они находились не в кулуарах галереи, а в бальном зале.
Глаза ее изумленно раскрылись. В них мелькнуло недоверие. Танцевать? – без слов переспрашивала она.
– Нужно сбросить стресс. А лучший способ – это движение. Любое. Вот я и подумал, почему бы и не танец? Тем более, где-то так старается музыкант…
Не отводя глаз, Полина кивнула и подала руки. Почувствовала жар и нежность его ладоней. По телу прошла волна тепла, оно благодарило хозяйку за то, что его поняли. Каждый мускул дрожал от пережитого напряжения, требовал расслабления.
Саксофон запел еще громче, и Полина вспомнила, откуда он мог взяться: в соседнем крыле находится школа джаза.
Леон легко, но сильно сжал ее пальцы, другая рука легла на талию. Их тела мгновенно вступили в немой диалог. Густой бархатистый звук саксофона добавил смелости.
Он почувствовал, как ее тело отзывается на каждое его движение. Улыбнулся, осознав, что она ему доверяет, а значит, больше не исчезнет.
– Я чертовски голоден, - сказал он, когда музыка стихла. – Давай всё-таки поедем в ресторан и поужинаем.
Глава 46
Глава 46
Полина
– Как? Когда ты успела это сделать?! Почему ты мне ничего не сказала?
Дину было слышно всем: и мне, и Леону, и водителю такси, которое уже подъезжало к ресторану. Я польщенно улыбнулась: такой вот сюрприз получился. Не то чтобы я хотела сделать из истории с патентом тайну, просто не посчитала этот поступок чем-то значимым. Обычное дело.
Прочитала на одном форуме, как некоторые горе-художники легко могут выдать чужие работы за свои, и решила подстраховаться. Честно говоря, даже неловко было обращаться с заявлением. На тот момент у меня и никаких выставок еще не намечалось. И ничего не предвещало. Я даже посмеивалась над собой – кому могут понадобиться мои творения? А получилось, неожиданно подстелила соломку…
Своей заслугой такую предусмотрительность я не считала. Меня в тот момент словно подталкивала и водила за руку неведомая сила.
– Диночка, прости, мне сейчас не очень удобно говорить, - я покосилась на Леона.
Он старательно разглядывал город – серое небо почти полностью слилось с серостью гранита и опустилось в серую воду.
– Ладно, - ворчливо отозвалась Дина. – Но могла бы и предупредить. Я тут чуть инфаркт не заработала. – Перезвони мне потом.
Я попрощалась и отключила телефон. Он и так раскалился от бесконечных звонков и сообщений. На электронную почту тоже шли письма, и среди них оказалось уже два предложения о персональной выставке. Одно из них очень-очень привлекательное – в культовом месте, где когда-то собирался весь ленинградский андеграунд. Пожалуй, его точно приму.
Но это всё потом, а пока я еду праздновать свою маленькую победу. Клавдия так на связь со мной и не вышла, а на предложение Леона помочь с судом, я обещала подумать. На самом деле, мне совсем не хотелось затевать тяжбу. Что-то подсказывало, что эта чудаковатая женщина немного была не в себе. А сейчас испугалась и залегла на дно.
Я поделилась своими мыслями с Леоном.
– Я так не думаю, - помолчав, сказал он. – Как ей удалось пригласить блогеров и репортеров? Ты же видела, как она одета, как выглядит, наверняка, там и с алкоголем проблемы. Ты не думаешь, что за ней есть кто-то, кто ее руками пытается навредить тебе? Может, это кто-то из своих же? Из художников?
Я промолчала и заговорила о сфинксах, мимо которых мы как раз проезжали. С улыбкой, вспомнила загадку, которую, как утверждала моя бабушка, сфинксы загадывали всем, кто хотел заполучить их сокровища. Сама тем временем, размышляла о загадке нынешней.
Конечно, никакие это не конкуренты. Есть только один человек, который меня ненавидит и мечтает уничтожить. Эскиз с лилиями выдал его с головой. Я думала, что потеряла набросок при переездах. Но очевидно он остался у Олега. И Олег нашел его. Значит, и Клавдия это его рук дело. Только вот доказать я ничего не могу. Если только сама Клавдия не согласится озвучить имя заказчика. А она не согласится, пока не окажется в суде.
Выхода видится всего два. Забыть об этой истории, тем более что она обернулась для меня выгодой. Или искать адвоката и готовить иск.
Решать прямо сейчас сил не было, и я переключилась на Леона. После нашего необычного танца, мы общались так легко, будто и не второй раз видимся в жизни. Леон оказался прав – за те несколько минут, что мы кружились в маленьком пространстве, из тела ушла дрожь, а мышцы расслабились.
Когда замолк саксофон, Леон не сразу отпустил меня. Мы замерли, и я почувствовала его дыхание на своих волосах. Пальцы у него были теплыми, и мне показалось, что от них исходят приятные колючие искорки. Будто бенгальский огонь щекочет ладошку.
А еще он не пользовался парфюмом, и его кожа пахла в разные моменты по-разному. Сначала медом, а сейчас дождем, хотя на улице ни капли. Я нашла этот момент забавным. У меня меняется оттенок глаз, а у Леона запах. Оба мы какие-то странные.
Мне ужасно хотелось узнать о нем больше. Но задать вопросы я не решалась, поэтому терпеливо ждала, когда он сам расскажет о себе. Всякий раз, когда его рука ненароком касалась моей, я чувствовала, как внутри всё трепещет. Интересно, как он целуется?
И тут же замерла в ужасе. Боже, Полина, о чем ты только думаешь?! Прочь, прочь из моей головы, несносные мысли! Вижу мужчину второй раз в жизни и…
Нет, дальше фантазировать себе запретила.
Тем более мы уже поднялись в ресторан. Хостес улыбнулась Леону, как доброму знакомому и неожиданно мне стало неприятно. Э, да ты никак ревнуешь, Полина Андреевна? – насмешливо пропел в голове чей-то голосок.
Господи, что происходит? – в панике подумала я. Быстро. Всё так быстро! Словно я попала на сказочную карусель, с которой не могу сойти. Вокруг в бешеном вихре проносятся огни, лица, и с каждым витком меня уносит всё дальше и дальше.
При этом я не испытываю страха, а лишь любопытство и непреодолимое желание кружиться еще и еще.
Я еле оторвала взгляд от окна с нависающим куполом собора. Рядом с ним золотилась огромная янтарная луна.
В руки мне лег букет пионов. Нежный сладковатый аромат закружил голову. Пурпурные бутоны горели яркими шарами, перемежаясь с веточками эвкалипта. Я зарылась носом в их шапки и счастливо зажмурилась. Всё это было похоже на волшебный сон.
После, мы
