меня идиота. Говори немедленно! — крикнул отец, теряя терпение.
В порыве бешенства он схватил Сашу за волосы.
— Где этот гаденыш? Кто тебе помогал! Отвечай! Ты, тупая тварь, понимаешь, что сделала?! Я пообещал серьезному человеку, что доставлю пацана! А теперь у меня, знаешь какие проблемы будут? Знаешь? Нет? А я знаю! Говори, кому помогала!
— Никому! Я не понимаю, о чем ты!
Андрей швырнул дочь к стене. Саша закричала — не от боли, а от страха, ведь раньше никто никогда не поднимал на нее руку.
Дверь вдруг распахнулась, и в спальню ворвался Руслан. Он кинул взгляд на сестру и моментально оценил ситуацию. А затем кинулся на отца. И ударил по лицу. Так, что из его носа пошла кровь.
— Не смей ее трогать. — Глаза Руслана опасно сверкнули.
— Ты вообще понимаешь, что делаешь, щенок? — оскалился Андрей, вытирая кровь кулаком.
— Понимаю. Защищаю сестру. Пошел вон, мистер папаша! Это наш дом!
— Ты пожалеешь, — пообещал отец, развернулся и пошел к двери. — Идти против меня — плохой выбор.
— Ты в порядке? — тихо спросил сестру Руслан, и та мелко закивала.
— Не надо было, Русик, не надо было его бить… — По ее щекам покатились слезы. — Он ведь устроит сейчас…
— Да плевать, — самонадеянно ответил брат. И в это же время в спальню вошли двое охранников отца. Они без слов выволокли Руслана из комнаты и потащили в спальню матери. Саша хотела побежать следом, но ей не дали. Заперли перед ней дверь и закрыли снаружи.
Что отец делал с братом, она не знала. Слышала только глухие удары и какие-то крики — правда, не Руслан кричал, а отец, который явно впал в ярость. Сама же она раненным зверем носилась по спальне, била кулаками в стены и выла от страха.
Вскоре все стихло. Еще спустя несколько минут дверь открылась, и на пороге возник отец — на нем не было пиджака, лишь рубашка с закатанными рукавами. Крови из носа больше не шла, зато глаза были все такими же злыми.
— Твоего брата я проучил. Пора проучить и тебя. Я даю тебе сутки на то, чтобы ты призналась, Александра, — уже своим обычным голосом сказал он. — Потом вернусь за ответом. Если ты не скажешь мне правду, вы с братом лишитесь всего. Ни денег, ни квартир, ни машин — ничего не останется. По документам теперь все принадлежит мне. И я волен распоряжаться всем движимым и недвижимым имуществом, которое оставила вам мать. У тебя сутки, — любезно напомнил Андрей и вышел из комнаты.
Ошарашенная Саша кинулась за ним.
— Почему ты так ненавидишь нас, папа?! — крикнула она ему вслед. Отчаяние разрывало ее на части. Как же так?! Как?!
Тот обернулся, окинул ее насмешливым взглядом и сказал:
— Может быть, потому что я не ваш папа? Все давно знают, что ваша мать мне изменяла. А я должен был глотать. Воспитывать чужих детей. Все, хватит. Надоело. И да, из дома выйти не сможете — оставляю охрану.
Он ушел, а Саша бросилась в спальню мамы, где на полу сидел Руслан с окровавленным лицом. Его светлая футболка была в крови. Отец сполна заплатил ему за разбитый нос. Охрана держала Руслана, пока Андрей «воспитывал» его силой. Сын ударил его один раз, а отец — несколько. Дабы показать, что сильнее.
— Тебе больно? — прошептала Саша, опускаясь рядом с братом.
— Норм. Что случилось? О чем говорил этот урод? — устало спросил Руслан, обнимая сестру.
Назвать его отцом у него язык не поворачивался. Внутри раскаленной лавой кипела ненависть.
— Дима жив, — шепотом призналась Саша. — А папа его поймал.
— Дима? Какой? — Руслан неожиданно замолчал. — Барс, что ли?
— Да, — еще тише произнесла сестра.
— Так, рассказывай, что происходит, — велел Руслан. Саша потупила взгляд.
— Но…
— Рассказывай. От этого зависит наше будущее.
И Саша рассказала.
Глава 44. Вчетвером
Мы с Лехой договорились встретиться в одном из дворов неподалеку от дома Дилары. Сесть в его машину и поехать в многоуровневый наземный паркинг напротив огромного торгового центра. Его только-только ввели в эксплуатацию и внутри еще не успели поставить камеры. Далее нужно было выйти через с другой стороны и сесть в машину, которую Леха взял в аренду на имя какого-то приятеля. Это давало нам возможность уехать незамеченными. По крайней мере, ничего лучшего мы за столь короткий срок не придумали. На этой машине мы должны были добраться до квартиры, в которой нас ждал Барс.
Когда мы с Диларой оказались в его машине, Леха обалдел. Он ведь ждал, что я приду одна. И удивленно спросил, глядя при этом не на меня, а на нее:
— А она что тут делает?
— Спасибо, милый, — обиженно отреагировала подруга, с удобством устраиваясь на заднем сидении. — Я тоже по тебе скучала, золотце.
— Да при чем тут это? Полина, почему она с тобой? — возмутился Леха.
— Да, я знаю, что ты хочешь мне сказать, — ответила я. — Но, во-первых, Диларе пришлось обо всем рассказать. А во-вторых, я решила — если на меня выйдут и заявятся на квартиру, то найдут ее. Мало ли что мой ненаглядный отчим может сделать.
— Ты права, — вдруг согласился друг. — Пусть она будет под присмотром.
— Эй, может быть, ты меня по имени будешь называть, — пнула сидение Дилара.
— Конечно, зайчик, — расплылся в улыбке Леха. Хотя я видела в зеркале заднего вида, что взгляд у него серьезный. Сосредоточенный. Как будто каждое мгновение он ждет подвоха. — Только обещай, что будешь делать все, что я скажу.
— Обещаю, — кивнула Дилара.
— Вот и отлично. Погнали, девочки.
Леха завел машину, и мы поехали в наземный паркинг, который находился на другом конце города. Затем мы должны были ехать в квартиру, которую Леха снял через знакомого на несколько суток. Дима уже ждал нас там.
Подруга воспринимала происходящее скорее, как приключение, а не как что-то реально опасное. Она ведь не была там, в том доме, где держали Диму. Не видела, как они с Лехой вырубают охранников. Не боялась каждое мгновение, что будет погоня. Но когда мы попали в квартиру, где нас ждал Дима, Дилара едва не упала в
