около десятка машин, отбитых у белых или подаренных богдо-гэгэну во время автономии. Теперь к ним присоединились те два автомобиля, что больше года простояли в монастыре. Почти все машины были неисправны. Русские водители вместе с монголами ремонтировали их. Дугар попросил, чтобы ему дали тот самый «додж», на котором он ездил с Егором.
С тех пор как Дугар начал работать в гараже, он не был в семье Сурэна еще ни разу. И с Сухбатом стал видеться гораздо реже. Правда, сегодня он мог бы заехать за приятелем, но не захотел: он заранее дорожил тем впечатлением, которое произведет, явившись на машине… Было время, когда он решил выбросить из головы чужую невесту. Долго он крепился, и вот в один прекрасный день с его чувства словно сняли путы: пусть Насанху никогда не будет его женой, но видеть ее лицо, слышать нежный, чуть насмешливый голос — отказать себе в этом счастье Дугар не мог.
За воротами послышались шаги. Калитка отворилась, звякнул колокольчик. Но уже по звуку шагов Дугар догадался: это не Насанху. И правда, из-за калитки выглянул Сурэн.
— А, это ты, Дугар!
Увидев машину, Сурэн выскочил за ворота, несколько раз обошел вокруг.
— Неужели ты сам ее водишь, сынок?
Довольный, Дугар только головой кивнул.
— Когда только ты успел выучиться? Молодец! У нас в Урге на машинах ездят только русские, редко китайцы, а монголы — никогда. Ты — первый! Эта машина, конечно, твоя?
— Нет, Сурэн-гуай, не моя. Я теперь служу в военном гараже. У нас несколько таких машин.
— Да-а! Сильный зверь эта машина!.. Но какой от нее шум! У тебя голова не болит?
— Я уж привык, не замечаю.
— И едет быстро, быстрее любого коня. Глазом моргнуть не успеешь — а ее уже и след простыл. И груза, наверно, много увезти может.
— Сколько поместится, все увезет, — похвалил машину Дугар.
— Сынок, а есть у тебя сколько-нибудь свободного времени?
— Конечно! Инструктор мне сказал — езди, Дугар, как можно больше, набирайся опыта. Я и разъезжаю, где мне вздумается.
— Вот и хорошо. Но чего мы тут стоим! Входи!
Дугар только этого и ждал. Не дожидаясь вторичного приглашения, он шагнул в калитку. Жена Сурэна, как всегда, лежала. С трудом верилось, что эта цветущая, полная женщина так тяжело больна. Тут же появился повар-китаец и принес еду. Аппетитно запахло чесноком и луком. За едой Сурэн с воодушевлением рассказывал жене о чудо-машине, на которой приехал Дугар. Обычно печальное лицо женщины оживилось.
— Дугар — молодец! — с чувством сказала она. — Я всегда это говорю.
Дугар посмотрел на нее с благодарностью.
И тут Сурэн попросил Дугара:
— Сынок, не поможешь ли мне кое-что привезти из монастыря Гандан?
Дугар охотно согласился: может, когда они вернутся, появится и Насанху. Девушки в юрте не было, а где она, Дугар спросить не осмелился. Сурэн взглянул на жену, засмеялся довольно.
— Ну, старушка, сейчас я поеду с Дугаром на машине. Может, и ты испытаешь, что это такое?
— Нет, куда уж мне!..
— Едем? — спросил Дугар.
— Да, да, сынок, едем!
Сурэн бросил недокуренную папиросу, заторопился.
— Где мне сесть?
Дугар распахнул дверцу, усадил Сурэна рядом с собой.
— Чем это так пахнет?
— Бензином.
Машина тронулась, Сурэн зажмурился и вцепился в Дугара.
— Не бойтесь, — принялся успокаивать его Дугар, — держитесь вот за эту ручку.
Спустя немного Сурэн приоткрыл глаза. Фыркая, подпрыгивая на ухабах, машина неслась посередине улицы. Больше всего хотелось сейчас Сурэну стать на твердую землю, но что поделаешь — надо терпеть. Вдруг машина взвизгнула: «Бип-бип!» — и пешеходы испуганно шарахнулись. Это насмешило Сурэна, он несколько осмелел. Вскоре он уже смотрел во все глаза — как быстро мелькают дома, как закусывают удила испуганные лошади… В монастыре только что закончилась служба: народ валил валом, расходились служители Будды. При виде автомобиля, ламы зажимали носы, прикрывали платками лица. Несколько лам случайно загородили проезд. Дугар погудел, они бросились в сторону, толкая друг друга, и в страхе, в растерянности почли за лучшее упасть на землю ниц, отдаться на волю судьбы.
— Чего людей зазря пугаешь? — проворчал Сурэн.
— Куда теперь? — Дугар притормозил.
— Остановись пока здесь. У меня от этой езды даже в глазах потемнело. А теперь сверни сюда. Да не гони сломя голову! Езжай потихоньку, сынок.
Дугар остановил машину у каких-то ворот.
Сурэн вылез из кабины, глубоко вздохнул.
— Я недолго, сынок.
Пока Сурэна не было, Дугар чистил машину да пугал ребятишек, нажимая на гудок; любопытные мальчишки с визгом разбегались, чтобы через минуту снова двинуться на приступ. Наконец ворота отворились, и появился Сурэн с каким-то незнакомым человеком. Вдвоем тащили они огромную деревянную кадку. Чтобы ее погрузить, пришлось убрать верх. Сурэн уходил еще несколько раз и все нес и нес какие-то кульки, ящики, свертки. Как ни старался Дугар, весь груз не уместился.
— И правда, не помещается, — сдался наконец Сурэн, — придется приехать еще, когда будешь свободен.
Во дворе Сурэна Дугар помог все это выгрузить и вместе с хозяином перетаскал в деревянный флигель позади юрты. Тут был настоящий склад. Только в богатых магазинах видел Дугар такое обилие товаров: плиточный чай, шелк в рулонах, мешки с мукой; к балкам подвешены дорогие шкурки — лиса, выдра, рысь, соболь. «Есть же еще настоящие богачи!» — с изумлением подумал Дугар. Пока он помогал Сурэну, появилась Насанху.
— А твой отец катался на машине, — сообщил ей Сурэн, с лица которого не сходила довольная улыбка. — Хорошая вещь машина! Только запах от нее неприятный, мутило меня всю дорогу.
Дугар следил за девушкой краешком глаза. Почувствовав его взгляд, она слегка покраснела, красивые узкие брови сошлись к переносице. Забыв, зачем она пришла, Насанху выбежала из флигеля. Дугар тоже заторопился. На прощанье Сурэн усиленно приглашал Дугара приезжать еще.
— А пока зайдем в юрту — хоть айрака напьешься.
Дугар, уже не надеявшийся увидеть Насанху еще раз, обрадованно согласился. В юрте Насанху сама поднесла ему айрака, только что приготовленного из свежего кобыльего молока. Передавая ему чашку, она случайно коснулась пальцев Дугара, и лицо ее залилось румянцем. «Почему она стесняется меня?» — подумал Дугар и тут же почувствовал, что и сам, глядя на девушку, то и дело смущается. Эта мысль развеселила Дугара. «Отчего бы это?» — спрашивал он себя, шагая к машине.
— У тебя машина, ты можешь ехать, куда захочется. Вот и приезжай к нам почаще, сынок, — напутствовал его Сурэн. Дугар оглянулся — у входа в юрту стояла Насанху.
— Хотите, — крикнул он ей, — я вас покатаю и привезу назад?
Но девушка только улыбнулась.
— Нет, как-нибудь в другой раз. А то отец рассердится.
* *
