узор пси-покрова тоже тускло мерцал густо-фиолетовым… Да еще эти огромные каблуки не добавляли устойчивости!
В общем, кое-как все-таки добрались и встали под шершавые струи ионизированного воздуха.
— Я же говорил, что ходить в этом невозможно…
Лика непонимающе посмотрела на устало улыбающегося парня и несмело улыбнулась в ответ. Потом осознала-вспомнила про ленточки юбку и топ и посмотрела вниз. Обе полоски ткани тонкими валиками охватывали талию, а руки мужа — только сейчас поняла! — с удовольствием тискали голые ягодицы. Девушка с все еще виноватой, но уже пронизанной надеждой улыбкой крепче прижалась к любимому и родному человеку:
— Ты все-таки меня не бросишь после этого? Я же к тебе в душу залезла можно сказать немытыми руками…
— Куда ты от меня денешься… Ты вся моя и я тебя не отпущу. К тому же я понимал и был готов абсолютно ничего от тебя не скрывать — пси-способности помноженные на неуемное женское любопытство и периодически вспыхивающее чувство настороженной ревнивой собственницы… я ожидал подобных экзаменов. Но милая моя, прошу, не делай так больше. Давай обойдемся более спокойными методами — поговорим, покричим друг на друга, можешь меня даже поцарапать слегка…
Лика широко и светло улыбнулась:
— Все что мне надо было — я поняла. Больше никаких «экзаменов» и проверок чувств — достаточно того, что я уже вывернула тебя наизнанку… — чувство вины нахлынуло с новой силой. Парень рядом обеспокоено переступил с ноги на ногу:
— Не терзай себя, ладно? Все уже хорошо.
— Совсем не хорошо! — девушка вцепилась в плечи Ылши мертвой хваткой. — Я же чуть не свела тебя с ума!
— Прекрати, пожалуйста, себя накручивать, — настойчиво попросил парень. — Что сделано — то сделано. Не надо сожалеть о минувшем… — его ладони оставили в покое ее попу и успокаивающе прошлись вдоль спины. Лику накрыла с головой волна нежной заботы и это были не ее чувства!
— Ты теперь у меня псион, милый…
— Угу, чую, — Ылша зарылся носом в ее волосы. — Пойдем обратно, а? Совсем нет сил даже стоять.
Девушка с готовностью кивнула:
— Сейчас я тебе помогу, только эти копыта сниму… Вот, готово, пойдем любимый, — она подставила парню свое плечо и, обхватив его за талию повела к кровати. По большей части тот шел сам, только на поворотах норовил завалиться то в одну, то в другую сторону. Сама Лика уже более менее восстановилась — тренировки с ученицами Ши Чонг научили ее при недостатке энергии перенаправлять то, что вырабатывает тело на первостепенные нужды, а не всюду по чуть-чуть, как изначально был настроен пси-покров.
Добравшись до постели Ылша откинул влажное покрывало в сторону и со вздохом облегчения растянулся во всю длину на спине.
— У-у-у… хорошо… — по помещению скользнула эфемерная волна расслабленного покоя. Лика нерешительно замерла рядом. Парень мгновение наслаждался расслабленностью, потом оторвал голову от простыни и удивленно посмотрел на нее: — А ты ко мне не присоединишься?.. Я уже говорил и еще раз скажу — не забивай себе голову произошедшим. Иди ко мне, а то холодно…
Девушка подчинилась с радостной покорностью. Она замерла, прижавшись к боку парня, обхватив его ногу своей и положив голову на его плечо. Ее «законное» место. С этого все началось… На глаза навернулись слезы.
— Ну что ты, скворушка моя? Не плач — все хорошо, все живы… Смотри, я даже псионом с твоей помощью стал, скоро силой мысли начну гасить звезды… или зажигать — под настроение.
— Не надо звезды — ты только меня зажигай и не давай погаснуть, — Лика еще плотнее вжалась в тело любимого. На нее вдруг накатила всепоглощающая волна нежности и потребности сделать что-нибудь безумное, что выразит всю полноту ее чувств: раскаянье, любовь, заботу, нежность, гордость, смирение… Девушка гибко вывернулась из-под вялой руки мужа и внимательно следя за его реакцией стала осторожно целовать и легко покусывать его тело, спускаясь все ниже. Грудь, торс, живот, пах… Чем ниже она спускалась, тем более заинтересованным становился парень, но вместе с тем его тело так же непроизвольно напрягалось.
…пустит-не пустит… — билось опасливо в глубине души. Это самая интимная часть его тела. Осталось в нем доверие или я его полностью сожгла…
Лика осторожно обхватила подрагивающее в такт сердцебиению естество мужа и, заглядывая Ылше в глаза, прикоснулась к нему губами. Руки мужа зарылись в ее волосы, но не для того что бы отстранить. …доверяет… Огромное облегчение на сердце смыло зарождающуюся неловкость и гадливость, замешанных на навязанных обществом «табу». Еще одно прикосновение, уже кончиком пересохшего языка… Руки мужа потянули ее обратно вверх, а хрипловатый голос прошептал после длинного поцелуя:
— Тебе совершенно не надо этого делать… Мне не требуется вещественных доказательств твоего раскаянья или показательного унижения собственного достоинства…
— Но это совсем не так, — мотнула девушка головой, окутав лицо любимого водопадом локонов. — Я действительно сама этого хочу, мне это просто необходимо… — она замялась на секунду, — я хочу сделать тебе минет не из чувства вины — просто ощущаю, что так надо и так все будет хорошо.
Парень усмехнулся:
— Рыжая врунишка… Ты до сих пор избегаешь произносить это слово, а если произносишь — краснеешь. Не нужно ничего доказывать ни мне, ни себе.
Лика возмущенно фыркнула, освободилась от его рук и сползла обратно вниз, к паху мужа:
— Вот еще… доказывать… — в паузах она дразняще прикасалась губами и языком к его твердеющему естеству, — я тебе покажу… доказательства! Р-р-р! — та агрессивность, которая так не нравилась Ылше, трансформировалась во что-то новое и Лика почувствовала себя львицей, которая медленно подбирается к вожделенной добыче…
— Нет, не так, — муж отстранил ее, — если уж так хочется, то ласково покусывай, щекочи дыханием и языком, прихватывай губами… Засасывать как вакуумный насос точно не надо. Это только в порнухе действуют подобным образом, что бы передать зрителю отсутствующую глубину чувств между показываемыми людьми. Делай то, что хочешь осторожно, неторопливо — учись этому и не торопись повторять увиденное в Сети, ищи свой способ…
— Да, сенсей, — девушка скорчила почтительно-насмешливую мордочку. — Так хорошо?
— У-ух, любимая… хватит играть, иди сюда… Чур сегодня ты сверху!
А после любви было все как обычно… почти. К обычному удовлетворению и полноте взаимных чувств добавилось ощущение полной защищенности от мира. По крайней мере, так ощущала себя Лика. Она лежала вытянувшись в объятьях мужа и сквозь сверхчувственный канал рассматривала непоколебимую стену, выстроенную Ылшей из собственной сущности. И в центре этого кокона на двоих мерцал сытым ярко-голубым светом огонек мужниной души. Его свечение окутывало девушку непоколебимой уверенностью в их совместном настоящем
