слова Ника.
Я переворачиваю Скай на живот, кладу руки на бедра и притягиваю ее зад к себе. Я хочу ее слишком сильно, чтобы мыслить здраво, чтобы думать о чем-то, кроме ее тела, изогнутого передо мной.
— Да, — выдыхает она, выгибаясь.
Никогда я не надевал презерватив быстрее, чем сейчас, под требовательным взглядом Скай.
— Жестко, — рычит она.
Дважды повторять не нужно.
Толчок внутрь нее кажется раем, мы оба стонем от этого ощущения. Она до предела влажная, такая узкая, и, черт возьми, я мог бы делать это вечно. Трахать ее бесконечно.
Но не могу. Каждый глубокий толчок усиливает ощущение, нужду внутри меня, и в этот раз долго не продержусь. Слишком хорошо. Я сжимаю ее бедра — идеальная точка опоры, — но тут же бросаю их ради округлой задницы. Наблюдаю за тем, как вхожу в нее и выхожу. Слышу вскрик, когда вхожу до самого конца.
— Коул, — жалобно стонет она, сжимая в кулаках покрывало. Скай падает вперед на локти, сводя ноги, отчего я чувствую ее еще теснее. Это стирает все мысли.
— Хорошая девочка, — рычу я, вбиваясь в нее жестче и быстрее, отдавая всего себя, вцепившись руками в ее волосы, и вот Скай уже стонет, я теряю контроль, ее тело такое прекрасное, сам по-прежнему чувствую ее вкус на языке, и это конец. Я изливаюсь, сжимая ее бедра, вжимая Скай в постель, застряв глубоко внутри.
Она всхлипывает, уткнувшись в покрывало.
— О боже мой.
Я упираюсь руками в кровать, полностью накрывая ее своим телом, и пытаюсь сосредоточиться на дыхании. Как получается, что каждый раз, когда ее трахаю, это лучше предыдущего?
— Ты в порядке?
Я хмыкаю и выхожу из нее, отбрасывая презерватив.
— Я как раз собирался спросить тебя об этом, — я падаю на кровать, дыхание сбито. Она переворачивается на спину рядом со мной.
— Да, — Скай выглядит не лучше: руки и ноги раскинуты в форме звезды, взгляд прикован к потолку. — Вау. Это было...
— Чертовски нереально, — бормочу я.
— Да, пожалуй, точное определение.
Я смотрю на нее. Покрасневшая кожа, остекленевшие глаза. Прекрасные волосы рассыпались по кровати, как коричневый шелк.
— Не слишком жестко?
Она качает головой так энергично, что я невольно улыбаюсь.
— Нет. В самый раз.
— Ты ощущаешься невероятно, и на ощупь, и внутри. Я каждый раз удивляюсь, как вообще удается хоть немного продержаться.
Скай поворачивается ко мне, в ее глазах читается смущение вперемешку с весельем. Неужели она не привыкла и к комплиментам во время секса? Если так, возникают большие вопросы к мужчинам, которые были до меня.
— Это тот самый момент, когда я должна похвалить твой член?
Я смеюсь, дотягиваясь и щелкая ее по аккуратному носику.
— Только если сама этого хочешь.
— В таком случае, я бы сказала... — резкий звук телефонного звонка разрезает воздух. Мелодия... знакомая. Скай резко садится.
— Это что? — спрашиваю я. — У тебя на рингтоне тема из сериала «Офис»?
— Да, — она рыщет в карманах платья и выуживает побитый старый айфон. — Привет, Айла.
Я закидываю руки за голову и в открытую подслушиваю.
— Да, ужин завтра в семь. Я могу...
Выражение лица становится непроницаемым от того, что говорит Айла. Щеки, и так раскрасневшиеся от секса, становятся темно-красными.
— Ты невозможна.
Тот, кто на другом конце, явно не в восторге от этих слов. Скай отворачивается от меня, всё еще обнаженная, волосы длинной завесой на спине. Великолепная сотрудница книжного: умная, сильная и храбрая.
— Ладно. Да, конечно. Хочешь, чтобы он тоже остался у меня?
Пауза.
— Да. Хорошо. Я заберу его в шесть. И, Айла... Постарайся не слишком безумствовать на этих выходных, ладно?
Скай вешает трубку, на прекрасных губах играет недовольство. Оно ей не идет.
— Кто бы это ни был, — заявляю я, — он идиот.
Она удивленно смеется.
— С чего ты это взял?
— Назовем интуицией.
— Что ж, не могу не согласиться.
— Сестра?
Скай кивает.
— Завтра сижу с Тимми. Сама эта часть меня ничуть не беспокоит, но то, что она сливается с ужина с мамой — это не круто. Особенно... — Скай замолкает, качая головой. — Не хочу утомлять тебя. Это глупости.
Это не звучит как глупости, но я не настаиваю. Вместо этого наблюдаю, как Скай застегивает лифчик. Прощайте, груди, думаю я. До следующего раза. Я натягиваю брюки и с интересом наблюдаю, как она ищет трусики.
— Куда ты их забросил?
— Без понятия. Меня больше интересовало то, что под ними.
Скай снова краснеет.
— Ну, они мне всё-таки нужны.
Я помогаю в поисках и наконец нахожу трусики на своем комоде. Вручаю их с торжественным жестом.
— Прошу, мисс.
— Спасибо.
Мы выходим в гостиную, Скай молча застегивает пуговицы.
— Завтра рабочий день, — говорю я, — но я никогда не выгоню тебя после секса. Оставайся столько, сколько захочешь.
Ее улыбка становится кривой.
— Чтобы мы могли заплетать друг другу косички?
— Хм. Может быть, устроим бой подушками?
— В первой игре преимущество у меня, во второй — у тебя. Справедливо.
— Вполне, — я засовываю руки в карманы, всё еще без рубашки. — Кстати, я уезжаю на несколько дней.
— Уезжаешь? — она подходит ближе, и я протягиваю руку, пропуская прядь ее волос сквозь пальцы.
— Да, по делам. Вернусь к вторнику.
— Собираешься покорить еще кусочек мира? — глаза с вкраплениями орехового цвета выглядят точно так же, как в баре отеля в ту первую ночь. Насмешливо и уверенно, без следа неприязни. Так, как мне нравится больше всего.
— А как думаешь, чем я зарабатываю на жизнь? — я кладу руки ей на талию. — Пожалуй, не буду переубеждать; в твоем воображении я звучу куда более могущественным.
Она смеется, обвивая руками мою шею.
— И более эгоцентричным.
— Еще одно отличное слово.
— Мой словарный запас тебя заводит, да?
Я откидываю ее голову назад и запечатлеваю серию медленных, пробирающих до дрожи поцелуев на губах.
— Определенно.
Она отвечает на поцелуй — мягкий, теплый, манящий.
— Тогда возьми с собой в дорогу словарь синонимов.
Я сжимаю в руках ее задницу.
— Он и вполовину не так привлекателен, как ты. Сплошные острые углы и никаких изгибов.
— Спасибо, что сравнил меня с книгой в мою пользу, — она соскальзывает руками по моей груди и заканчивает поцелуй улыбкой.
— Я знаю, что в твоей системе ценностей это высший комплимент.
— Вернее, чем ты думаешь.
Я прислоняюсь к стене и наблюдаю, как Скай нажимает кнопку вызова лифта. Она снова выглядит прилично — милая в сапогах и платье, — но ничто не может скрыть «только-что-трахнутость» длинных волос, великолепных и растрепанных.
— Не скучай слишком сильно, пока меня не будет, — бросаю я.
Она заходит
