со скепсисом на мой чемодан. — Это все твои вещи? У меня большая машина, не стесняйся, можешь взять всё, что хочешь.
— У моей подруги ещё мои вещи. У Алины…
— Хорошо, заедем к ней, — его слова звучат как приказ. Он выносит за собой мешки с мусором и возвращается за моим чемоданом, пока я выключаю везде свет и отключаю приборы от сети.
— Нам ещё в участок надо? — Спрашиваю, запирая дом.
— Да, я быстро. Завтра со всем разберёмся, — Влад срывает яблоко с дерева и крутит его в руках. Боже, этот проглот не собирается же есть моё замороженное яблоко?
— Не советую его есть, оно раннеосеннее и уже замороженное.
— Считай, щербет, — Влад улыбается, откусывает яблоко и морщится. — Уф! Забродило. Куда можно выбросить?
— Да здесь кинь. Сгниёт за зиму.
Выходим за ворота, и я вижу, что у него реально очень большая машина. Я бы могла перевезти даже бабушкин сервант в ней. Он закидывает в пикап мусор и мои вещи и открывает мне дверь.
— Залезешь или подбросить?
— Заберусь, спасибо! — Замечаю на улице кучу зевак, которые пялятся на меня. Наверное, высыпали, когда ОМОН увидели. Но при Владе не решаются задавать мне вопросы. Просто глазеют.
Когда мы садимся в машину, толпа рассеивается по своим дворам.
Влад не спешит трогаться и смотрит на мой дом. Забыл что-то?
— Надо бы сайдинг содрать и наличники зря сняли, — говорит, трогаясь. — Печи тоже нет?
— Нет. Снесли ещё до моего рождения. У нас газ. А сайдингом бабушка обшить хотела.
— Понятно. Жалко, центральная улица города всё-таки. Не хранят люди свою историю, смотрю.
— Ну да…
— Мой отец родился и вырос примерно в таком же доме, Поля. Только печь у нас осталась.
Всматриваюсь в него и понять не могу, к чему он это говорит. Поддерживает так меня? Видимо.
— Хочешь сказать, я тоже стану олигархом?
— Ну кто знает, — раскатисто смеётся Влад, и я ему так сейчас благодарна, что хочу обнять. Но стесняюсь и побаиваюсь, честно говоря, этого великана.
За три минуты доезжаем до участка, и Влад говорит, что скоро вернётся. Заявление завтра отправим, не хочет меня сегодня мучить. Заверяет, что обо всём договорится.
— Влад, можно тебя попросить? Вызволи дедушку. Он не виноват, — понимаю, что он, несмотря на свой статус, простой, по-хорошему простой, и мне уже и не стыдно. — Он в запое у меня. Не знаю, что с ним делать, но не в тюрьму же сажать.
— Конечно. Подержат ночью в участке, а завтра определим его куда-нибудь на лечение. Я разберусь, не переживай.
— Спасибо большое! И там ещё один мужчина, он аутист. Уверена, его заставляли участвовать в этом цирке. Можно и за него попросить?
— Окей. Полин, а как зовут твоих одноклассников, которые к тебе домогались?
— Откуда ты знаешь? Зачем они тебе?
— Тоха рассказал. Затем, что мы не знаем, остановились бы они или нет. Не знаем, скольких они ещё кошмарят. И на что вообще способны. Надо отморозков наказать.
— Но они же ничего мне не сделали. А если бы кому-то сделали, то уже бы сидели.
— Мы этого не знаем. Девушки молчат часто от стыда. Я не говорю, что их надо засадить, но припугнуть и выведать надо. У меня две маленькие сестрёнки. Нельзя такое спускать. Чьим-то сёстрам не повезёт.
— Алексей Панкратов и Александр Солдатов.
— Не сбегай, — грозно смотрит на меня. — Скоро буду!
Предупреждаю Алинку, что часа через полтора заеду за вещами, и захожу в ай месседж. Вижу, что сообщение всё-таки ушло Платону, но он мне ничего не написал. Мог бы и поинтересоваться, что да как.
— Ну как? — Спрашиваю у Влада, когда он возвращается.
— За аутистом родители сейчас приедут. Дедушку твоего завтра переведут в клинику. А главарю их светит лет семь.
— Знаешь, он вообще экстремист какой-то, там такая вакханалия на этих стримах творилась.
— Ну супер. Видишь, как неудачно он тебя пленил. А так им ещё долго никто бы не заинтересовался.
— А как ты тут оказался так быстро?
— У меня под Белоусово завод.
— Какой?
— «РуКола».
— А-а-а-а-а. Это твой?
— Да. Адрес подруги давай.
Называю Алинин ЖК и с грустью смотрю на Малоярославец. Будто бы меня мой родной город отверг. Выскакиваем на шоссе, и я чувствую, как меня начинает клонить в сон. Влад гонит, всё сливается в спираль, и я отключаюсь.
— Полина! Полина! Просыпайся! Приехали! — Открываю глаза и вижу двор «Миракса». Влад трясёт меня, запуская холод в салон.
Протягивает мне руку и помогает спуститься из машины.
— Спасибо! Я быстро!
— Я с тобой, — отрезает тоном, который не подразумевает возражения.
Даже спорить с ним не хочется. Лишь послушно киваю и иду к подъезду.
В лифте прохожусь взглядом снизу вверх и понимаю, что он сюда еле помещается. Еще и ботинки в военном стиле на платформе носит. Он в волейбол не играет? Алинка сейчас испугается его.
— Что случилось? — Распахивает дверь. — Ой, здрасте!
— Приветствую! Влад! — Протягивает Алине руку, и она, поглядывая на меня, со страхом пожимает её.
— Алина! Очень приятно!
— Я переезжаю к Платону, пойдём расскажу, пока вещи собирать буду. Можно Влад в гостиной подождёт?
— Да, конечно! Хочешь… Хотите приготовлю вам чай? Мне только шу доставили свежие. С манго и маракуйя.
— Шу? Не откажусь! С удовольствием, — Влад снова при упоминании еды расплывается в улыбке, и я уже еле сдерживаю свою. Ну правильно, яблоко-то скисло, остался без десерта.
Ухожу в гардеробную, достаю сумку и скидываю свои вещи.
— Ебать-колотить! — Забегает Алина в гардеробную и закрывает попой дверь. — У меня от этого Влада трусы мокрые!
— Да, я тоже поначалу испугалась.
— Испугалась? Я чувствую себя течной сучкой! Охренеть! Вот это мужик! Это который из друзей Платона?
— Сын олигарха.
— А президент? Вызывай пожарных! — Алина машет на себя рукой и вся красная, как рак.
— У него есть Аня! Жена! — Строго говорю.
— Красивая?
— Анджелина Джоли и Адриана Лима одновременно.
— Бывают же мужики, а! — Грустно вздыхает. — Мама всегда говорила, что лучших щенятами разбирают. А какой у него рост?
— Не знаю,
