это совсем другая история, касаться которой мне совсем не хочется.
Попав на кухню, где совсем недавно был Пётр со своей компанией, Свен активировал свой магический браслет и поставил защитную сферу от прослушивания.
— У тебя были гости? — Свен пробежался глазами по чашкам, все еще стоявшим на столе.
— Ты же видел камеры наблюдения. И знаешь, что ребята мне здорово помогли.
— Не простые ребята с улицы, — друг по-хозяйски уселся на стул, ожидая, пока включенный магией чайник закипит. — Они следили за мной. Еще с города.
— Да? — а вот это было неожиданно.
— Да. Просматривая запись, мне показались очень уж знакомыми близняшки. Что здесь, что там. Нечасто встретишь таких похожих друг на друга.
— Они разные, — перед мысленным взором появились Лариса и Галина. — Одна похожа на лисичку, милую снаружи, но хитрую внутри. А вторая…
— На ворону, — перебил меня Свен.
— Я бы сказала, что на куницу. Но в любом случае девочка непростая.
— Еще как. Сестры Камрановы не из сильных магов, но с интересными способностями. Я навел о них справки, — маг пристально посмотрел на меня. — Галина всегда рисует. Она обладает поразительной памятью. Может нарисовать практически все, что когда-либо видела. И неважно, что это будет: лицо человека или обстановка, — он обвел ленивым взглядом светлую кухню с деревянным гарнитуром. — Советую сделать тут ремонт. А лучше все изменить, начиная с цвета стен и заканчивая этим дурацким столом. Больше техники, больше пространства.
Пренебрежительный взгляд гостя, направленный на гордость кухни — огромный деревянный старинный стол, мне совершенно не понравился.
— А мне он симпатичен, — не стала сдерживаться я. Хоть Свен и друг, но командовать у себя в доме я никому не позволю.
Чайник закипел, и Свен разлил бодрящий напиток по чашкам. Приятно, когда за тобой ухаживают.
— Вторая, — Олбу глянул поверх пара, исходящего от чашки, — Лариса, умеет перемещать предметы. Правда, для этого ей нужно их хорошенько представить или просто видеть перед глазами.
— Рисунки сестры! — ахнула я. Такое редкое умение весьма ценно. — А перемещаться она умеет?
— Пока нет. Ключевое слово — «пока», — маг пригубил ароматный напиток. — Здесь давно надо было все поменять. Вот и повод представился. Незваные гости никому радости не приносят.
— Откуда ты про них столько всего знаешь?
— Неплохие связи в школе магии.
Мысленно я скрипнула зубами. Друг прекрасно понимает, что дальше я эту тему развивать не буду. Упоминать Егора нет никакого желания. А ведь если говорить о школе, то рано или поздно и о Березкине придется вести беседу.
Егор Березкин принадлежит к потомственной семье безопасников. Но вместо того, чтобы продолжить дело отца и деда, он пошел в магистры. И теперь преподает в европейской магической школе, которую мы с ним и окончили в свое время. А еще Егор Березкин — мой бывший парень, с которым мы даже начали планировать свадьбу. Вот только пять лет назад он меня бросил. Заявился в Эдинбург и под сенью весенних деревьев сообщил, что мы расходимся. Просто взял и перечеркнул все наши отношения длиною в семь лет.
Сказать, что тогда было больно, — это как ничего не сказать. Но все прошло, и я изменилась. Крутила романы, начинала отношения, некоторые из них заканчивала, а потом встретила Генри и решила, что хочу замуж. Стала женой, вдовой, столько всего было, но почему-то все еще неприятно вспоминать о расставании в молодости.
— А что скажешь о мальчишках? — чуть хриплым голосом поинтересовалась я, прогоняя непрошенные воспоминания.
— О, они тоже весьма примечательные. Пётр Бельский — высокий и нескладный чистокровный маг с нулевым магическим резервом. Угораздило же паренька таким родиться. Сочувствую ему, — искренность в голосе Олбу подкупала.
Он, как никто другой, знал, под каким давлением находятся чистокровные студенты, стараясь оправдать ожидания родителей. Мне в этом плане в детстве повезло больше: папа вечно путешествовал, мама выше школьной программы ничего не требовала, предоставляя возможность самой изучать то, что нравилось. Зато дедушка Сергей и бабушка Агата каждые каникулы зорко следили, чтобы ни одна минута свободного времени не пропадала даром. Но и здесь я могла сорваться и в любой момент уехать к прабабушке в Париж.
— Бельский — отличник, зубрила, много чего знает, в авантюры не лезет, но… — Хитринку в глазах Свена не заметить было невозможно. — Он участвует только тогда, когда уверен в результате. А потому то, что они шпионили за мной…
— А четвертый? Даня.
— Даниил Ветров — полукровка. Симпатичен, общителен, лучший друг Петра. Стремится всеми силами выйти из тени сестры.
— А кто сестра?
— Екатерина Ветрова. Молодой талантливый обозреватель, — в голосе Свена все больше проскальзывала напряженность, — и девушка магистра Березкина.
Не знаю, отчего-то мне становится душно: то ли от новости, которую только что узнала, то ли от пристального взгляда синих глаз мага.
— Даже так? Вот это новость. Как тесен мир, — только и смогла я сказать. Неожиданно. Удивлена. И нехороший червячок расправился в груди. Ревность. На которую я не имею права. Сама покинула мир магии, сама решила. И десять лет назад это казалось самым правильным и логичным решением. А что, если я ошиблась? Что, если я сделала тогда неправильный выбор? Как бы могла измениться моя жизнь? Да и не только моя.
Сомнения. Как же это не вовремя. Хотя… они всегда не вовремя. Тогда зачем сейчас они высунули голову, погребенные до этого под плитами прошлого? Как будто мне мало проблем и жизнь решила подкинуть еще пару задачек. А может… Нет. Это смешно. Но что, если вся эта ситуация с новыми студентами для того, чтобы эти самые сомнения и разрешить? Раз и навсегда решить, в каком мире мне надобно жить, а второй мир отпустить.
— Вот такая интересная команда спасла тебя. И спасла ли? Может, это очередной план, чтобы выманить Мака?
— Смешно.
— Ничуть. Безопасники могли использовать покушение, заслали своих молодых агентов, чтобы втереться в доверие.
— Они студенты! — крикнула я. — Им по шестнадцать-семнадцать лет. Какие они агенты?
— Ты себя вспомни в их возрасте! — Свен не отставал от меня и тоже повысил голос. — Вы в таком возрасте разложили на атомы босса Слизняка, а потом раскрыли заговор. А в восемнадцать…
— Ты еще расскажи
