комнате с такой скоростью, что у Юри закружилась голова. Замер на мгновение у письменного стола, пробежал взглядом по странице раскрытой книги и зло, неприятно усмехнувшись, прочел:
— Книга третья законов торров… «Если ляжет женщина с тигром — убей ее… мерзость сделала она… если кто увидит наготу сестры своей и обнажит плоть свою перед ней — это срам и грех на обоих, за который следует предать их казни, истребив и их скверное потомство». Странное он выбрал чтение перед смертью…
Рем опустился в кресло и задумался. Лицо его становилось все сумрачней, пока не приобрело пугающее выражение мрачной решимости.
— И что дальше? Что это ты задумал? — спросила Юри, встревоженная этой переменой.
— Тебе лучше вернуться домой. Найдешь дорогу сама? — ответил он холодно.
— Ты это что, а? Уж не задумал ли и вправду проткнуть бедного Каллиса иголками? Совсем что ли ума лишился?
— Не такой он и бедный.
— Ну уж нет! Он тебе ничего дурного не сделал! Всегда тебя защищал и помогал тебе! Ну как тебе не совестно даже думать про такое? Пытать старика из-за какой-то вырванной страницы. Ты, видно, от досады немного умом помутился… А знаешь что? Я вот думаю, а вдруг он эту страницу не выбросил? Мы же даже не поискали как следует.
— Не выбросил? Кан?
— Ну да. Он же по всему видно немного помешанный. Ничего не выбрасывает. Вон, глянь, рядом с тобой коробочка. Посмотри, что там внутри.
Рем открыл одну из шкатулок.
— Что это? Какие-то оборванные нитки? — воскликнул он удивленно и сразу же открыл другую шкатулку, — Здесь сломанные перья…
— А в спальне у него волосы в коробке у постели. Вот чудно же, ну чудной же человек!
— Да, он был чудной этот Кан, — подтвердил Рем, — Все время все вокруг пересчитывал, даже пальцы свои…
Юри выдвинула верхний ящик стола, оказавшийся на удивление тяжелым. Он был до краев наполнен черепками.
— Ничего не выбрасывал, — сказала она, — Может и страницу ту не выбросил. Давай поищем, а?
Им потребовалось больше двух часов, чтобы открыть все сундуки и пролистать, хранившиеся в них книги. Юри было прекрасно известно обо всех уловках контрабандистов, потому она с особой тщательностью обследовала и сами сундуки. Но ни второго дна, ни тайника в крышке не нашла. Такому же дотошному осмотру подвергся и письменный стол, и кресло Кана, не говоря уж о шкатулках. За резной трехстворчатой ширмой обнаружилась небольшая каморка, полная склянок, порошков, разноцветных пузырьков, костяных скребков, кисточек и прочих мелочей, требующихся для создания миниатюр, украшавших страницы фолианта. Большая часть красок давно засохла, и на всех поверхностях лежал бархатистый слой пыли. В щели между стеной и шкафом Рем заметил какие-то листы и едва не опрокинул его на пол, желая как можно быстрее до них добраться. Увы, это оказались незаконченные наброски графитом — юная красавица верхом на огромном тигре, она же танцует, вскинув руки, унизанные браслетами, а на последнем только ее прекрасное лицо, обрамленное темными прядями. Рем с досадой отбросил рисунки, а Юри подняла и снова опустила в щель.
— Все… — устало сказал Рем и плюхнулся в кресло.
— Нет-нет-нет! Рано сдаешься! Я чувствую, она где-то тут! Вставай, надо отодвинуть стол и посмотреть под ковром. И еще проверить пол и стены!
— Мы тут все перерыли. Пора признать…
— Нет! Я точно знаю, она где-то тут! Я ее чую!
Юри охватил охотничий азарт, раж, какой бывает у гончих псов, преследующих зайца, и потому она не хотела и не могла остановиться.
У стола, придавленный ножками кресла, лежал потускневший ворсистый ковер. Юри решительно откинула его лохматый край в сторону. И тут же раздался звонкий прыгающий стук — что-то крохотное блестящее покатилось по каменному полу.
— Ага, так вот в чем дело, — сказала Юри, внимательно разглядывая находку, — А я то думаю, как он так всегда тихонечко подкрадывается с этими своими погремушками на сапогах! Бубенчик-то пустой, нету ничего внутри, вот и не звенит.
— Кто? — спросил Рем и вскочил на ноги, — Покажи! Дай мне! Это тот нелепый бубенец, что козел Миро носит? Ты уверена?
— Сам погляди. Он же пустой! Вот глупость!
— Верно, глупость…
Он покрутил бубенец в руках и нахмурился
— Ты думаешь, Миро был здесь? — спросила Юри.
— Верно, да.
— И что ему было надо?
— Разрешение на брак.
— С Мизой? О, бедная Миза! Но разве же это не решено? Он ведь отправил подарки.
— Не с Мизой. Со Славли Златой, — ответил Рем, указал на раскрытую книгу в темном переплете и произнес немного нараспев, — Кто увидит наготу сестры своей и обнажит плоть свою перед ней… Вот о чем шла речь.
— Ну и гадость! Зачем же это ему? Она же его сестра…
— Миро уже подмял под себя немалую часть Совета. Он добился этого с помощью выгодных браков с дочерьми и сестрами старших. Ты ведь слышала, что он изверг и насильник? Это так, но за его действиями стоит расчет. Пока он держит за горло своих женщин, то в какой-то степени держит и их отцов и братьев. При этом Славли Злата во всем поддерживает Рубо, а не его. И мое появление окончательно все усложнило… Он понимает, что я полукровка с черным тигром, и без брака со Славли Златой мой голос мало что стоит, да и после тоже. А вот для Славли все изменилось бы. Со мной она укрепила бы свое положение и стала бы в глазах Совета преемницей Рубо. Она, а не Миро. Так что он решил действовать единственным известным ему способом. Неужели он думал, что силой заставит Кана пренебречь законом и выдать разрешение на этот постыдный брак? Нет, он должен был понимать, что Кан не пойдет на такое…
— И он что? Убил его?
— Он не смог договориться с Каном и решил, что сможет договориться с тем, кто его заменит.
— С Арри?
— Вспомни, он послал Мизе подарок сразу же после того, как Арри предложили должность распорядителя.
— А Рубо Червон? Разве он допустит такое?
— Почему нет?
— Но ведь это неправильно!
— Для торров рождение тотто — священный долг. Часть договора, который заключил с небесами Первопредок. Они чтут связь с тигром также, как лари почитают
