ничто больше не будет как прежде. Эта ночь сломала её жизнь, превратила в руины всё, что она так бережно строила годами. И даже если человек выживет, душевные раны останутся с ней навсегда.
Мужчина не выжил.
Алина вырвалась из дурмана чужих воспоминаний, упала на колени рядом с бедной женщиной и зарыдала вместе с ней.
— Простите меня, пожалуйста, простите!
Саймон застыл над визжащими женщинами, словно гранитная глыба над бушующим океаном. Его лицо превратилось в маску ледяного спокойствия, но в уголке глаза предательски дрогнула скупая мужская слеза— единственная слабость, которую он позволил себе в этот адский момент.
Он резко смахнул её тыльной стороной ладони, надеясь, что никто не заметил предательскую влагу. Внутри у него всё клокотало, словно в жерле проснувшегося вулкана. Убийство этой женщины... Мысль об этом была настолько отвратительной, что к горлу подкатила тошнота. Он чувствовал, как кровь стучит в висках, как сердце готово вырваться из груди.
Когда Лиса наконец одумалась, Саймона буквально швырнуло в пучину облегчения. Это было похоже на то, как если бы он висел над пропастью на волоске, а теперь кто-то невидимый крепко схватил его за руку и втащил обратно, на твёрдую землю.
Волна благодарности захлестнула его с головой, почти лишив дыхания. Он судорожно втянул воздух, чувствуя, как дрожат руки, как подкашиваются ноги. Напряжение последних минут, словно стальная удавка, медленно отпускало его горло, позволяя наконец сделать полноценный вдох.
Саймон понимал — это был момент, который мог стать последним не только для этой женщины, но и для его собственной души. На счастье, не стал.
Глава 26
Придорожная забегаловка встречала голодных путников запахом жареного мяса и приглушённым гулом разговоров. Деревянные столы, покрытые потертыми скатертями в жирных пятнах, выскобленные добела лавки. В воздухе витал дым от камина и табака. По залу сновали хорошенькие официантки в униформе из секс-шопа, радуя гостей упругими прелестями.
Демон, Маркел, Феникс и Лог расположились у окна, поставив между собой массивные пивные кружки с густой шапкой пены. На столе уже дымились огромные блюда с сочными шашлыками из баранины. Рядом стояли миски с острым перцем, маринованным луком и свежими овощами. На краю стола примостились тарелки с румяными лепёшками, только что из печи.
Маркел, как всегда, первым накинулся на еду, хрустя сочными кусками мяса.
— Эх, вот это я понимаю, мужская еда! — прошамкал он с набитым ртом, облизывая пальцы.
Феникс, не отрываясь от своего рассказа, подхватил шампур и принялся уплетать шашлык:
— Так вот, гоню я как-то по серпантину на своём тур-эндуро, а тут навстречу спортбайк на полной скорости! Думал, всё, кранты...
Лог, целиком заглотив кусок мяса, одобрительно кивнул Маркелу:
— Знатная штука! А к мясу ледяное «Жигулёвское», прямо то, что доктор прописал. М-м-м...
Бармен, заметив, что кружки друзей уже опустели, тут же наполнил их свежим пивом, разлив пенную шапку до самых краёв.
Демон почти не притрагивался к еде. Его хмурый взгляд был устремлён в окно. Он машинально крутил в руках шампур, не чувствуя ни малейшего аппетита.
— Эй, Демон, ты чего? — окликнул его Феникс, заметив отстранённый взгляд друга. — Или опять думаешь о своей девчонке?
Демон вздрогнул, отставляя кружку:
— Что? Нет...
Вообще-то да, он волновался. Сегодня её первое самостоятельное задание. Неизвестно, как она справится. Достанет ли у неё духа в одиночку лишить жизни человека, к тому же женщину, да ещё мать четверых малолетних детей. Хорошо ли она подготовилась? На словах их с Саймоном план звучал довольно здраво: одурачить, похитить, расправиться. Только всегда есть множество переменных. Вдруг жертва не проявит сострадания и откажется везти Алину в больницу? Или по пути им встретиться экипаж полиции или ДПС, и жертва сумеет подать сигнал тревоги? А если Саймон подведёт?
Так много факторов, способных испортить даже самую выверенную игру, а он, Демон, в пятистах километрах, прохлаждается в обществе трёх разнузданных байкеров, вместо того чтобы стелить соломку для...
Лог хитро прищурился, достал из кармана кисет с самосадом, ловко набил самокрутку.
— Саймон с ней, верно? — спросил, попыхивая папиросой.
Демон отрывисто кивнул, но вслух ничего не произнёс. Язык словно прирос к нёбу, а мыслями правила паника. Весь день его преследовали опасения, миндалины в мозгу будто взбеленились и твердили, что ситуация повторяется. Точь-в-точь как с Лерой. Тогда его тоже не оказалось рядом.
Феникс, точно почувствовав состояние друга, перевел разговор на себя.
— Думал, всё, кранты... — продолжил он разглагольствования, размахивая руками и изображая движение мотоцикла. — А этот идиот ещё и в поворот на скорости заходил!
— Да-да, мы уже слышали про твой подвиг с тем лихачом, — перебил его Маркел, отхлёбывая из кружки. — Лучше расскажи, как ты умудрился застрять на своём круизере в том узком переулке возле старого склада?
Феникс нахмурился, но быстро оправился:
— Это было недоразумение! К тому же, я потом нашёл обходной путь... почти.
Лог усмехнулся:
— Почти не считается, дружище. Ты до сих пор должен тому владельцу магазина за разбитую витрину.
Демон почти не участвовал в разговоре. Его взгляд был устремлён в окно, где виднелась дорога, ведущая к городу. Он нервно крутил в руках кружку, не притрагиваясь к еде.
В этот момент дверь кафе с грохотом распахнулась, и вошёл Призрак. Молодой парень выглядел мрачнее тучи. Его обычно бледное лицо казалось ещё белее, а глаза были полны тревоги.
— Вот и герой сегодняшнего дня! — приветствовал Лог и жестом пригласил паренька за их стол.
Призрак медленно подошёл к компании, молча опустился на скамью, взял с тарелки румяный лаваш, отломил кусок, обмакнул в соус и медитативно принялся жевать.
Феникс подался вперёд, наклоняясь через стол:
— Ну? Не томи! Как всё прошло?
— Фашисты обезглавлены, — сухо молвил Алексей.
— Это мы и так знаем, — отмахнулся Феникс, жаждущий красочных подробностей. — Как всё было?
— Тебе рассказать, как люди умирают? — раздражённо спросил Призрак и швырнул на стол недоеденный кусок хлеба.
Лог схватил с подноса проходящей мимо официантки кружку пива, шваркнул пол-литра пенного рядом с Призраком и по-хозяйски шлёпнул грудастую блондинку по заднице. Та захихикала и одарила лидера Арлекинов томным взглядом.
Феникс открыл было рот, чтобы поставить на место распоясавшегося паренька, но в этот момент Демон резко поднял голову, бросил упреждающий взгляд на Призрака и едва заметно качнул головой.
Маркел заметил этот жест и тоже напрягся. Левую руку Призрак держал на столе, а вот правую прятал в кармане толстовки.
В таверне повисла тяжёлая тишина, нарушаемая лишь треском дров в камине и тиканьем старых часов на стене. Даже музыка из старого радио
