вздохнув, поднимаюсь с места.
И, да!
Я прекрасно знаю, что нельзя идти на поводу детских капризов.
Но ещё понимаю, что здесь ей на самом деле плохо, а я – никак не помогаю. Только все время требую у неё ещё немного потерпеть.
И увы, эти просьбы не заканчиваются.
Еду с ней на работу.
Снова держась за мои брюки, дочь топает со мной к отделению. Глаза заплаканные, нос красный, взгляд – до глубокой степени оскорбленный.
– Они хотеви убить Пауковника! – выговаривает мне.
– Я понимаю.
– А ты меня – к ним! Опять!
– Согласен, перспектива была так себе...
Радует, что во всем этом пиздеце хотя бы прослеживается четкая логика.
И я даже могу понять свою дочь!
Зажав сигарету в зубах, останавливаюсь на пороге, замечая, как к отделению подъезжает очередной бобик.
А вот и новые гости!
Вдвоем с Лисой смотрим, как из машины выводят молоденькую девчонку.
Два опера хватают её под руки, прямо как матёрого преступника, и ведут к отделению.
– Ну что? С возвращением в родные края, Берская! – ржет один, стреляя в неё глазами.
Девочка–то красивая...
– А то мы уж думали, ты про нас забыла... Не заходишь совсем. Мы даже соскучились! Пойдем–пойдем...
Ага, местная звезда, значит.
И Лиса, навострив свои уши, тут же поднимает вверх Полковника...
– Опусти – тыкаю в него пальцем.
Но Полковник снова упрямо выглядывает из–за моей ноги.
Дочь моя – выглядывает следом за ним, подчеркнуто не обращая на меня внимания.
– Лиса–а – зыркаю на неё предупреждающе. – Здесь мы никаких мам не ищем.
– Почему?!
– Нет здесь хороших человеков. Поняла? Так что – никаких поисков.
Но суровый взгляд не срабатывает.
И Лиса моя, так же хмуро глядя мне в глаза, резко разжимает свою ладонь, больше не оттягивая мне брюки.
Принципиально.
Бочком делает пару шагов от меня, в сторону...
Мол "ну и ладно, обойдусь без тебя как–нибудь. Поиски матери – в приоритете."
Та–ак....
Ясно!
Бросив недокуренную сигарету в урну, скорей сгребаю дочь в охапку и уношу к себе в кабинет.
– От греха подальше... – бормочу себе под нос. – И не рычи мне там!
Глава 3 Новости из Шервудского леса
Василиса
– Ну что? С возвращением в родные края, Берская! А то мы уж думали, ты про нас забыла. Не заходишь совсем. Мы даже соскучились! Пойдем–пойдем...
Ага, соскучились они, как же...
Тяжело вздохнув, переступаю порог полицейского участка.
Да, к сожалению, все правильно.
Берская – это я.
И сейчас всё дело в том, что я снова в полиции.
Как я сюда попала?
Вопрос уже почти риторический.
Всё дело в том, что я – это я. И этим, обычно, можно объяснить любое неприятное происшествие.
– Товарищ дежурный! Но вы же знаете... – начинаю аккуратно.
– Что ты опять не виновата?
– Так точно! – уверенно отвечаю я.
Смеются.
– И что на этот раз случилось в Шервудском лесу? – спрашивает меня дежурный.
В полиции ко мне относятся хорошо.
Даже очень.
Иногда мы с этими ребятами пересекаемся в поисковых отрядах.
Например, когда ищем пропавших детей.
Я – как волонтер, они – как официальная контора.
– Да соседка у меня... С придурью! Детей не кормит. Все на водку спускает. Ну я у неё деньги и забрала.
– Что ещё?
– Ну, припугнула для верности. Но пальцем не тронула, клянусь! А все деньги её старшей дочке отдала, которая за мелкой смотрит. Вы у неё спросить можете! Она как раз иск в суд подала, чтобы опеку оформить!
– Спросим – со вздохом.
– А на свои деньги я малышке смесь молочную купила, пюре, подгузники тоже... Знаете, как все это дорого?
– Не–а. В душе не чаю.
– Очень дорого, товарищ Маркарян! У меня чек в куртке. У девочки аллергия на обычные подгузники. Ей японские нужны! Они гораздо дороже. А купишь другие – плачет. Кожа краснеет. Я по ночам слышу!
– Это не повод брать чужие деньги, Вась. Вот вообще ни разу.
– А что прикажете? Молча все это слушать каждую ночь? – спрашиваю возмущенно.
– Дальше.
– Ну, а дальше она на меня заявление и написала... Её мужик побил, с которым водку пила, а написала, что я. Ну и, что деньги у неё украла – тоже.
– Но ты ведь украла.
– Тут важны нюансы, товарищ дежурный! Семейный бюджет не пострадал. Пострадал только Алкомаркет.
Ребята вздыхают, устало переглядываясь между собой.
– Берская, мало нам перед Новым годом работы было... – возмущается один из оперов.
– И без тебя завал! – добавляет дежурный.
– Ну простите... – скромно отвожу взгляд.
И вдруг замечаю, что за мной следят.
Из ближайшего кабинета заинтересованно выглядывает маленькая девочка в смешной шапке с заячьими ушками.
Заплаканная, что ли?
Глазки блестят, взгляд обиженный.
Бедняжка...
Улыбаюсь ей.
Оп!
Маленький шпион тут же резко прячется.
Теперь из проема торчат только два больших ушка от шапки.
Через пару секунд девочка снова медленно выглядывает. На этот раз – вместе с игрушкой–сообщником.
Прищуривается, хмурит бровки...
Оценивающе оглядывает меня с головы до ног.
– Эх, Васька... Хороший ты человек, но дура немного. Вот здесь подпиши – протягивают мне бумаги.
У мелкой глаза вдруг становятся как две огромные плошки.
Медведь падает из рук.
– Ховоший....чевовек... – шепчет шокировано.
Сглатывает...
И смотрит на меня так, будто у меня над головой ангельский нимб и сверху на мой стул падает поток божественного света.
– Лиса! – слышу вдруг грозный окрик из кабинета.
Девочка в суете быстро прячется в кабинете, и тут же снова распахивает дверь, вспоминая про упавшую игрушку.
Поднимает её, глядя мне в глаза.
И смущенно, но с ноткой коварства поглаживает дверь.
– Хи–хи...
Снова прячется...
И явно продолжает смотреть через крохотную трещину в двери.
Но потом кто–то там, внутри, аккуратно закрывает дверь, прерывая
![Я дрался в Новороссии! [сборник] - Федор Дмитриевич Березин](/uploads/posts/books/426466/426466.jpg)
