картиночки годны только лишь для украшения дачного домика какой-нибудь бабули, а вчера мои работы приобрел сам Легушев.
Вот так по крупицам я и строила свою сущность. Наполняла призрачный контур, который появился на берегу моря, деталями. Следила, чтобы основание было крепким и не рассыпалось при первой же неудаче.
И судьба мне благоволила. Будто кто-то сверху присматривал. А я суеверно боялась спугнуть. Но Дина брала меня за руку и горячо убеждала:
– Ты что, Поля?! Не сомневайся ни секундочки! Твои картины дарят свет. Надежду. И если там, - она поднимала глаза в небо, - кто-то решил, что ты должна писать, то кто ты такая, чтобы отказываться от этого?
Я верила и не верила. Пока однажды мне не прислала письмо одна женщина. Не вдаваясь особо в подробности личной жизни, она поделилась, что после того, как увидела мои картины, в один день решила, наконец-то, оставить взрослых детей, чьи кредиты она тащила на себе, ленивого мужа и офис с 9 до 18, и уехать в небольшой домик в деревне. Жить на пенсию, выращивать тыкву и кабачки и, не прячась, прямо на крыльце играть на аккордеоне. Дома ей играть не давали.
В доказательство прислала фотографию, и я увидела на фоне резного палисада абсолютно счастливую даму в цветастой шали с цыганскими розами. Она улыбалась и горделиво растягивала меха блестящего боками инструмента.
Вовремя я вспомнила про Марию, так звали ту женщину. Вчерашние страхи сразу притупились, а образ «великого и ужасного» Олега Павловича скукожился, посерел и отступил.
Глава 22
Глава 22
– Полина Андреевна, доброе утро, я не рано? – раздался в трубке голосок Ольги.
– Нет, нет… Что-то случилось? – испугалась я.
Самозванка внутри меня разбушевалась. Нагло спихнула робко поверившую в свой талант художницу, и яростно замахала кулаками. Вот сейчас! Сейчас тебе скажут, что вышли разгромные статьи и вообще твои картины пачками возвращают назад. И советуют повесить в деревянном сортире.
– Хотела вас порадовать. Представляете, вчера, когда вы уехали, в галерею пришел мужчина. Он так заинтересовался работами Лионель, что пришлось даже немного позже закрыться. Он купил сразу восемь картин! А с Черных лилий настоятельно попросил копию.
Я в буквальном смысле онемела. В ушах зазвенели противные комары. Я не ослышалась? О таком успехе я и мечтать не смела. Молилась, лишь бы не раскритиковали в пух и прах, а получилось, что мои работы заметили.
– Алло, Полина Андреевна? Вы слышите? Я дала ему вашу визитку. Думаю, сегодня подпишите договор.
Я прочистила горло.
– Скажите, Ольга… А он назвал свое имя?
Сама не поняла, что меня дернуло спросить. Может быть, подумала, что это не было простым совпадением? Но даже если это записавшийся в мои поклонники Леон, что это мне даст?
– Нет, Полина Андреевна. Он не назвался. Только взял визитку. Пошутил, что любит прикасаться к искусству инкогнито.
– Спасибо, Ольга. Прекрасные новости, - с некоторым сожалением сказала я.
Я положила трубку. Запоздало подумала, что можно было как-то обыграть и небрежно порасспросить, как выглядел этот таинственный мужчина, но тут же одернула себя. Не хватало еще, как престарелая дева, искать знаки внимания там, где их и вовсе не предполагалось.
Но назойливая мысль не отпускала. Ни пока я принимала душ, ни пока размещала фотографии и писала посты и анонс о скором видео с выставки. Маячила неотступно, несмотря на шквал звонков и сообщений, обрушившихся на меня с утра.
Если это Леон, то почему он действует анонимно? Я пыталась найти логическое объяснение, но каждый раз заходила в тупик. Быть может, он знаменитость, богатый коллекционер, который не хочет афишировать свои приобретения? Или у него есть семья, и он не может позволить себе открыто интересоваться художницей? А может, он просто любит интриги?
Вопросы… вопросы… А ответа так и не последовало. Как и звонка от тайного покупателя.
На каждый незнакомый номер я смотрела с надеждой. И дело не в романтических ожиданиях, а вполне тривиальной цели. Деньги. Мне нужны были деньги. Пока удавалось сводить концы с концами и то, только благодаря меценатам. Мир не без добрых людей. Мне не пришлось платить за аренду зала, и даже анонс многие сопричастные к миру искусства сделали совершенно безвозмездно. Когда-нибудь и я смогу отплатить добрым делом.
День был расписан по минутам. Я дала два интервью, побывала на презентации, а потом на обеде с Легушевым. Записала подкаст и попыталась набросать план, куда следовать дальше. Договорилась об аренде помещения, где могли храниться полотна, пустые холсты и инструменты и сразу же направила туда машину.
Тот самый звонок раздался вечером и совершенно не вовремя.
Я как раз пыталась втиснуть последний, особенно широкий холст в уже и без того переполненную комнатку. Помещение, которое я могла себе позволить, было небольшим и напоминало, скорее, чулан, нежели хранилище для произведений искусства. В узком пространстве пахло пылью и чем-то сладковато-масляным – смесью старой краски и чего-то ещё неуловимо приятного.
Телефон завибрировал в кармане внезапно. Я втиснула холст между верстаком и скамейкой и, чихнув от пыли, нащупала плоский корпус. На экране маячил незнакомый номер, и, судя по префиксу, звонили из Москвы.
– Алло? – пробормотала я, пытаясь смахнуть паутину с волос.
– Здравствуйте. Полина Андреевна?
Я ощутила разочарование. Голос был женским.
– Меня зовут Ирина. Я звоню по просьбе моего шефа. Это по поводу картин Лионель, которые он вчера приобрел на выставке…
Качели моего настроения понеслись в противоположную сторону. Значит, заказ состоится! Ведь я почти смирилась, что таинственный покупатель передумал, а эти деньги, ох, как бы мне пригодились. Мне пора делать свой сайт. Да и арендовать квартиру было бы неплохо. Жить в отеле накладно.
– Ирина, я могу задать вам вопрос? – спросила я, когда все детали сделки были улажены.
Настроение было превосходным. Не дожидаясь ответа, продолжила:
– А кто заказчик, если не секрет? Кто ваш шеф?
– Простите, но я не могу назвать вам имя, - профессионально отчеканила Ирина.
Было ощущение, что эту фразу она заготовила заранее. Я пожала плечами: ну и ладно. Главное, сделка состоялась, и завтра деньги поступят на счет. До сих пор не верилось, что это всё сделала я. Собственными рученьками.
Я посмотрела на свои ладошки, рассмеялась и отряхнула их от пыли. Пора возвращаться в отель. Мечтательно прикрыла глаза, представив горячую ванну с пеной. Можно даже позволить себе бокал вина, а потом досмотреть лекцию
