На чужой земле - Максим Шторм

— Не иначе, как наш Бестужев именно вот сейчас и восхочет-то в город ворваться, — пророкотал один из них, нисколько не стесняясь и громко излагая свои мысли. — Да и наподдать еще раз под сраку достопочтенному барону Рыкову!

— А что, — охотно вторил ему напарник. — Алексей таков и есть, ежели чего восхочет, так не остановится! Так что, Данила, как договаривались? Только увидим кого на Бестужева похожего, так сразу морды в стороны и воротим?

Прислушивающиеся к громогласно рассуждающим Часовым привратники уныло втягивали головы в плечи. Некоторые не сдерживали широких ухмылок. Здесь, на севере, среди служивого народа уже давно не было секретом, что в Цитадели сына бывшего командующего Тринадцатой Стражей никто не называет позорной кличкой «Безродный». И что все Часовые стоят друг за друга горой. Даже сейчас, когда капитан Ярослав Кречет и сам под арестом.

Раздавшись в стороны, стражники дождались первых прибывших. Съехав с широченного тракта, грохоча ободами колёс по каменным плитам, через проём в огромной, непомерной ширины, монументальной городской стене вкатилась первая телега, запряженная двойкой чалых лошадей. Сидящий на облучке мужичок, завидев стражу, бодро прокричал:

— Ночки доброй служивые! Уж простите, что запоздали, да телега клятая по дороге сломалась, вот все подводы и задержались.

— В следующий раз под стенами ночевать будете, — проворчал вооруженый коротким мечом и кинжалом старший смены, подходя к первой прибывшей телеге. За первой, позади, в темноте, освещаемой разгоревщимися на стенах яркими факелами, проступали очертания еще двух и чего-то, напоминающего карету. — Чего везёте-то, дармоеды?

— Яблоки, мил человек. Последние вот уж в этом году, — словоохотливо зачастил возница. — Да брюкву с тыквой. Сами вот извольте глянуть. Трое нас. Из Вишнёвки путь держим.

Стражник понимающе кивнул. Деревню эту он знал и находилась она и впрямь далековато от Ярограда.

— Поезжайте, — махнул он рукой.

На чудовищ и беглого изменника эти крестьяне точно похожи не были. Из караулки высунулась лысая голова дежурного чародея. Он скользнул по одной за другой въезжающей через распахнутые врата телеге и зевнул. Оживился он лишь, когда последним на досмотр вкатился влекомый четвёркой добротных чёрных коней огромный, черный же дилижанс.

Насторожившись, колдун пристально уставился на экипаж, провёл по нему магическим оком, проверил эфир и, на секунду призадумавшись, все же незаметно подал знак главному стражнику, после чего вернулся в караулку. Старший смены облегчено выдохнул и спокойно прошёл к сидевшему на козлах вознице.

Отпускавшие шутки по поводу въехавших в город телег с фруктами и овощами Часовые с любопытством присмотрелись к экипажу.

Явно важная птица пожаловала. Но без опознавательных гербов на дверях кареты. Значит, не дворянин, а просто очень зажиточный человек, могущий позволить себе путешествовать с комфортом. Но без охраны. Хотя, как сказать…

Рассмотрев человека, сидящего на козлах и правившего четвёркой, Часовые недоумённо и неверяще переглянулись.

Старший смены же, задрав голову, едва не начал мямлить, затем, откашлявшись, смог совладать с собою и грозно спросить:

— Кто таков и откуда путь держишь, уважаемый?

С козёл спрыгнул одетый в тяжёлый, полностью скрывающий фигуру дорожный плащ с низко надвинутым капюшоном человек. Земля под его ногами дрогнула, словно от подземного толчка. Стражник невольно попятился назад, остальные судорожно схватились за мечи и арбалеты, а Часовые даже подошли поближе.

Никто из них еще не видел во всем Ярограде человека выше и крупнее капитана Ярослава Кречета, о невероятной силе которого и вовсе давно ходили легенды. Но спрыгнувший с кареты возница ничем знаменитому Часовому не уступал. Громадный, как скальный утес, высоченный и широкий словно амбар, он низко поророкотал с некоторым, едва уловимым в густом звучном голосе иностранным акцентом.

— Меня зовут Франк. Я сопровождаю своего хозяина. Он очень известный в Столице врач. И готов ответить на любые ваши вопросы.

Великан сделал пригласительный жест и приоткрыл дверцу кареты.

Глава 19

Мой полёт продолжался не так уж и долго. Я и выдохнуть не успел, как приземлился подобно коту на ноги, чуть согнув колени. Лишь чуть сильнее обычного взвыли превосходно работающие силовые приводы доспехов, смягчая мое падение и спасая от переломов. Вслед, чудом разминувшись со мной, грохнулись сорвавшиеся с колец цепи. Видимо, примитивная конструкция лебёдки все же не была рассчитана на такую тяжесть, как закованный в доспехи Часовой и усиленные толстые цепи.

Я выпрямился и задрал голову кверху. Метров пять пролетел, не меньше. Вместе со мной в огромную, расположенную под полом темницы ямину упал и мой шлем. Я поднял его, надел и защелкнул на бронированном воротнике. Вот так, теперь я почувствовал себя не в пример лучше.

В оставшемся открытым провале вдруг показались две несуразные уродливые клыкастые рожи прозванных мною троллями тварей. Один из жирных уродов с недоумением завопил:

— Эй, ты как освободился, ублюдок проклятый⁈.

Второй, подталкивая его под руку, тыкал в меня похожей на протухшую сардельку пальцем и хрюкал:

— Ты тока глянь, еще и целехонек остался! Вот же отродье…

И это все обо мне! И от кого я слышу? От парочки красавцев, чьи морды неотличимы от задниц. Этим тугодумам хватило таки мозгов понять, что я свалился в дыромаху будучи уже свободным от цепей, но они никак не могли допетрить, что я снова завладел мечом и шлемом. М-да, немудрено, что их тут используют в качестве самой черновой рабочей силы. На большее эти дегенераты явно не способны. Но даже они умнее большинства нечести. Остальные только и могут, что убивать да жрать.

Я показал им неприличный жест, вызвав искреннее недоумение на их рожах и решил осмотреться. И ежу понятно, что сбросили меня сюда с конкретной целью. А именно познакомить со своей погибелью. Звучит крайне претенциозно. Осталось только понять, кто же выступит в роли рубящей нить моей жизни гильотины.

Тем более что сверху один из монстров весело сообщил:

— Ничего, человек, недолго тебе там барахтаться осталось! Обратно ты уже не выберешься. Торч, хошь поспорим, сколько этот паскудник против Валашки и ее огрызков продержится?

— Что, снова созрел продуть вчистую, как Локу? А, будь ты проклят, давай!.. Не больше сотни ударов сердца, когда они им займутся.

— Ты не спеши, умник, сначала скажи, что ставишь…

Не слушая более схватившихся в словесной перепалке заглядывающих вниз образин, я, высвободив меч, внимательно осмотрелся. В моем положении уж лучше сразу взять в руки клинок, еще до выяснения всех обстоятельств.

И куда же меня снова нелёгкая занесла? Что это за упрятаная в земной толще огромная стремная пещера? Обиталище Валашки? Здесь было так же темно, как и наверху.