через сорок минут.
* * *
Торговый центр «Атриум» встретил их стеной звука и света. Кондиционированный воздух пах дорогими духами, попкорном и пластиком — запах «нормальной» жизни, от которой Жека отвык.
Они выглядели здесь как инопланетяне, совершившие аварийную посадку. Жека — в рабочем комбинезоне с пятнами мазута (он лишь накинул сверху куртку, чтобы прикрыть самые грязные места), с перебинтованной рукой. Лилит — в своей драной косухе, с капюшоном, натянутым на самый нос, чтобы скрыть рога. Она шла, сунув руки в карманы, и злобно зыркала на проходящих мимо счастливых людей с пакетами.
Охрана на входе проводила их тяжелым взглядом, но не остановила. Деньги не пахнут, даже если их владельцы пахнут гаражом.
— У меня от этой музыки мигрень, — прошипела Лилит, когда они проходили мимо фонтана. — Почему они все улыбаются? Им что, в воду антидепрессанты подмешивают?
— Они просто живут, Лилит. Расслабься. Мы быстро.
Они зашли в магазин электроники. Огромные ряды телевизоров показывали одну и ту же рекламу стирального порошка в 4К. Жека заметил, как экраны, мимо которых проходила Лилит, начали идти рябью. На одном из них изображение дернулось и сменилось на «белый шум». Лилит вздрогнула и отступила на шаг.
— Не подходи к технике, — тихо предупредил Жека, хватая её за локоть здоровой рукой. — Держись в проходе. Если ты сейчас сожжешь им выставочный образец за двести тысяч, мы будем отрабатывать до конца жизни.
Он оставил её у корзины с распродажей чехлов («Стой здесь и ничего не трогай!») и пошел к витрине с планшетами. Выбор был невелик. Ценники кусались. Алиса мечтала о Wacom, но на него денег не хватало. Жека нашел китайский аналог — Huion. Простой, надежный, с хорошим пером. Шесть тысяч рублей. Вполне подъемно.
Он взял коробку. Она была легкой, но для него весила тонну. Это был не просто гаджет. Это была попытка купить прощение за пропущенные родительские собрания и воскресные обеды.
Вернувшись к Лилит, он обнаружил, что она копается в корзине с уцененными телефонами.
— Вот, — она выудила кирпичеобразный смартфон в ярко-красном корпусе. — «Redmi 9A». Экран битый, скидка 70 %. Берем?
— Берем. Только не включай пока.
Они подошли к кассе. Молодая кассирша с идеальным макияжем и бейджиком «Кристина» посмотрела на них с плохо скрываемым брезгливостью. Её взгляд скользнул по грязным манжетам Жеки, по странной девушке в капюшоне.
— Пакет нужен? — спросила она тоном, которым обычно спрашивают: «Вам вызвать полицию?».
— Нет, спасибо.
Жека выложил на ленту планшет и телефон. Кристина пробила товары.
— С вас восемь тысяч четыреста. Карта магазина есть?
— Нет.
— Прикладывайте.
Жека полез за картой, но Лилит, стоявшая рядом, вдруг подалась вперед, рассматривая жвачки на стойке.
— О, мармеладные червяки! Жека, купи червяков!
В этот момент терминал оплаты пискнул. Экран кассы мигнул и погас. Лента транспортера дернулась и встала. Кристина замерла с открытым ртом.
— Что за… — она постучала наманикюренным пальцем по монитору.
— Система зависла. Опять.
Лилит испуганно отпрянула, пряча руки за спину. Жека почувствовал, как от неё идет волна статического напряжения — последствия стресса в коллекторе еще не выветрились. Её аура «фонила» так, что у стоящего в очереди сзади мужика самопроизвольно включилась сигнализация на брелоке.
— У нас наличные, — быстро сказал Жека, пока кассирша не начала звать администратора.
Он выложил на стойку мятые, пахнущие медью и табаком купюры. Кристина брезгливо, двумя пальцами, пересчитала деньги.
