которую вы нехотя позволяете человеку, чтобы поддерживать коммуникацию.
Шаг 4. Пробежитесь по вашим записям. Баланс соблюден? Или кто-то в среднем получает от вас гораздо больше, чем отдает? Не занимайтесь бухгалтерией – достаточно общего ощущения. Ваша задача сейчас – выявить тех, с кем вы непонятно зачем поддерживаете общение. Возможно, человек не так уж много от вас получает, он просто вам надоел. Это нормально. Вопрос, почему вы продолжаете. Чтобы это понять, вернемся к трех колонкам.
Шаг 5. Задайте себе вопрос: «Что я ожидаю получить от этого человека?». Гипотетические блага записывайте в тех же колонках, что и актуальные, но для наглядности пользуйтесь ручкой другого цвета или помечайте их звездочкой.
Самый распространенный случай – вы рассчитываете с этим человеком переспать, поэтому любезничаете. Звучит грубо? Ничего не поделаешь – в первую колонку.
Человек увлеченно ставит эксперименты на себе, принимая разные БАДы, смотрит специалистов по биохимии и нутрициологии – и всем про это рассказывает. Вам неинтересно это все слушать, но вы поддерживаете хорошие отношения, чтобы когда-нибудь спросить совета. Во вторую колонку.
Взял в долг, обещал отдать – в третью.
Шаг 6. Засекайте время. Сколько вы ждали обещанного? Три года? Значит, еще три года ждать будете. Если знакомый взял в долг неделю назад, то еще неделю можно подождать. Только по истечении старого срока готовьтесь удвоить время ожидания. Если он не вернул и через неделю, то суммарно он уже две недели на счетчике. Значит, и оцениваемое время ожидания – те же две недели.
Можете пользоваться и своим способом оценки. Например, вы молоды и здоровы, а значит советы «целителей-самоучек» пригодятся вам лет эдак через пять.
Под каждой ожидаемым благом поставьте в скобка соответствующую дату и ужаснитесь, сколько раз вам придется перевернуть календарь, прежде чем человек оправдает (нет) возложенные на него надежды.
А дальше по каждому сомнительному элементу вашего окружения задавайте себе вопрос: «Я действительно готов терпеть его тупые шутки еще полгода?», «Мне и правда нужно еще два года бесплатно слушать по ночам рыдания в трубке, рассчитывая, что человек решит свои проблемы и начнет мне помогать с проектом?». И так далее. Вы удивитесь еще сильнее, просуммировав сроки ожидания по всем людям из окружения. Сколько времени вы готовы пожертвовать случайным знакомым, в надежде, что они сделают вашу жизнь лучше?
Основные выводы, которые вы можете сделать.
Во-первых, психика инертна. К хорошему быстро привыкаешь, да и к плохому тоже – если не можешь дать отпор. Но и хорошее, и плохое мы замечаем. А серость, периферию – нет. Вы когда-то произвели «расчет», сделали на человека ставку – и забыли. Ставка не сыграла, а общение продолжается по инерции. И не просто общение, а инвестиция времени.
Во-вторых, паутину лучше разрывать на ранних стадиях, пока она не превратилась в безвкусный настенный ковер. Если слишком много людей находятся в вашем окружении только на основании их «перспективности», то что-то надо менять.
В-третьих, невозможность отказаться от коммуникации – это, пардон, симптом. Особенно когда коммуникация неприятная, бесполезная, невыгодная. Что держит-то? И вот здесь нас ждет развилка.
Большинство клиентов, которые жалуются на трудности в прерывании общения, боятся «потом пожалеть о решении». Начинаю расспрашивать клиента. Более развернутый ответ: «вдруг он потом достигнет успеха, у него будут полезные связи, а я окажусь за бортом». Это не страх конкретных последствий, это страх упущенных возможностей. Клиент продолжает: «Я могу, конечно, сам этого достичь, и достигаю, но мне все равно обидно будет. Не хочу разочароваться в себе за то, что я так сглупил». То есть главную «опасность» представляют не упущенные возможности, а эмоции (досада, разочарованность). В совокупности это признак тревожности.
Значительно реже (примерно каждый шестой подобный кейс) клиенты сообщают о страхе наказания или мести. Наказание ожидается не только от человека, которому клиент боится отказать в коммуникации, но вообще от кого угодно, от судьбы и так далее. Сама мысль о том, чтобы прервать коммуникацию, кажется клиенту постыдной. «Она ведь так много для меня сделала». Или даже так: «Я просто чувствую, что должна ему, должна его поддерживать. Сама от этого устала, но должна». Страх наказания и гипертрофированное долженствование – это симптомы невроза.
В первом случае (тревожность) вы можете решить проблему самостоятельно. Например, с помощью метронома. Просто ставьте его фоном на комфортной громкости, подбирайте успокаивающую частоту (или последовательность частот) и на волне сниженной тревоги отказывайтесь от коммуникации. Во втором случае (невроз) необходима психоаналитическая работа.
Глава 10. Ни гроша для души
Понятие дефицитарности, проблема классификации и терминологии. Работа с дефицитарными клиентами. Развернутый комментарий к лекции Вероники Степановой о программистах-анальниках.
И лампа не горит,
И врут календари.
Сплин
И календарь не врет -
И впрямь повсюду тьма,
И смысла нет стремиться вдаль.
Михаил Щербаков
Гистрионная личность против истерической
Нынче модно увлекаться патопсихологией под видом психологии. Зрителей популярных ютуб-каналов интересуют самые темные разновидности человеческих душ. Тем смешнее выглядят попытки втиснуть любое тяжелое расстройство в рамки психоза, нарциссизма, психопатии и истерии. Никогда не исключайте самый простой вариант – общую или частичную дефицитарность, неразвитость, инфантильность. Под дефицитарностью можно обобщенно понимать нехватку некоего психического ресурса. Человек когнитивно прост, слишком прост, а простота хуже воровства. Казалось бы – у субъекта нет никакой особой патологии, однако он весь какой-то несостоятельный, дефектненький. Нет, в развитии не отстает, дебилизмом или олигофренией не страдает – вообще далеко до этого. И безумцем (психотиком) его не назвать, потому что нет галлюцинации или бреда. В социуме адаптирован, в разных ситуациях ведет себя по-разному, значит и психопатии нет. Но все-таки в разведку вы с ним не пойдете.
Мне попадались в жизни и практике люди, у которых не получается быть невротиками и психопатами. Но зачем кому-то пытаться сделать со своей психикой нечто подобное? Об этом и пойдет речь в этой главе. Сразу предупреждаю: это тяжелая область. Не сложная, а именно тяжелая. Как и дефицитарные клиенты: в работе с ними нет никаких сложностей, но именно это усиливает субъективное ощущение тяжести. У них почти нет особых структур, изучение которых делает психоанализ (по моим меркам) одной из самых сложных и интересных областей знаний.
Отсюда следует логичный вопрос: бывает ли так, что у человека точно нет психопатии, нет невроза, но при этом он
