ртом.
— Димон! А мы уж решили, что тебя обратно в офисные клерки завербовали! — он пробасил, подходя ближе и нарочито размахивая грязной тряпкой. — Но если там в довесок к доплате таких красоток раздают, пожалуй, и я не прочь устроиться на полставочки. Здрасьте, барышня. Я — Сергей. А вас Дмитрий Юрич на углубленное собеседование привез с личным досмотром? Или нужна помощь шинки подкачать, да фары протереть?
Ребята за спиной Сереги сдержанно хохотнули. Алена, не моргнув глазом, пожала протянутую в шуточном приветствии грязную мужскую ладонь. Фаркас заметил, что хватка девушки была крепкой, уверенной — без предполагаемой брезгливости и жеманства.
— Елена. Юрист. Приехала оценить активы и адекватность цены, предложенной мэрией, — спокойный деловой ответ, словно они все еще беседуют в кабинете.
Орлова между тем осмотрелась и задержала взгляд на «Волге».
— ГАЗ-21? Никогда не видела вживую «акулью пасть», у моего деда была уже с так называемым «китовым усом»* (название решеток радиатора на «Волге» — ГАЗ-21). Дедушка так ее любил, что бабушка даже ревновала. А за этой красавицей плохо ухаживали — карбюратор сосет, как беззубая проститутка.
Хохот стих. Серега оторопело уставился сперва на девушку, потом на машину, потом на Дмитрия, который стоял с каменным лицом, пытаясь скрыть изумление.
— Как поняла? — пробормотал механик.
— По плевкам. Дед научил. В огороде копаться я не любила, потому скрывалась от бабушки в гараже, якобы помогала.
— А на самом деле? — подал голос Фаркас. Аленка открывалась с совершенно неожиданной стороны, и эта новая девушка определенно его чертовски интриговала.
— Мы играли в шахматы и шашки. Но чаще в «Чапая» и морской бой, — Орлова ответила между делом, переходя к трехколесному монстру, собранному, казалось, из обрезков бронепоезда.
— Господи, это же… — голубые глаза прищурились. — Это же когда-то была «Ява», да? У родителей в альбоме есть фото на такой. Папа гонял в молодости. Продали, как я появилась — типа не безопасно. Здесь третье колесо по той же причине — когда на двух уже удержаться не можешь?
Серега хрюкнул в кулак, подавляя смешок:
— Где ты такую цыпу откопал, Димас? Огонь-девка! А задний бампер вообще зачетный!
Алена медленно повернулась к мужчине, поджав губы и надменно выгнув идеально очерченную бровь. Но вместо того, чтобы обидеться или смутиться, выдала:
— Спасибо, Сергей. У тебя сцепление похоже тоже не барахлит, но про мой бампер забудь — ваш бюджет даже под капот заглянуть не позволит, только слюни подтирать, глядя издалека.
На этот раз громкий, раскатистый хохот раздался со всех сторон. Парни смотрели на гостью с откровенным восторгом. Орлова прошла проверку, оказавшись не просто куклой, а почти своей, даром что не мужик. Дмитрий наблюдал. Он видел, как маска бизнес-леди раскололась, выпуская наружу умную, острую на язык женщину, не боящуюся грязи и мужских шуток. Ту, что ответила на его поцелуй. Ту, что не боялась откровенных разговоров.
— Ты умеешь удивлять, — признал Фаркас, когда, обойдя мастерские, они остановились у дверей клуба.
Алена обернулась. Лед растаял, уступив место искрам веселья.
— Ты думал взять меня на слабо тремя механиками и одним похмельным поручиком Ржевским? — она кивнула в сторону Сереги. — Мило. Но я четыре года была юристом на отцовской верфи. А у моего отца весьма жесткие требования ко всем работникам. Даже к дочери.
Девушка замолчала, глядя, как Сергей что-то яростно доказывает своему напарнику, то и дело поглядывая в их сторону. Дмитрию показалось, что на внутренних весах юриста происходит взвешивание степеней откровенности, на которые он может претендовать. Алена прикрыла глаза и легким касанием кончиков пальцев помассировала виски, словно прогоняя головную боль. Когда она вновь заговорила, голос зазвучал непривычно тихо и мягко.
— Владимир Орлов считал, что начальники отделов должны быть в курсе всего процесса производства. Не важно, главный ты бухгалтер, руководитель проектного бюро или выпускница юридического. Однажды я висела в люльке за кормой, наблюдая, как красят борт ледокола. Боялась, блин, до слез, но делала вид, что все окей. Моя практика включала трудовые договора с грузчиками и переговоры с последующими контрактами на уровне Москвы. Если хочешь меня шокировать, придумай что-нибудь посерьезнее чумазых работяг и склада запчастей, и учти, что я каждый день плаваю с акулами.
Она повернулась, встречаясь с ним взглядом. А Дмитрий молчал, пораженный и восхищенный одновременно. Он готовился к бою, к противостоянию, к высокомерию и понтам. Но обнаружил женщину, которая оказалась в тысячу раз сложнее, сильнее и интереснее, чем он мог представить.
Он ошибся. Алена была не принцессой в башне из стекла и металла, и не узницей золотой клетки. Рядом с Фаркасом стояла королева, владеющая связкой ключей, один из которых, кажется, был от его сердца.
11 ночей до свадьбы. Алена
Насыщенный рабочий день наконец-то закончился. Незапланированная поездка с Фаркасом сдвинула график, и Орловой пришлось допоздна задержаться в офисе, разбирая накопившиеся дела и общаясь с клиентами. Домой на Крестовский девушка добралась, когда часы показывали половину двенадцатого ночи. Хотелось