— У меня сдачи нет с пятитысячной. Мелочь поищите.
Жека выгреб из кармана горсть монет. Люди в очереди начали нетерпеливо вздыхать. Кто-то громко цокнул языком.
— Понаехали тут… — донеслось сзади.
— Бомжи какие-то, а технику покупают.
Лилит резко обернулась. Её глаза под капюшоном сверкнули недобрым, фиолетовым огнем. Мужик, который это сказал, вдруг поперхнулся и начал кашлять, словно ему в горло попала муха.
— Лилит, — предупреждающе произнес Жека. — На выход.
Он сгреб коробки, сунул их под мышку и, подхватив напарницу, почти вытолкнул её из магазина. Только оказавшись на парковке, под спасительным дождем, он выдохнул.
— Ты зачем его прокляла? — спросил он, открывая машину.
— Я не проклинала! — огрызнулась она, забираясь в салон. — Просто пожелала ему, чтобы у него язык к нёбу прилип. Легкая шалость. Нечего было хамить.
Жека положил планшет на заднее сиденье, бережно накрыв его своей курткой.
— Ладно. Подарок есть. Телефон есть. Еда есть.
— Осталось только выжить, — буркнула Лилит, распаковывая свой новый красный «кирпич».
Они тронулись с места. До гаража оставалось пятнадцать минут езды. Пятнадцать минут до того, как их маленькая, уютная, грязная жизнь закончится навсегда.
Дождь наконец стих, оставив после себя лужи размером с небольшие озера и запах мокрого асфальта. «Форд» свернул в гаражный кооператив, переваливаясь через ухабы.
— Ну давай же, включайся, кусок кремния, — бормотала Лилит, нажимая кнопку питания на своем новом (старом) телефоне. — Я должна проверить соцсети. Вдруг меня кто-то потерял? Или лайкнул?
— Тебя потеряла совесть, — буркнул Жека, паркуясь у своих ворот. — А лайкнул тебя только Грымза.
Он заглушил мотор. Тишина гаражного кооператива показалась ему странной. Обычно здесь кипела жизнь: стучали молотки, визжали болгарки, соседи жарили шашлыки под шансон. Но сегодня было тихо. Слишком тихо.
Жека вышел из машины, потянувшись. Спина затекла. Рука ныла, напоминая о неудачном ремонте. Он обошел фургон, чтобы открыть ворота.
И тут он услышал звук. Это было не жужжание мухи и не стрекот кузнечика. Это был низкий, вибрирующий гул, от которого вибрировали зубы. Звук шел сверху.
— Жека… — голос Лилит, которая только что вылезла из машины, снова изменился. В нем опять прорезались те истеричные нотки, что были в коллекторе.
Жека поднял голову. Прямо над крышей его гаража, на фоне свинцового неба, висела черная точка. Она быстро росла, снижаясь. Это был дрон. Но не легкая пластиковая игрушка с камерой, какие запускают дети в парке. Это была хищная, матовая машина с четырьмя роторами. Её корпус был угловатым, словно высеченным из обсидиана. Под «брюхом» дрона горел немигающий красный глаз сенсора.
— Кому это делать нечего? — нахмурился Жека, делая шаг вперед, чтобы закрыть собой Лилит. — Эй! Здесь частная территория! Вали отсюда!
Дрон не сдвинулся. Он завис в трех метрах над землей, обдав их порывом ветра от винтов. Красный луч сканера метнулся по двору, мазнул по номеру «Форда», по лицу Жеки и остановился на Лилит.
— Цель обнаружена, — произнес механический голос из динамика дрона.
Реакция Лилит была мгновенной. Она не спряталась. Она зарычала. Это был не человеческий крик, а горловой, звериный рык существа, которое загнали в угол. Её глаза полыхнули фиолетовым.
Она схватила с земли первое, что попалось под руку — увесистый ржавый
