я ни пыталась обмануть себя, я знала: её возвращение всё меняло.
Но в этот момент мысли рассыпались. Я запрокинула голову, судорожно втягивая воздух, цепляясь за простыни.
За его спиной темнели сложенные крылья, а на голове виднелась пара острых рогов. Это было сущим безумием, потому что… Спать с ним, зная, что он демон – одно. Но видеть его таким воочию совсем другое.
И всё же это знание не мешало мне стонать, не мешало предвкушающим мурашкам расползаться по телу, разжигая пламя, которое невозможно было потушить.
В это мгновенье он был только моим. Целиком и полностью. Эгоистично, глупо, да. Я пожалею об этом позже, когда навсегда оставлю демона и позволю настоящей любви вновь появиться в его мире. Надеюсь, он сможет простить меня за это.
– Ты простишь меня? – отрываясь от поцелуев, хрипло спросил Ист, а я едва не разревелась.
– А ты… ты простишь меня? – зарываясь в смольные волосы, нащупывая твёрдые отростки на голове, я задала ответный вопрос, зная, что он не поймёт глубину сказанного.
– За что? – Истар улыбнулся и вернулся к изучению моего тела.
Ожидаемо. Он хотел меня. Я хотела его. Разговоры бессмысленны. В этот момент прошлое и будущее перестали существовать.
Истар разорвал футболку и стянул джинсы. Хотелось пошутить, что с таким отношением к вещам, никаких запасов не хватит, но говорить совсем не хотелось. Он аккуратно стянул мои пижамные штаны и трусики, устроившись сверху.
Могущественные крылья расправились за спиной, когда он вошёл. Это было… неожиданно и захватывающе… Вряд ли такое можно забыть, а его самого заменить кем-то… Ни один мужчина просто не способен вытворять такое и дело вовсе не в этих демонических особенностях. Просто они никогда не станут им.
Истар двигался уверенно, нетерпеливо, раз за разом лишая дыхания, заставляя выгибаться навстречу, цепляться за его плечи, вжиматься в горячее тело, желая ещё большего. Он был рад встречи и его тело очень явно говорило об этом.
Движения были глубокими, доводящими до безумия, каждым толчком приближая к грани. Всё смешалось: его хриплое дыхание у моего уха, крепкие пальцы, удерживающие на месте, жар, разливающийся по телу, растущий, неудержимый.
– Ты сведёшь меня с ума…
Я не могла говорить. Только отвечать на каждый толчок, только извиваться под ним, только чувствовать, как всё напряжение, вся боль, все страхи сгорают в этом безудержном вихре.
Разрядка накрыла волной, заставляя содрогнуться, выгнуться в последнем, отчаянном всплеске удовольствия. Истар сжал меня крепче, уткнулся губами в шею, и через мгновение я почувствовала, как он сам разрывается от напряжения, теряя контроль.
Мы рухнули на простыни, дыша в унисон, кожа покрылась испариной, а сердце бешено колотилось в груди.
Я знала, что должна уйти. Но пока он держал меня в объятиях, пока тепло его тела не рассеялось, я не могла пошевелиться.
Мы уснули только под утро, и я бы не стал останавливаться, если бы Ада не измоталась. Открыв глаза, я не обнаружил её рядом, но это не удивило. Я догадывался, что легко не будет. Только не с ней. Разумнее было просто объясниться, искренне рассказать о причинах исчезновения, но я не сдержался, бросил пару фраз и приступил к тому, о чём мечтал почти каждый день без неё.
Я так скучал, и когда она оказалась в моих руках, всё остальное ушло на второй план. Вот только маленькая неприятность ошибается, если думает, что я так просто оставлю её.
Улыбнувшись, я потянулся на кровати и поднялся. Оказаться дома впервые за время отсутствия казалось непривычно, странно, но так приятно. Первым делом горячий кофе, а после я заберу Адель обратно. Она нужна мне, я нужен ей.
Вчера я не тратил время, чтобы вернуть телу привычный вид. Кажется, Адель ничуть не расстроилась из-за этого. Ей придётся свыкнуться с тем, как я выгляжу, ведь скоро Ливи станет человеком, без магии. Осталось разобраться с тем, куда мы отправимся, чтобы не привлекать внимание. Раз демоны всё равно появились на Земле, рано или поздно люди смиряться с этим фактом и научатся принимать нас.
Пройдя к шкафу, я на мгновение замер, глядя на аккуратно сложенные вещи. Взгляд зацепился за тёмную футболку, и я раздумывал, стоит ли пытаться натянуть её. Крылья всегда доставляли неудобства, особенно когда дело касалось одежды. Их нельзя было просто спрятать или заставить исчезнуть, как хотелось бы. Тем более, в последнее время, я старался не пользоваться способностями Лив, обходясь без этого.
Приходилось изворачиваться: плотно прижимать их к спине, натягивать ткань через голову, чувствуя, как она неприятно тянется и рвётся, и в конце концов проделывать в ней отверстия, чтобы оставить крылья снаружи. Одна ошибка, и ткань расползалась по швам, превращаясь в бесполезные лоскуты.
Я раздражённо вздохнул, разминая плечи. Крылья были частью меня, но на Земле, казались обузой. Снимать футболку приходилось только одним способом – просто разорвать её. И это раздражало ещё больше.
Щёлкнув языком, я захлопнул створку шкафа, решив, что в Лавке вполне можно ходить без футболки. Сейчас здесь не было посторонних, никто не будет глазеть, и мне не придётся снова бороться с бесполезными попытками приручить одежду, которая не предназначена для существ с крыльями.
Как бы я не старался дать себе немного времени, мысли об Адель затмевали всё остальное. Кофе показался пресным несмотря на перец. Мне требовалось увидеть её и больше никогда не отпускать.
Я намеревался немедля отправиться к ней, плевать на всё…
– Доброе утро, – Лив встретила меня внизу, когда я сбегал по лестнице.
Я знал, зачем она пришла. Мы оба знали. Ливиль стояла посреди зала, выпрямив спину, словно готовясь к неизбежному, но в её глазах не было страха. Только твёрдость. Решимость. Улыбка тронула её губы, и я тоже улыбнулся в ответ, хотя где-то глубоко внутри всё сжималось.
– Ты готова? Готова отказаться от своей сущности, от своей магии? Ты всё хорошо обдумала?
– Я перестала быть демоницей с тех пор, как мы пришли на Землю, – тихо ответила она. – Магия – часть меня, но люди и без того носят сотни масок. Иллюзия совсем необязательна.
Кивнул и шагнул ближе. Магия, дремавшая до этого момента, откликнулась мгновенно. Я чувствовал её, как всегда: тёплый ток под кожей, нечто живое, текущее по венам, словно вторая кровь.
В отличие от остальных демонов, мои способности не были результатом жестокости и боли. Моя магия была иной. Она просто
