закроет ее рот поцелуем. Говорят, в одну воду не войти дважды. Чушь! Он войдет. Тем более, когда вода эта из стоячего болота, неожиданно превратилась в бурный поток. Пусть даже обжигающий льдом, тем горячее будут ощущения.
Возможности отказа он не допускал. Олег умел быть настойчивым.
Полина, конечно, его удивила, но она ведь баба. Чего ей выделываться? Мужика как не было, так и нет. Иначе бы он маячил где-то рядом. Да, фасад она в порядок привела, и даже смотреть научилась вызывающе, но в душе-то обиженкой осталась. Мужики это чувствуют. Поэтому сто процентов она до сих пор одна.
Она не разлюбила его. Он видел, как она смотрела.
Поломается чуток. Пусть. Эта игра должна заводить обоих. Он готов подождать. Не всем так везет, когда бывшая из серой мыши превращается в чувственную женщину. Такой она не была даже в самом начале. А уж со временем… Он и увлекся тогда Настей только потому, что в ней искрил каждый нерв. Секс сквозил в каждом движении. Сейчас этого нет. Тупая истеричка.
Полина, конечно, мнит себя богемой. Но нужен-то ей мужик! Ох, как нужен. Ее ж, бедную, никто не трахал уже год. А куда бабе без мужика? Только в прислуги к какой-то а-ля художнице приткнуться.
Нахмурился, потер пальцами подбородок.
А вообще надо бы проверить, разузнать об этой загадочной Лионель. Уж больно эта мазня смахивает на то, что малевала его женка, когда ночами пряталась в мастерской.
Да и с лица спала знатно, когда увидела его. Он заметил в глазах испуг. Значит, чего-то боится? Или что-то скрывает? Ну не его же, в самом деле, она испугалась? Довольно хмыкнул, вспомнив, как застал ее врасплох. И букет оказался в тему. Совпадение, банальное совпадение, но зато как эффектно вышло!
Злодей-бывший муж коварно напоминает о себе лилиями – цветами, которая бывшая жена не переносит на дух. Но он-то понятия не имел, что встретит на выставке Полину. Нужно было передать представительнице художницы цветы. Почему лилии? Да ему просто нравится их сладковатый запах. Хотя некоторые почему-то считают их цветами смерти.
Полина эти цветы никогда не любила…
Покусал изнутри губу, какая-то неоформившаяся мысль не давала покоя, он пытался ухватить ее, но тщетно. Так бывает, когда забываешь слово или слышишь нотки парфюма, но не можешь вспомнить его названия.
Встал, медленно прошелся вдоль стола, кинул взгляд на диван. Сгорбленная оплывшая фигура бывшей привиделась почти в деталях. Он был уверен, что она никуда из квартиры не уйдет, а она ушла. Захватила минимум вещей и ушла. Мазилки свои прихватила…
Стоп! На мгновение Олег замер на месте, а потом помчался в мастерскую, которую переделали в кладовую. Теперь там хранились коляски, автокресла и прочие детские вещички. Настя как полоумная скупала в прошлом году всё, что почти не пригодилось. Одна коляска до сих пор стоит не распакованной.
Окинул взглядом пространство, поднял глаза вверх и подтащил стремянку. Зашарил рукой по стеллажу. Вот оно! Набросок, который оставила Полина. Он еще тогда подумал, что в укор. Балансируя на ступеньках, вгляделся в очертания незаконченной картины. На ней отчетливо были видны лилии…
Глава 24
Глава 24
Полина
Не моргая, я смотрела на глянцевый прямоугольник.
«Я помню, что ты не любишь лилии. Прости».
Меня словно окатило ледяным душем. Я свела лопатки в ожидании, когда на плечи опустятся его тяжелые руки. Понимая, что в номере я одна, всё же ощущала присутствие Олега.
Неожиданно сквозь аромат роз прорвался запах земли и леса.
Неотрывно глядя на букет, я сделала шаг назад. Потом зажмурилась, будто понадеялась, что цветы исчезнут. Конечно, никуда они не делись. Кремовые бутоны по-прежнему лежали на столике, и мне показалось, что их них сейчас посыплются ядовитые пауки. Что еще можно ждать от сюрприза, который прислал человек, планировавший столкнуть меня с лестницы? Тот, кто цинично нанимал меня в няньки для своего байстрюка.
Сладковатый вкус воздуха стал приторным. Я схватилась рукой за горло, отступила еще шаг и захлопнула дверь ванной комнаты. Неловкими пальцами крутанула задвижку, и только после этого выдохнула.
Вода, пузырясь белоснежным гипюром, плескалась у края. Закрутив краны, уставилась на себя в зеркало перепуганными глазами. Секунда, две, три… Кап! – звонко упала капля в мраморной тишине. Как-кап! Я потянулась и закрутила туже вентиль.
Это простое действие меня отрезвило. Прыснув в ладошку, я снова посмотрела на свое отражение.
– Вот ты трусиха, Полина Андреевна! Ну, прислал цветы бывший, и что? Надумала целый триллер…
Скептически покачала головой. Худо, когда имеешь богатое воображение. Из пустяковой ситуации развела ужастик. Надо Дине рассказать, пусть посмеется. Хотя нет, не стоит ей об этом сообщать. Дина сразу же предложит, в какое место засунуть колючий букет Олегу.
Громко хихикнув, я скинула халат и шагнула в божественно-теплую и пахучую воду. Вытянулась, скрывшись под пеной. Прямо Афродита, ни дать, ни взять.
Смех и теплая вода сняли напряжение. Прикрыв глаза, я лениво повела руками и принялась размышлять.
Как Олег узнал, где я остановилась, нетрудно догадаться. В холдинге есть служба безопасности. Что они для любимого шефа не расстараются что ли? Ольге я строго-настрого запретила сообщать, где живу. Все вопросы предполагалось решать дистанционно, а с заказчиками встречаться только вне отеля. Это выглядело нормально. Приватность никто не отменял, да и образ таинственной Лионель, которую никто не должен обнаружить, проследив за ее агентом, пришел на помощь.
Другой вопрос, с чего бы великий и ужасный Олег Павлович делает шаг навстречу и извиняется? Я сдвинула брови, пытаясь вспомнить, слышала ли я хоть раз слово «прости» из уст Олега. Качнула головой: нет, никогда.
Такому самодовольному нарциссу, как Олег, конечно, не за что извиняться перед простыми смертными. Тогда что он задумал?
Я шевельнулась, и вода тихо заплескалась, поспешно заворачивая меня в пенное покрывало. Пузырьки уже стали оседать, долго задерживаться я не стану, иначе заболит голова.
Перед глазами возникло перекошенное от ярости лицо Олега. Я невольно тронула место, где он хватал меня своими ручищами. Вчера он не притворялся. Я реально его разозлила. Довела так, что он отыгрался на Настюше.
Не то чтобы я прямо уж была довольна, что Олег распустил руки, (ударить женщину, что может быть гаже?) но и особой жалости к Насте не испытала. Она сама добыла себе это счастье. И даже если бы не я испортила настроение Олегу, он всё равно мог бы влепить ей пощечину. Может быть, для них это так же нормально, как
