На чужой земле - Максим Шторм

эта магия была рождена не под нашими солнцем и луной, а пришла из другого мира. И, что скорее всего, если эту демоническую машину создали и чародеи Перумова, то работали они строго по инструкциям, что им выдали извне. Или же эта чудовищная вещь полностью была создана ведьмами.

Сто лет назад высший аристократ граф Владислав Перумов, руководствуясь неясными мне пока мотивами, предположительно вступил в сговор с врагами и подставил моего предка. Именно он открыл колоссальные Врата в центре Столицы, тем сам едва не поставив наше государство на грань уничтожения.

Скорее всего я больше ничего интересного и неожиданного из оставшихся записей Владимира не прочту. Последние им написанные слова оборвутся через две недели. А потом произойдёт страшное. А ещё через некоторое время Владимира Бестужева сожгут как предателя, вступившего в сговор с Ковеном, на костре. Любопытно только, успела ли состояться столь неожиданная встреча с графом Перумовым до того, как открылись врата, или же чудовищная машина сработала раньше и они так и не успели поговорить.

Надеюсь, вернувшись, я об этом прочитаю. Теперь моя главнейшая задача отыскать в огромном дворце тайную комнату и выкрасть хранящуюся там уже около сотни лет смертоносную машину, способную прорвать ткань мироздания и открыть проход для легонов чудовищ.

Эту машину вкупе с дневником Владимира я притащу в императорский дворец в Новограде и пусть только потом кто-то посмеет еще раз заикнуться о том, что мой прадед был предателем.

Слышишь, граф Николай Перумов, твои дни сочтены. И получишь ты не Север, а самую глубокую темницу в императорских пыточных подвалах. Хрен тебе, а не мои земли.

Но следует проявлять чрезвычайную осторожность. Старого хищника так просто не заборёшь. Мой прадед прямым текстом писал, что династия Перумовых очень влиятельна, а их род невероятно стар. И что Владислав Перумов был очень странным и опасным человеком, а его внутреняя суть отражала их Фамильный герб. Не думаю, что его внук окажется безобиднее.

Родовым зверем Перумовых являлась гиена.

Глава 9

По мере того, как я все ближе подходил подземной дорогой к Ярограду, туннель начал постепенно забирать все выше и выше. Не скажу на какой глубине к окончанию пути оказались его своды, но думаю, что на несколько метров я все же поднялся. Пока шел, с усмешкой подумал о том, что был бы великий прикол, пересекись этот тайный ход, соединяющий город с шахтой, с одним из свежепрорытых пришлыми тварями грандиозных туннелей, оканчивающихся в холмах, перед выкопанным котлованом.

Спустя ещё какое-то время мой путь оказался завершён. Я остановился в небольшой, рукотворной пещере, с уходящим вверх большим просторным колодцем укреплённой, выложенной кирпичом шахты, и оснащенной сложной системой механического подъемника, напоминающего примитивный лифт. Я всмотрелся в темноту и понял, что выход находится не более чем в пяти метрах над моей головой.

Разумеется, пользоваться подъёмником я не собирался. Не хватало еще скрипом его заржавленных механизмов переполошить всех дремлющих во дворце тварей. Из дневника Владимира я знал, что тайный ход оканчивается в одном из самых нижних ярусов дворца, в его цокольном основании. Выбравшись из туннеля, я должен был оказаться в закрытой и замаскированной подвальной комнате, откуда уже можно было спокойно выйти на нижние уровни.

Кстати, где-то на этих же уровнях находилась и главная герцогская казна Ярограда. Эти знания пришли ко мне сами собой. Память моих предков при помощи проснувшихся наследных Способностей, помимо карт и ландшафта всех северных земель, услужливо мне предлагали перед внутренним взором и другие, не менее ценные картинки и информацию.

Сноровисто взобравшись по покрытым влагой цепям подъемника на самый верх, я мягко, насколько это было возможно в приглушенно жужжащей приводами силовой броне, спрыгнул на небольшой, выходящий из каменной стены приступок. Перед моим лицом оказалась тускло-серая массивная стальная плита, с уже хорошо мне знакомыми рунами на уровне глаз.

И вот теперь я весь превратился во внимание. Грифон, проснувшись, деловито заворочался между моих лопаток. Величественной зверь повёл клювом, словно принюхиваясь, его чувства невидимым зонтом раскинулись, насколько это было доступным и безопасным, на всю округу. Он видел сквозь стены, слышал и осязал все, до чего мог дотянуться.

И, удовлетворённый произведённой разведкой, игриво царапнул меня. Мол, иди, не бойся, снаружи безопасно. Настолько, насколько это вообще допустимо в таком месте. Понимая всю серьёзность ситуации и разлитую в воздухе опасность, Грифон попусту меня не донимал. Ясен пень, что уже находиться по эту сторону границы само по себе чревато нехорошими последствиями для любого человека.

Я снова приложил обнажённую ладонь к поверхности железной двери. И опять метал потеплел под моими пальцами, раздался негромкий щелчок, и с тихим шорохом стальная плита отъехала в сторону. Я шагнул вперёд и таким же образом закрыл за собой зачарованную, несокрушимую стальную дверь. Осмотрелся, по-прежнему пользуясь своим уникальным ночным зрением.

Я оказался в небольшом закуточке, два на два метра. И выход из него преграждала хитроумно устроенная секция фальш-стены. За которой располагался обширный подземный имущественный склад. Но что там сейчас осталось от некогда огромных залежей самых необходимых вещей и материалов для ведения огромного дворцового хозяйства? Но пока было достаточно и того, что ни одна из тварей не устроила в нем себе логово.

Возможно ли, что оккупировавшая дворец Ухора не особо желала видеть рядом с собой своих подчинённых и предпочитала проживать одна? Хрен ее знает. Дворец огромен и под ним, в его бесчисленных подземных катакомбах и помещениях, можно спрятать еще один. Я же, выбравшись из склада, окажусь всего лишь под восточным крылом дворца.

Из тех же полученных по наследству знаний, мне было известно, что тайник с казной находится на противоположном конце цокольного основания замка, под западным крылом. И до него еще нужно попробовать добраться.

Выбвавшись из тамбура, я осторожно закрыл за собой ничем не отличающийся от остальной части стены фрагмент. Слившись с кирпичной кладкой, он никоим образом не говорил, что за ней скрывается дверь, ведущая в подземный туннель. Даже я, не зная, что она здесь точно есть, не смог бы ее найти. Мои предки строить умели, что и говорить.

Осмотревшись, я понял, что нахожусь в большом просторном зале с сотню лет как потухшими фонарями, высоким ровным потолком и потянувшимися по всем стенам длинными, в несколько ярусов стеллажами, заставленными ящиками, коробками, накрытыми пыльными кусками брезента и пологами. Здесь отчётливо витал запах мускуса, мокрой псины, затхлости и чего-то едкого и отталкивающего, к которому примешивался слабый душок разложения. Каменные плиты