концу века{79}.
В нескольких ранних хартиях, предоставлявших права на добычу полезных ископаемых аббатству Фернесс, упоминается привилегия использовать воду из ручьев арендодателя; но там, где приводятся подробности, как в случае с хартией Хью де Морсби, составленной в 1270 году, всегда указывается, что вода предназначается для промывки руды, а не для энергии{80}. Руда иногда выкапывалась по «открытой системе», но чаще с помощью ряда колокольных или ульевых шахт{81}. Затем ее грубо очищали, промывая в сите, после чего подвергали предварительному обжигу, или «эйлингу»[12], как его называли в кузнице Тидли в XIV столетии. После этого обожженная руда дробилась и переносилась в печь[13]. В XVI веке это была конструкция в форме усеченного конуса, около двадцати четырех футов в диаметре и не более тридцати футов в высоту, в основании которой находился чашеобразный очаг из песчаника. Мы можем предположить, что такими же были и более ранние печи. Чередующиеся загрузки руды и древесного угля поступали в печь сверху, железо оседало в чаше очага, из которого его брали в виде блюма. Начиная с XVI века, когда с помощью более мощного раздувания можно было получить более высокую температуру и производить чугун, расплавленное железо время от времени сливали через вентиляционное отверстие на дне очага в слой песка. В Сассексе и Глостершире, по-видимому, было принято формировать в песке одно большое продолговатое углубление, прямо по ходу потока железа, с рядом более мелких углублений, расположенных под прямым углом к первому, большое углубление называлось «свиноматка», а меньшие блоки — «поросята».
В более ранние периоды промышленности существовало очень большое количество сыродутных печей или горнов, состоявших практически из обыкновенного кузнечного горна, на дне которого скапливалось неудачно расплавленное железо. Таковы были передвижные кузницы (fabrica errantes) в Форест-оф-Дин, которых в конце XIII века насчитывалось до шестидесяти{82}. Здания, пристроенные к такой кузнице, естественно, были просто временными сараями, о которых упоминал граф Ричмонд в 1281 году, когда он разрешил монахам Жерво рубить в своем лесу дрова для выплавки железа и изготовления двух небольших навесов (лоджий) «без гвоздей, болтов или стен», так что, если плавильни перемещались в другое место (как это делали передвижные кузницы, когда истощалась руда или топливо), они должны были разобрать навесы и возвести новые{83}. В данном случае предоставление двух сараев может подразумевать наличие двух плавильных цехов, но кажется более вероятным, что один из них был плавильной мастерской, а другой — кузницей, которая неизменно сопровождала плавильню[14]{84}. В таком простом типе кузницы продукт представлял собой блюм, который очищали ковкой и обрабатывали в кузнице, но чугун, производимый в более крупной высокой доменной печи, требовал более сложной обработки. Сырье нагревали на открытом очаге, при помощи кувалды или «водяного молота»[15] превращали в большой слиток[16]. Последний, как правило, повторно нагревали, разделяли и перерабатывали в бруски, завершительный этап которых обычно производился в XVII веке на третьем очаге, но это, по-видимому, было усовершенствованием постсредневекового периода. Слитки различались по размеру в зависимости от вместимости печи, которая становилась просторнее в конце выплавки, чем была в начале из-за огня, поедающего очаг, особенно если использовалась большая часть труднообрабатываемой «горячей» руды[17]; но слитки старались делать стандартного веса. В то же время количество блюма, неизменное в той или иной местности, в разных частях графства было различным.
В Уирдейле два центнера блюма состояли из пятнадцати кусков по тринадцать фунтов каждый{85}; а в Фернессе примерно тот же вес делился на четырнадцать кусков по четырнадцать фунтов{86}. С другой стороны, во времена правления Эдуарда III мы находим блюм, продающийся в Тудели (Кент) по 3 шиллинга 4 пенса{87}, в то время как железо, купленное для ремонта замка Лидс, стоило около 7 шиллингов за центнер{88}, что, учитывая стоимость перевозки, довольно хорошо согласуется с тремя четвертями центнера Сассексского блюма в XVII столетии{89}. Что касается цены на железо, то в Средние века она всегда была высока, но, менялась в зависимости от условий спроса и предложения, стоимости перевозки и качества самого железа. Возьмем более поздний пример: в 1583 году в Стаффордшире хрупкое железо продавалось всего за 9 фунтов за тонну, в то время как прочное железо стоило 12 фунтов{90}. В Сассексе в 1539 году местное железо продавалось по цене от 5 до 7 фунтов за тонну{91}, что позволяло получить прибыль в размере 20 шиллингов с тонны. Десять лет спустя стоимость составляла 8 фунтов в кузнице и около 9 фунтов 5 шиллингов в Лондоне, стоимость перевозки до Лондона составляла 9 шиллингов за тонну{92}.
Число рабочих, занятых на различных работах, варьировалось, но в 1539 году инспектор 44 металлургических заводов в Эшдаунском лесу установил:{93} «для переплавки блюмов в кузницах или плавильных заводах должно быть четверо человек, а в каждой кузнице для плавки блюмов должно работать двое. Также и в каждой кузнице нужны были двое рабочих, из которых один должен был держать железо на огне, а второй поддерживать огонь. Так как один человек не может делать и то и другое, потому что работа должна вестись в таком темпе, что не может выполняться поочередно».
В 1408 году в Бедбумской кузнице работали плавильщик, кузнец и мастер, а также угольщик{94}. Плавильщик получал 6 пенсов за каждый блюм, которых в среднем производилось по шесть за неделю, а самое большое количество выплавленного за неделю составляло десять блюмов. За обработку блюма кузнец получал 6 пенсов и дополнительный пенни за разрезание его на бруски, в то время как бригадир, который, несмотря на свое имя, не имел в своем подчинении никакого штата рабочих, получал 2 пенса за блюм, когда помогал при плавке, и 3 пенса за доработку. Такие дополнительные работы предоставлялись женами кузнецов, которые перебивались случайными заработками, разбивая руду, следя за мехами или помогая мужьям, получая заработную плату, вначале достаточно высокую, но впоследствии упавшую до установленной ставки в полпенни за блюм. Рабочие получали пособие на эль в один пенни в неделю, такая же щедрая надбавка в 1353 году была установлена в Тадели на выпивку для четырех плавильщиков{95}. В 1333 году в этой кузнице в Тадели рабочие получали оплату натурой: за каждый седьмой блюм —
