бродят вокруг, как платящий налоги домовладелец с детьми на доске почёта.
— Я горжусь тем, что ты приспособилась, — я обнял её за плечи и вывел обратно в весенний вечер.
— Ну, по идее это не так уж сильно отличается от борьбы с небольшими армиями голубей и крыс, — пошутила Зои.
Мы поехали ко мне домой в темноте по ухабистой фермерской дороге, которая соединяла мой участок с родительским. Нана уснула, положив голову на центральную консоль, а ноги на пол у заднего сиденья. Собачий радар разбудил её, когда свет фар осветил дом.
— Что у нас на ужин? — спросила Зои, придерживая дверь в прихожую для Наны, которая стремительно пронеслась мимо нас.
— Как ты относишься к подобающего размера порциям курицы с пармезаном или стейка с перцем и луком? — спросил я, быстро перекладывая первую партию постиранного белья в сушилку и загружая вторую партию в стиральную машину.
— Я так и знала! Ты определённо не человек.
— Потому что у меня есть еда? — я включил свет на кухне, и она последовала за мной. Зои издала стон, увидев на столе мои принадлежности для приготовления еды.
— У тебя нет еды. У тебя есть продукты. Сначала перманентный стояк, теперь приготовление еды. Настоящие люди так не поступают. Инфлюенсеры только притворяются, что готовят еду, чтобы привлечь спонсоров. Ни у кого нет времени приготовить одно блюдо, не говоря уже о том, чтобы приготовить еду на всю неделю, — объяснила Зои.
— Всего этого можно было бы избежать, если бы у тебя дома была еда, — напомнил я ей.
— Заметка для себя. Запастись замороженной пиццей.
Я погладил Зои по голове, когда она угрюмо плюхнулась на барный стул и потыкала в пакет с рисом.
— Может, вино и закуска помогут тебе почувствовать себя лучше? — предложил я.
Она оживилась.
— Я вся внимание, сэр.
Я налил ей бокал розового вина и достал из холодильника небольшую сервировочную доску с сыром и мясными закусками.
— Ты ведь знал, что я вернусь сюда в эти выходные, не так ли? — спросила она, обвиняюще указывая на меня кусочком болонской колбасы, пока я открывал коробку с крекерами.
— Я надеялся, что ты вернёшься. Поэтому я всё спланировал заранее.
Зои покосилась на меня поверх тонкого ломтика чеддера.
— Какие ещё планы я найду, если покопаюсь?
— Кроме вина, которое ты пьёшь? — спросил я, моя руки над раковиной. — Думаю, тебе просто нужно подождать и посмотреть. А теперь иди сюда, чтобы мы могли начать готовить ужин.
Она включила «кулинарную музыку», которая, по-видимому, в значительной степени тяготела к зажигательным поп-хитам последних двадцати лет. Нана вбежала на кухню с любимым игрушечным аллигатором во рту и устроилась под обеденным столом. Мы работали в паре, и я присматривал за кухонными изъянами Зои. Пока я обжаривал стейки, она обваливала куриные грудки в панировке. Я не давал ей ничего острее ножа для масла, поэтому она занималась приготовлением риса, пока я нарезал овощи. Вместе мы добавили соус и моцареллу к курице в панировке.
— Интересно, можно ли приготовить это на завтрак, — размышляла Зои, скидывая все ингредиенты для салата в миску. — Я должна начинать свой день с протеина, чтобы мой мозг не взорвался, или что там ещё говорят врачи.
— Что ты обычно ешь на завтрак? Практически у всего есть версия с повышенным содержанием протеина.
Она сморщила нос и с такой силой перемешивала салат, что брокколи и листья латука разлетались во все стороны.
— Я толком и не ем завтраки. Только когда я с Хейзел, и тогда это обычно овсянка, взорвавшаяся в микроволновке, — объяснила она, собирая сбежавшие кусочки и складывая их обратно в миску.
Я обошёл её, проведя рукой по пояснице, и потянулся к шкафчику за другим блюдом. Мне нравилось, что Зои здесь, в моём личном пространстве. Хотя я обычно наслаждался тишиной в своём доме, немного её красок и хаоса было приятной сменой обстановки.
— Ты не завтракаешь. Ты забываешь пообедать. Поэтому перекусываешь сухими хлопьями в середине дня. Что ты готовишь на ужин? — спросил я.
— Иду в какое-нибудь заведение или заказываю что-нибудь на скорую руку, когда понимаю, что умираю с голоду, — весело сказала Зои, покачивая задницей в такт песне Outkast «Hey Ya!», звучащей из беспроводного динамика.
Я мысленно взял на заметку удвоить количество заготавливаемой еды в обозримом будущем.
— Я слышу, как ты осуждаешь меня, — поддразнила Зои, когда я проводил ножом по последнему стейку. Я почувствовал её руки на своей талии, когда она выглянула из-за меня, а затем схватила кухонное полотенце со стола рядом со мной.
— В следующий раз я постараюсь судить потише. Курицу или стейк? — спросил я, держа в руках по контейнеру того и другого.
— Ммм, стейк. После этой «йоги» мне захотелось красного мяса, — сказала она, протягивая ко мне руки.
— Любимые соусы? — спросил я.
— Я уже чувствую твоё осуждение, но всё равно скажу. Соус «Ранч» и А.1. (А1 — бренд соуса для стейка, — прим)
— Ещё вина? — предложил я, доставая пиво из холодильника.
Она подняла взгляд от лужицы соуса для стейка, в которой топила своё мясо.
— Я в порядке.
Обычно я бы прибрался на кухне, убрал все приготовленные блюда, и только потом поел. Но Зои выглядела так, словно вот-вот начнёт грызть собственную руку.
Я налил ей стакан воды и протянул его.
— За обеденным столом или здесь, на острове?
Зои задумчиво поджала губы.
— На диване.
Я не ел на диване. Не то чтобы в этом было что-то плохое. Но разве не для этого изобретены столы? Когда я спешил, я ел, стоя над раковиной. Но я не брал закуски с грёбаным соусом маринара в гостиную, где чёрт его знает, что может случиться. По крайней мере, до сегодняшнего вечера я этого не делал.
— Диван и телевизор, — сказала Зои, потянув меня за руку и подпрыгивая на цыпочках. — Давай!
Я задержался, чтобы взять приборы и целый рулон бумажных полотенец, а затем последовал за ней мимо моего прекрасного обеденного стола в гостиную. К нам присоединилась Нана и плюхнулась на собачью лежанку перед журнальным столиком.
Это было похоже на переход от близости, которую мы создали с помощью секса, к реальному знакомству друг с другом. Мы с Зои двигались задом наперёд. Обычно я знал о таких вещах, как цели женщины и её любимый десерт, ещё до того, как мы занялись сексом.
— Какое у тебя второе имя? — спросил я, когда мы устроились на диване.
— Бернис. В честь тёти, которую никто не любил, — Зои подобрала под себя ноги и откинулась на
