тесно прижавшись друг к другу, вышли на набережную. Сфинксы остались на той стороне, и теперь нас разделяла черная ширь неспокойной воды.
Погода сжалилась над нами. Бушевавший весь день ветер стих, дождь так и не начался, и только в свете фонарей серебрились полуголые ветки деревьев, покачивались еле-еле, словно здоровались и одновременно прощались.
Не сговариваясь, мы прошли по мосту и оказались у Академии художеств. Вода лениво плескалась о ступеньки. Гранитные чудища равнодушно взирали на город. Нас, простых смертных, они просто не замечали.
А нам тоже было не до них. Потому что мы оба знали, что сейчас произойдет. Леон оказался совсем рядом, и я поняла, сейчас он меня поцелует. Мир вокруг сжался до крошечного круга, очерченного нашими фигурами.
Леон осторожно, словно пробуя на вкус, коснулся губами моих губ. И я ответила, подавшись к нему всем телом. Его руки, теплые и сильные, обняли меня, прижимая к себе так, что я услышала биение его сердца, быстрое и ровное.
Я почувствовала, как внутри меня всё расцветает. Словно выбралась из склизкого колодца навстречу теплу и солнцу. Его губы были мягкими, но настойчивыми, и поцелуй становился всё глубже, всё более страстным.
Я зарылась пальцами в его волосы, его рука скользнула вниз, оставшись на моей пояснице. Мир вокруг меня исчез, растворился, я ослепла и оглохла.
Наконец, мы оторвались друг от друга. Голова кружилась, а в ушах стоял легкий звон. Громко загудел, проплывающий мимо нас теплоход. Он и возвратил меня в реальность.
– Ну вот, а теперь ты мне всё расскажешь. Всё, Поля, слышишь?
Мы перебежали дорогу и устроились в уютной круглосуточной кофейне. И я, обнимая ладонями латте с черникой начала рассказывать. С самого начала.
Глава 47
Глава 47
Настя
– Оле-е-е-жа… Ну что случилось? Ну что ты такой злой?
Настя попыталась его обнять, но Олег раздраженно скинул с себя ее руки и вышел из спальни. По привычке Настюша надула губки, однако в глазах мелькнула тревога. Прошла уже неделя, как она с Мией вернулась из Испании, а Олег, будто и не заметил ее присутствия. В аэропорт не приехал, домой заявился поздно и даже без цветов, а уж про ночь и говорить нечего – повернулся спиной и захрапел. И это после долгой разлуки! От обиды Настя собрала подушку и одеяло и ушла в гостиную, где рано утром ее и застала Валентина.
Не подав виду, няня принялась за приготовление каши, но прежде чем она скрылась на кухне, Настя успела заметить, как по лицу пробежала ехидная усмешка. Не любит ее Валентина. А за что, спрашивается? Ну не растекается она розовыми соплями с дочкой, так что с того? Не все матери обязаны сюсюкаться и скакать вокруг ребенка, позабыв о себе. Вот немножко дочь подрастет, начнет разговаривать, и тогда можно будет ее с собой и в ресторан взять, и в гости.
А пока Мия только раздражает. Хнычет, лопочет что-то не понятное, тянет всё рук, если сядешь рядом. Слюни, подгузники, бррр. Пересилив себя, Настя пыталась с девочкой поиграть, но уже через пять минут она начинала ее бесить. Мия ни минуты не сидела спокойно, всё куда-то ползла, больно хваталась за волосы, а потом уронила айфон, который Настя сунула ей в надежде, что дочка успокоится.
Нет, лучше лет до четырех-пяти подождать. Пусть в человека превратится. А Валентине, если надо, то пусть и дальше носится. Хотя вполне было достаточно, чтобы ребенок был умыт, накормлен, выгулян.
Вообще, в последнее время Настя стала подумывать Валентину уволить. Слишком много себе позволяет. Взгляды эти… Да и девочку совсем разбаловала. Но теперь из-за холодности Олега проблема ушла на десятый план.
Копчиком Настя почувствовала, что Олег теряет к ней интерес. Витает в облаках, спровадил в Испанию с глаз долой, а сам… Чем он тут занимался?
Каждый вечер она, как и обещала, звонила ему с отчетом, как прошел день. Пару раз даже в обнаженном виде. Но Олег тратил на разговор три минуты, а на ее голую грудь и вовсе никак не отреагировал. И это после всех тех жарких взглядов, которыми одаривали ее темпераментные испанцы!
«Я, значит, как монашка ходила везде с Валентиной, чтоб она не настучала, а он в это время, небось, по бабам таскался! А вдруг у него кто-то есть?» - от этой мысли стало не по себе.
Пугала не потеря Олега, мужиков, которые оценят ее прелести, предостаточно. А вот, куда она пойдет, если он выгонит ее на улицу с Мией на руках? Выставил же он за неделю Полину, не пожалел. Хотя она была сразу после выкидыша. И ее так же вышвырнет и не икнет. Его угрозы оставить дочь себе нужно делить надвое. Припугнуть этим может, а как дойдет до дела, то решит, что лишний геморрой ему не нужен. Отец он, скажем, так себе. А может, что-то подозревает. Ударит моча в голову, сделает тест и…
Впервые за всё время Настюше стало реально страшно. Совершенно отчетливо она поняла, что находится на волоске от повторения судьбы той, над кем еще недавно потешалась. Вспомнила, с каким презрением смотрела на ее обрюзгшую фигуру, когда они столкнулись в кафе.
Но Полине было проще. Она одна, без ребенка. А у Насти есть Мия. И девать ее абсолютно некуда. Матери не оставишь, та еле с ходунками управляется после инсульта. Нанять няню? Нужны деньги, а где она их возьмет, если, к ней ни один мужчина не подойдет из-за дочери. Получается замкнутый круг.
Настя застонала, запустила в волосы пальцы и больно потянула их. Дурная привычка с детства. Когда сильно нервничала, дергала себя за волосы. Иногда в кулаке оставались целые пряди.
Значит, нужно как-то Олега умаслить, ублажить. Насколько всё было бы проще не будь у нее ребенка!
Эх, дура, дура… хотела привязать его к себе, а получила только обузу. Конечно, будь Мия стопроцентно его дочь, то через суд выбила бы алименты, но в том-то и дело, что в отцовстве она совсем не уверена.
До последнего не могла сделать выбор, с кем остаться. Боялась прогадать. Но топ-менеджер из банка, с которым она начала встречаться еще до Олега, сразу же обозначил все перспективы: развод для него невозможен, никаких беременностей быть не должно, и это только ее, Настина, ответственность. Она и не собиралась беременеть.
С менеджером постепенно отношения сошли на нет. Настя определилась и выбрала Олега. Он признавался в любви и заваливал
