прикинь: Рудов купил билеты на неправильную дату. Прям совсем не рядом. На месяц вперёд.
Я моргнула.
Это звучало настолько тупо, что я бы рассмеялась, если бы не хотелось плакать.
— Как… — я попыталась поймать мысль, — как можно купить билеты на неправильную дату? Он не проверял, что ли?
— Да я сам в шоке! — фыркнул он. — В итоге Рудов с кем-то договорился, нас повезли на тачке. Мы сейчас остановимся на ночь в гостишке. Утром выезжаем, к вечеру будем дома.
— К вечеру… — повторила я, и во мне что-то холодно щёлкнуло.
К вечеру. А Сергей Витальевич говорил «в ближайшее время». И я почему-то была уверена, что его «в ближайшее время» — это сегодня. Прямо сейчас.
— Эй, Светлячок, ты чего такая грузная? — Кирилл сразу уловил моё настроение. — Чего случилось? Опять работы не смогла сдать, что ли? Я помогу, как приеду.
Я сжала телефон так крепко, что чуть не хрустнул пластик.
Передо мной стоял выбор: рассказать сразу и отказаться от шанса помочь брату или переступить через принципы и чувства, отдать чёртову карту и рассказать позже. Сразу, как только отдам. Но я знала, что ни один из вариантов не может быть верным. В любом случае меня ждали муки и страдания.
— Кир, мне нужно с тобой поговорить, — мой голос звучал жалостливо, почти плаксиво. Я мысленно уговаривала себя не разреветься прямо в трубку. Ведь признание могло помешать выздоровление брата. — Это важно.
— Давай, — Кир стал говорить чуть тише, как будто отвернулся от остальных. — Что?
Я вздохнула, мысленно собравшись с духом, открыла рот… и в этот момент телефон завибрировал в руке.
— Подожди секунду.
Сообщение.
Неизвестный номер.
Я даже не сразу поняла, что это тот же самый номер, с которого мне звонил Сергей Витальевич. Но когда прочитала и вникла в смысл написанного, кровь отлила от лица.
«Времени мало, Светлана. Решайтесь сейчас. Я не буду ждать до утра».
Сердце застучало в висках так громко, что перекрыло шум из динамика.
Был ли у меня выбор?
— Свет? — Кирилл кричал. — Ты там? Эй! Алло-о-о!
Я с трудом подняла телефон обратно к уху, принимая тяжёлое решение, и прохрипела:
— Прости, мама написала. У них там что-то срочное. Давай отложим разговор до завтра, ладно?
Глава 43
Нет пути назад
Я проснулась раньше будильника от бешеной тахикардии. Сердце билось где-то в горле, мешало дышать и раздражало своей громкостью, будто кто-то в комнате включил метроном на максимум и ушёл.
На тумбочке лежал телефон. Я раз за разом бросала на него долгие взгляды и вспоминала дурацкое сообщения. Каждую букву.
«Времени мало, Светлана. Решайтесь сейчас. Я не буду ждать до утра».
До утра он, значит, не будет ждать.
Я осторожно села на кровати и прислушалась к квартире. Тишина. Только Паблито топотал на кухне и гудел холодильник. Мне не хотелось идти на пару, хотя у нас было назначено занятие. Но учёба на фоне остальных проблем казалась такой мелочью! Так что я написала Алле и честно призналась, что забью.
Кирилл ещё не вернулся. Он написал сообщение, что вернётся примерно к шести вечера, однако это было слишком поздно.
К шести вечера…
Я провела ладонью по лицу, пытаясь стереть лёгкую панику, но это не помогало. Хотелось сделать что-то полезное, правильное, взрослое, однако вместо этого я сидела и тупо смотрела на стену, пока мысли носились друг за другом, как на карусели.
Круг. Ещё один. И ещё.
Не думать о брате было невозможно. Я представила Влада в палате, практически видела плоскую неудобную подушку, чувствовала больничные запахи, которые въедаются в волосы и одежду. Представила маму, которая по телефону вчера звучала слишком весело. Возможно, за весельем скрывалось отчаяние?
Как и во мне. Только я не пыталась его скрывать.
«Мы уже всё решили,» — сказала мама.
Решили, да. Только вот чужими руками. И чужими деньгами.
Я натянула тёплые носки, накинула пушистый халат и пошла на кухню. Мне хотелось занять чем-то руки и отвлечься, выбросить страхи из головы, так что вместо бесполезного переставления предметов с места на место я включила чайник. Но даже шум не заполнял пустоту внутри.
Телефон завибрировал ровно в тот момент, когда вода начала бурлить.
Неизвестный номер. Хотя последние цифры уже отложились в памяти.
— Да, — сказала я хрипло.
— Доброе утро, Светлана, — голос Сергея Витальевича звучал на удивление бодро. Будто он выспался, успеть выпить кофе и теперь был готов вести переговоры. Никакой истерики и эмоций. Чисто деловой подход. — Я надеюсь, вы подумали.
Я крепче сжала мобильный. Пальцы вспотели.
— Подумала, — выдавила сквозь зубы.
— Прекрасно. Тогда слушайте внимательно. Как только Кирилл приедет, вы немедленно отправляете карту. Сегодня же. Я жду подтверждение. Всё должно быть сделано быстро и без фокусов. Курьера пришлю сам, к девяти вечера. Номер курьера напишу. Как передать карту, решайте сами.
Фокусы… Он ещё не знал, что я действительно собиралась устроить фокус. Только не для того, чтобы его обмануть — я планировала обмануть его ожидания.
— Кирилл приедет к вечеру. Он в дороге. Они ночевали где-то по пути.
— Мне всё давно известно, — сухо прервал меня Сергей Витальевич. — Тем лучше. Значит, у вас есть время подготовиться. И ещё.
Я затаила дыхание.
— Очень советую вам не пытаться играть в благородство, Светлана. Вы не в том положении. Ваша семья ждёт деньги. Ваш брат ждёт. Вы же понимаете, правда?
Это не было вопросом, и Юсупов-старший знал. Он понимал, что отказаться нельзя. Не сейчас, когда выходов не осталось.
Я закрыла глаза и заставила себя говорить спокойно.
— Понимаю.
— Тогда действуйте. Я не хочу, чтобы Кирилл о чём-то догадался. Вы находите карту и сразу её отдаёте. Всё. Конец истории.
Да, конечно.
— Хорошо, — тихо сказала я. — Как только он приедет.
— И не тяните, Светлана, — жёстко добавил Сергей Витальевич. — Карта нужна уже сегодня. Курьер будет у вас в девять, так что не советую опаздывать.
В трубке раздались короткие гудки. Он даже не попрощался.
Я стояла посреди кухни и смотрела на чайник, который уже давно выключился. Вода остыла, но решение так и не пришло в голову.
На одной чаше весов лежало доверие Кира, а на второй — здоровье брата. И то, и другое было мне дорого. И Сергей Витальевич наверняка понимал это. Наверняка знал, что проигнорировать помощь брату просто нельзя.
Я медленно налила чай и села за стол. Руки тряслись, и первый глоток обжёг язык. Но лёгкая боль заставляла чувствовать, заставляла вспоминать, что худшее ещё впереди.
