приходило, что я могу занять её место, вытеснить её из его сердца. Я знала, что она была частью его прошлого, частью, которую он любил так сильно, что даже смерть не смогла её стереть.
Но я… Чёрт, я ведь всё равно его полюбила. Глупое сердце, которое я не смогла удержать в рамках разума, которое выбрало его, несмотря ни на что.
Я ударила ладонями по рулю, глухо всхлипнув, отчаянно пытаясь прийти в себя. Но вместо этого меня затопила беспомощность, разочарование, ярость. Не на него, не на неё, а на себя саму.
В груди разливалась пустота, холодная и безжалостная, вытесняя даже боль, потому что что-то внутри меня сломалось. Не треснуло, не надломилось, а именно сломалось, окончательно, бесповоротно, и я не знала, как это починить.
Я сидела в темноте, в собственном коконе боли, зажатая между прошлым, которое невозможно изменить, и будущим, в котором меня для него просто не было.
Я ушёл и с тех пор, дни сменяли друг друга, превращаясь в бессмысленный, однообразный поток. Казалось, я оставил не просто Лавку, ставшую моим пристанищем, я оставил гораздо большее…
Собственноручно я закрыл дверь в комнату, где лежала женщина, успевшая стать для меня… смыслом существования. Так много хотелось ей сказать, объяснить, но я не знал, как. Дурацкая записка. Пара предложений и точка.
Этого было чертовски мало, чтобы объясниться, но я не мог рисковать. Если Асм добрался до Земли, то вопрос времени, когда он найдёт меня. Сделать это через Адель будет проще всего.
Ливи поддержала мою идею, что нужно скрыться на время, пока мы не будем уверены, что среди пришедших нет Асмара. Хотя я предлагал напарнице исполнить её желание и оставить меня, она отказалась. Я бы предпочёл, чтобы она осталась с Адель, но она приняла другое решение.
Я старался быть аккуратным, первое время держался как можно дальше, но мне нужно было знать, что моя маленькая неприятность не вляпалась ни во что больше. Когда прошла неделя моего отсутствия, я впервые прилетел к ней. Разумнее было просить Лив накинуть иллюзию, но мы с ней мало говорили, да и вряд ли она бы поддержала мою инициативу.
Адель вернулась к семье, и я был рад этому решению, ей нужны были люди, способные поддержать. Вот только наблюдая издалека, я не увидел на лице радости…
Сложно сосчитать то количество раз, когда я порывался броситься к ней. Сгрести в охапку, забрать и больше никогда не отпускать. Вот только новостей о демонах не было. Мы старались пробраться ближе к колониям, используя иллюзию Ливиль, чтобы понять точное число прибывших и их имена. Но Асмар вполне мог представиться кем-то другим.
Повезло только однажды, когда среди демонов нашёлся доброволец, который стал представителем Преисподней. Я не встречал его раньше, как и Лив. Некий Кайнер… Но это было неважно, потому что среди его свиты обнаружилась демоница Берриес, которая когда-то помогла бежать на Землю.
Осталось встретиться с ней без лишних свидетелей. Я не хотел, чтобы кто-то посторонний знал о моей способности. Опыт научил не доверять никому. После жизни с братом, я усвоил один важный урок – не говорить о своей магии ни при каких обстоятельствах.
Люди не верили в магию, они не представляли, насколько она многогранна. Они принимали за истину ту версию, что я сам им показывал – исполнителя одного желания, не более. Они не могли догадаться, что за этой поверхностной ложью скрывается нечто куда более сложное.
Но демоны… Они бы сразу поняли. Они бы почувствовали ценность. А когда в их руки попадает нечто, что может дать власть, страх перестаёт сдерживать, а желание обладать превращается в одержимость. Однажды я выбрался из плена не для того, чтобы снова оказаться там.
Я не мог позволить им узнать. Потому что в мире, где магия стоила дороже жизней, единственная настоящая защита – это молчание.
Первостепенной задачей было добраться до демоницы. Но перед этим я решил хоть как-то скрасить настроение Ады. Найти её машину оказалось не так просто. К счастью, она часто показывала мне фотографии своей «малышки», словно это был живой питомец, а не просто железка на колёсах. Я запомнил все детали: гладкий белый кузов, блестящие диски, старый брелок в форме сердечка, болтающийся на зеркале.
Пришлось потратить несколько дней, чтобы выследить нового владельца. Торговец не сразу согласился продать её обратно, но деньги, превышающие стоимость в три раза, оказались убедительнее.
Я привёз машину прямо к её дому. Подогнал к подъездной дорожке, как если бы она никогда и не исчезала. А потом ждал, наблюдал с крыши соседнего дома. Мне не нужно было приближаться, чтобы увидеть её реакцию.
Сначала шок.
Потом… радость.
Она сделала пару шагов к машине, словно боялась, что она растает, если она прикоснётся. Медленно, осторожно открыла дверь, села внутрь. Я мог видеть, как она замирает, всматриваясь в зеркало. Её пальцы дрогнули, сжались в кулак. Я почувствовал, как сердце в груди сжалось вместе с ней.
А потом… растерянность. Она выскочила из машины и огляделась, взгляд метался по улице, по домам, по окнам, как будто она искала.
Меня.
Захотелось наплевать на всё, сбросить этот дурацкий самоконтроль и просто спуститься вниз. Она здесь. Она ищет. Она ждёт. Я почти сделал шаг, готовый прекратить это мучение, которое мы оба испытывали. Но в этот момент зазвонил телефон. Я зажмурился, сжал кулаки и медленно выдохнул сквозь стиснутые зубы, прежде чем ответить.
– Что?
Голос Лив был торопливым, взволнованным.
– Я нашла лазейку, Ист. Есть способ добраться до Берриес.
Я молчал, глядя вниз, где Ада всё ещё стояла на крыльце, растерянно вертя головой.
– Когда выдвигаемся?
– Прямо сейчас! Пока есть такая возможность…
Я наблюдал, как Ада села в машину и умчалась куда-то. Хотелось верить, что теперь она чаще будет выбираться из дома, чтобы развеяться…
До места, обозначенного Лив, я долетел быстро. Я приземлился в густом лесу, подальше от военных, которые толпились по периметру.
Не знаю, сколько я прождал. Минуты тянулись медленно, словно время здесь текло по-другому. Я стоял у ствола дерева, стараясь думать о деле, но мысли раз за разом возвращались к Адель.
Прошло ещё немного времени. Я уже собирался улетать, когда демонический слух уловил тихий хруст веток. Звук не был похож на осторожную поступь Лив. Кто-то двигался быстрее, с отработанным ритмом. Через пару мгновений из темноты вынырнули двое мужчин в военной форме.
Чёрт.
