На чужой земле - Максим Шторм

— Совсем ты заработался, твоя светлось, — надув губки, промурлыкала она, протягивая руку и сжимая пальчики на напрягшемся естестве графа. Кулагин, в который раз залюбовавшись ее формами, возбуждённо задышал. В такие моменты он забывал о работе и наконец мог себе позволить расслабиться и отвлечься.

В ответ он мягко сжал ладонью ее правую тяжёлую грудь и ласково захватил пальцами торчащий сосок.

— К демонам эту работу… — тихо произнёс он, наклоняясь и впиваясь девушке в сладкие подставленные губы. — Остаток ночи я весь твой…

Как бы не был умён и прозорлив граф Василий Кулагин, даже он не мог предположить, что Людмила, работающая на кухне и помогающая стряпать обеды для обитателей Цитадели, помимо всего прочего, являлась любимой племянницей временно исполняющего обязанности командующего Корпусом сержанта Федора Корнедуба. Собственно, об этом вообще мало кто знал.

И девушка, при всей своей внешней простоте и обыденности, обладала недюжинным умом, наблюдательностью и исключительной зрительной памятью. А еще, будучи сиротой, она очень любила своего ворчливого усатого дядюшку. И всегда с ним делилась самым сокровенным.

Особенно когда он сам просил ее наблюдать, слушать и запоминать.

Глава 21

Ночь была временем чудовищ. Вольницей для полчищ нечисти. Тот, самый тёмный и страшный отрезок суток, когда наводнившие наш мир твари чувствовали себя особенно вольготно. Ночь — время ведьм.

И, едва ли не бегом спеша через залы и коридоры погруженной в ночной сумрак герцогской резиденции, я пришел к выводу, что после захода солнца, как ни странно, здесь, внутри, для меня стало намного безопаснее. Пародкс, но тем не менее. Как только за горизонт укатилось столь ненавистное иномирным чудовищам светило, они, очнувшись от дневной спячки, повыползав из своих нор, окунулись в ночную жизнь.

Улицы Ярограда сейчас стали особенно опасными и страшными из-за новоднявших их сотен и тысяч проснувшихся тварей. Сдаётся мне, те, что в дневное время отлеживались под крышей огромного дворца, так же выползли вон. Ночь это еще и время охоты. И монстры, покидая обезображенный город, расползаются по всей округе в надежле обнаружить случайного зверя или человека. А то и напасть под шумок на кого из своих собратьев.

Нечисть неслась в сторону границы и заходила в пораженные скверной дубравы и рощи, сверкала голодными глазищами, истекая слюной, принюхиваясь к доносящимся с востока сводящим с ума запахам.

Дворец словно вымер. Грифон, настороженно вертя клювастой головой, непрерывно отслеживал магический эфир, сканировал пространство и был готов в любой момент подать сигнал тревоги. Но и мое чутьё пока помалкивало, вселяя надежду, что в этот глухой и тёмный час вряд ли я встречу кого на своём пути. Сражавшиеся со мной монстры так же, с наступлением мрака, убрались за стены крепости. Наверняка внутри еще кто-то оставался, присматривать за томившимися в катакомбах разводимыми как скот узниками, да огромными, ручными зверушками Ухоры. Может, где-то ещё проживали подобные Валашке с отпрысками твари, требующие особого ухода. Но сейчас мне реально везло.

А если я без происшествий доберусь до тайника с казной и демонической машиной, то вообще впору по возращение свечку в ближайшей церкви ставить!

И, когда я наконец, никем не остановленный, выбрался в заветный холл, пол которого так и остался покрыт уже подсохшей, отвратительно воняющей кровью убитых мною чудовищ, над которой жужжали в темноте довольные мухи, то не сдержал облегчённого выдоха. Но пока ещё рано радоваться.

Еще предстояло добыть то, за чем я шел и… Сделать еще кое-что. Что конкретно шло вразрез с моими изначальными планами. Но я искренне считал, что поступаю правильно. И если получится то, что я задумал… Хм. Это будет что-то с чем-то. Ну а касаемо всего остального…

Я остановился напротив каменной стены, которая на первый взгляд ничем не отличалась от всех остальных. Но я знал, что если нажать определённый, вмурованный в раствор булыжник, то часть стены сдвинется с помощью хитроумного механизма и я войду внутрь защищённой чарами комнаты. И среагировать магический замок мог только на кровь наследника династии Бестужевых.

Черпая изнутри своего подсознания стремящуюся достучаться до меня информацию, я быстро определил нужный камень, снял перчатку и торопливо приложил ладонь к холодной поверхности стены. Кожу моментально кольнуло теплом. Где-то внутри стены что-то едва слышно щелкнуло, зажужжало и с довольно громким шелестом, впервые за сотню лет, каменная дверь толщиной в пол метра, утопившись вглубь, отошла в сторону, открывая чернеющий прямоугольный проем.

Я не раздумывая шагнул внутрь и подобным же образом закрыл за собой ход. Отврить всегда успею. А сколько здесь пробуду, ещё не известно. Внутри царила темень, которую мое ночное зрение победило за долю секунды. Пахло затхлостью и пылью. Но я с наслаждением вдыхал этот застоявшийся, стылый воздух. По крайней мере, тут не воняло гнилью, трупными миазмами, нечистотами и вездесущей скверной.

Я замер в самом начале тайника. Комната, в которой отказался, была не особо просторной, не больше тридцати квадратных метров. Все вокруг было покрыто толстым слоем пыли, а невысокий потолок заволокло пластами паутины, опутывающей уже сто лет как умершие стеклянные шары-светильники. Но чары, скрывающие эту комнату от черной магии и ведьминого глаза, все ещё работали. С обратной стороны каменной двери, по стенам, потолку и по гранитным плитам пола были нанесены чуть мерцавшие во тьме, под слоем пыли, защитные руны, за множество лет ничуть не растерявшие свои силы.

Тайник был заставлен десятком ящиков и сундуков из лакированного моренного дуба, окованных потемневшим железом, с запертыми на массивные замки крышками. Наверняка содержимое этих скрынь представляло собой немалую материальную ценность. Серебро, золото, драгоценности, энергокристаллы, возможно, что-то ещё… Но я не собирался терять время на изучение, по факту, принадлежащего мне по праву наследования богатства. Мертвым золото ни к чему. Где отворяющая портал в мир Ведьм машина?

Все эти покрытые пылью и тенетами путины ящики и сундуки довольно похожи по размерам и очертаниям… Судя по тому, что я знал, демонический агрегат должен иметь форму не особо крупной коробки, ящика… Неужели его спрятали в один из этих сундуков? Черт! Придётся или сбивать замки или же получше разуть глаза.

Я лихорадочно заметался по сокровищнице, изо всех сил напрягая обострившееся зрение и срывая железными пальцами оплетающую сундуки паутину.

Черная как ночь коробка из железа, поглащающая любой попадющий на нее свет. Тяжёлая, словно залитая