class="v">Круглые сутки
Дозорный в будке.
Пожарные сели к столу и запели:
Про древний клад
Читал доклад учёный.
Но вспомнил вдруг
Он про утюг
Включённый.
Снимите трубку, гражданин,
И наберите ноль-один,
Учёный!
Нас все зовут,
Когда случается беда.
Пожалуйста, пожарные,
Пожалуйста, пожарные,
Пожалуйте сюда.
Папа нехотя спускался со шкафа.
А Лев и Лёша уже бежали вниз по лестнице.
— Я помогу тебе попасть в Африку, — говорил Лёша, прыгая через две ступеньки. — Аэрофлот тебе поможет. Идем, идем, мы достанем билет на самолет «Москва — Африка».
— Только бери билет «туда и обратно», — сказал Лев, прыгая через три ступеньки.
— Хорошо! Туда и обратно! — крикнул Лёша, и друзья выбежали на улицу.
— А каким самолётом мы летим?
— Реактивным!
Тем временем в квартиру Леши Кашина, запыхавшись, вбежал Свирепый Охотник в шляпе с петушиным пером. Увидев пожарных, которые сидели за столом и пели, он грозно крикнул:
— Кузькин!
— Я! — отозвался Кузькин и подскочил как ужаленный.
— Шапочкин!
— Туточки! — Шапочкин чуть не упал со стула.
— Кисель!
— Кисель на месте! — Он поднялся с места.
— Дармодихин!
— Всегда готов! — отозвался Дармодихин и поднял руку для салюта, как юный пионер.
— Лев ходит по городу, — мрачным голосом заговорил Свирепый Охотник, — а вы песни распеваете? Спевку устроили, да?
— Да, — грустно признались пожарные.
— Художественную самодеятельность развиваете, да?
— Да, — чуть не плача, ответили пожарные.
— Льва упустили, да?
Пожарные ничего не ответили. Они заплакали. Потом, поплакав, они решительно вытерли рукавом носы, растерли по щекам слезы, надели каски и бодро запели:
Мы вступим в бой,
С огнем, с водой,
Скажи нам!
И в тот же час
Подбросит нас
Пружина.
Спешит, боится опоздать,
Огонь и пламя обуздать
Дружина.
Нас все зовут,
Когда случается беда:
Пожалуйста,
Пожарные,
Пожалуйте сюда!
Свирепый Охотник воинственно улыбнулся и пошевелил усами. Потом он потряс в воздухе ружьем и скомандовал:
— Вперед! На Льва! Ура!
И пожарные один за другим выпрыгнули в окно.
— А штаны сгорели, — печально сказал папа, оставшись один.
И тогда раздался звонок, дверь распахнулась — в комнату вошел медведь. Это был Лешин школьный товарищ Лева Петров, который где-то раздобыл шкуру и расхаживал в ней по дому. Но, увидев медведя, папа всплеснул руками и беззвучно опустился на диван. Он уже ничему не верил.
⠀⠀
Глава девятая
По пустому городу, по безлюдным улицам Лев и его товарищ Лёша бежали на аэродром. Тысячи людей смотрели на них из закрытых окон и никак не могли взять в толк, что происходит. Почему свирепый Лев не ест мальчика? Почему мальчик не боится Льва? Или мальчик очень смелый, или Лев очень добрый? Постойте, постойте, они, кажется, о чём-то говорят?
Да, они говорили. Они бежали, потому что им было некогда, и говорили на бегу, потому что друзьям всегда есть о чём поговорить.
— Куда девались все люди? — спрашивал Лев.
— Попрятались по домам, отвечал Лёша.
— Почему?
— Они боятся тебя.
Лев очень удивился:
— Они боятся меня? Почему они боятся меня? Разве я когда-нибудь обидел хоть одного человека? Каждый день ко мне в зоологический сад приходит множество людей, и никто меня не боится.
— Так ты же сидишь в клетке, — сказал на бегу Лёша.
— А разве лев, сидящий в клетке, и лев, бегущий по городу, — не один и тот же Лев? — спросил Лев.
— Конечно, один и тот же! — воскликнул мальчик. — Но они этого не знают. Они думают…
— Они совсем не то думают, — вздохнул Лев и надолго замолчал.
На душе у него было горько от того, что люди прячутся от него, а не идут ему навстречу и что они придают такое большое значение клетке.
Когда друзья уставали, они останавливались, и Лев пил из лужи воду, а Леша завязывал шнурки на ботинках. И они бежали дальше. На сыром асфальте оставались четкие отпечатки львиных лап и резиновых подметок номер тридцать семь.
А где-то, за несколько кварталов, всматриваясь в эти следы, шел Свирепый Охотник, и у него из-под мышки, как огромный градусник, торчало ружье.
Иногда он останавливался и принюхивался.
— Львами пахнет! — говорил, он, раздувая ноздри. — Львами и резиновыми подметками. При чём здесь резиновые подметки? А? — сам себя спрашивал Свирепый Охотник и прибавлял шаг.
За ним, чуть поодаль, шли пожарные. Они шли гуськом, один за другим и несли на плечах брандспойт, похожий на большую змею, на удава или на питона.
Для смелости они пели:
С любой бедой
Вступает в бой
Пожарный.
Пусть на свободе
Стая львов Коварных.
Хоть нет у нас в руках ружья.
Но есть бесстрашная семья
Пожарных.
Нас все зовут,
Когда случается беда.
Пожалуйста,
Пожарные,
Пожалуйте сюда!
Едва они допели последние слова, как Свирепого Охотника не стало. Только шел впереди — и вот исчез!
— Где он? — спросили пожарные друг друга.
— По-моему, он на крыше, — сказал Кузькин.
— Ничего подобного, он сидит в парадном подъезде! — сказал Кисель.
— Нет, он на крыше. Надо вызвать лестницу.
Они спорили до тех пор, пока из-под земли не послышался приглушенный голос:
— Не надо лестницу! Бестолковые! Я… я… провалился!
— Он провалился сквозь землю! — решили пожарные.
— Я провалился в яму! Ой, болят мои косточки! Тащите меня скорее отсюда!
Теперь все стало ясно. Свирепый Охотник провалился в люк. Крышка была открыта. Он не заметил. Шагнул. И… провалился.
— Сейчас мы вас вытащим! — крикнул пожарный, не то Кузькин, не то Кисель. У вас есть веревка? — . спросил их из ямы Свирепый Охотник.
Веревки у пожарных не было, зато был брандспойт. Его-то они и стали опускать в яму. И в это мгновенье раздался отчаянный крик: «Змея!» — и хлопнул выстрел. Из люка запахло порохом.
Пожарные подскочили от неожиданности и стали друг друга спрашивать:
— Кто стрелял? В кого
