причине. Правда, Андреа подозревала, что дело не только в работе. После развода всякий раз, как их с Эммой родители оказывались в одной комнате, происходящее напоминало поле боя. Смогли бы они выдержать и не вцепиться друг другу в горло на протяжении недели? Зная обоих, Андреа сильно в этом сомневалась.
Прошлое
Андреа выгадывает момент, когда мать запирается у себя, а Эмма еще находится в школе, и набирает рабочий номер отца. Раньше она неоднократно пыталась звонить ему на мобильный, но он не отвечал. Может, было некогда. Может, стыдно.
Ей отвечает отцовский ассистент, Мэтти.
– Андреа, солнышко, – говорит он, будто ей все еще двенадцать лет, и Мэтти показывает ей, как собирать пасьянсы на своем компьютере, пока она ждет отца в приемной. – Он сейчас на совещании, а потом сразу уезжает на деловой ужин. Я передам, что ты звонила, но ты уж не обижайся на него, если он забудет перезвонить.
Мэтти работает на отца много лет, он очень хороший ассистент, и врать умеет тоже очень хорошо.
– Ладно, спасибо, – говорит Андреа. – Но ты передай, что я очень скучаю.
Если честно, она уже и не ждет ответного звонка, но вечером в тот же день телефон разрывается трелью.
Она первая успевает поднять трубку и дает знак Эмме, что ее звонок не касается.
– Привет, дочка! – говорит отец неестественно жизнерадостно. – Как у тебя дела? Ты извини, уже поздно, у меня мало времени с тобой поболтать.
Андреа набирает в грудь побольше воздуха и начинает рассказывать обо всем, что наболело. О ненавистной школе, где ее считают выскочкой, о ненавистном городе, в котором все вдруг стали пристально следить за всеми, о сообщениях от друзей из Нью-Йорка – оказывается, они прекрасно живут своей жизнью без нее, хотя и обещали очень скучать и терпеливо ее ждать.
За потоком жалоб она не слышит, что к разговору присоединяется третий.
– Андреа, довольно, – строго отчеканивает мать, поднявшая трубку второго телефона, наверху. – Ему нет дела до тебя и твоих проблем. Ему вообще нет дела ни до кого, кроме него самого и его работы!
– Филлис! Хватит настраивать ее против меня, дай нам поговорить спокойно.
– Это я настраиваю? Она не дура, и сама способна…
Андреа слушает несколько минут их ругань, а потом вешает трубку на рычаг и уходит в свою комнату.
Настоящее
К сожалению или к счастью, сочинить письмо Эмме с отказом оказалось так же сложно, как и составить план поездки. За пару недель до свадьбы и то, и другое оставалось примерно на одном и том же этапе – никаком.
Раньше Андреа казалось, что стоит пережить сложный, напряженный период на работе, и она сможет заняться всем тем, что откладывала на потом. Но это было иллюзией. Каким-то образом чужих обязанностей у нее стало еще больше. Хотя ей не приходилось возвращаться домой к полуночи, теперь она дорабатывала из дома. Вносила юридические правки, собирала и обрабатывала заявки на снабжение, выслушивала претензии.
Это… выматывало. Намного сильнее, чем когда она занималась только своими профессиональными задачами, пусть и двадцать четыре на семь. Она даже осторожно озвучивала проблему мистеру Роджерсу, на что получала один и тот же ответ: «Хороший руководитель должен уметь все». Она понимала, что таким образом ее готовят к повышению. Но уже сильно сомневалась, что доживет до него, вкалывая с такой нагрузкой.
Эмма позвонила сама. Позвонила в тот момент, когда последнее, чего хотелось, это с кем-то разговаривать. Андреа уже почти дремала в кровати. Прикрытый ноутбук лежал рядом, на соседней подушке, и терпеливо ждал, когда ему уделят еще немного времени. Но надежный план «поработать еще полчасика перед сном» с треском провалился. Глаза слипались, и все мысли растекались из головы. Никак не получалось взять себя в руки. Тем более не хотелось тратить силы на непростой разговор.
Однако если выбирать между работой и разговором с сестрой, то последний требовал от нее меньше энергии.
– Да? – пробормотала Андреа, устраиваясь удобнее на подушке.
– Не разбудила?
Андреа взглянула на часы. Шел первый час ночи.
– Не-а.
– Я почему-то так и подумала, – хмыкнула Эмма. – Наверняка лежишь в постели, представляешь, какое красивое у меня будет платье, и завидуешь.
– Угадала, – фыркнула Андреа и демонстративно зевнула. – Тебе что-то нужно? Или позвонила поупражняться в остроумии?
На том конце линии на несколько секунд повисло молчание.
Андреа даже подумала, что связь оборвалась, но Эмма заговорила снова:
– Ты приедешь?
Наступила очередь Андреа молчать. Она тяжело вздохнула и приготовилась выдавать оправдания, которые успела придумать.
Но Эмма не дала ей сказать:
– Слушай, я уже все продумала!
Андреа удивленно нахмурилась.
– М-м?
– Друг Робина, его шафер, через неделю будет по делам в Нью-Йорке. Он на своей машине, поедет обратно, как раз чтобы успеть к свадьбе. Он мог бы взять тебя с собой.
– Но…
– Так будет быстрее и дешевле, чем своим ходом, ты не находишь? Не переживай, он нормальный парень, водит аккуратно. Доберетесь без происшествий.
Андреа прикрыла глаза и растянулась под одеялом.
– А…
– А обратно мы сами подвезем тебя. Мы с Робином, я имею в виду. Мы хотим отправиться в путешествие по Восточному побережью в качестве медового месяца. Последняя остановка – Майами.
– Угу…
– Так что от тебя требуется только отпроситься с твоей очень серьезной взрослой работы, собрать вещи и в назначенное время сесть в машину. Пора, наконец, вернуться к своим корням, а? Пусть хотя бы на пару дней.
– Мы родились в Нью-Йорке, – из последних сил пробормотала Андреа, слегка причмокивая губами.
– Да… Но ты не можешь отрицать, что без Ливенворта мы не стали бы теми, кто мы есть сейчас. А помнишь…
Если Андреа и помнила, она уже не могла об этом рассказать. Болтовня сестры убаюкала ее лучше, чем любой документальный фильм о маньяках.
Пора вернуться к своим корням… К дому у реки, откуда бежала при первой же возможности, к горным вершинам, виднеющимся куда ни посмотри. К узким улочкам, к утренней тишине, к запаху свежего хлеба, к праздничной суете. К мальчику с глазами такими зелеными, что сразу навевает мысль о травянистых лугах. Ах, как сердце замирает, когда эти глаза смотрят на нее. Когда их обладатель улыбается самой обезоруживающей из улыбок.
Как хочется вернуться хоть на мгновение к этим ощущениям… Отмотать время вспять, вернуться в те дни, когда все было идеально. Пусть их было не так уж и много. Пусть плохое в конце концов перевесило хорошее.
Она должна хотя бы попытаться.
Утром Андреа чувствовала себя уже гораздо лучше. У нее был выходной, и она
