силы и преодолеваю последние ступени. Тяжело дышу, пытаясь выровнять дыхание. Дерек достает из кармана ключи и открывает дверь. Я захожу вслед за ним.
– Ничего не трогай. Я сейчас принесу аптечку.
Он уходит, оставляя меня одну в гостиной. Она объединена с кухней, посередине стоит маленький деревянный стол. Я осматриваюсь. Деревянные кухонные шкафы, в раковине гора грязных тарелок. Видно, что кухней постоянно пользуются, в отличие от моей. Я прохожу дальше, чтобы изучить все в подробностях. Когда еще мне выпадет шанс попасть в обитель ледяного принца?
На дверце холодильника прикреплены стикеры с датами медосмотров брата и важными номерами телефонов. Психолог, невролог, врач для экстренных случаев, медсестра Кэсси. Рядом со столом стоят три стула, и это невольно вызывает у меня улыбку. Все на троих, даже столовых приборов и тарелок. Только необходимое, минимум, чтобы выжить. На тумбочке в гостиной стоят несколько фотографий. Я беру одну, которая привлекает мое внимание. На ней все втроем: королева, ледяной принц и падший ангел.
Они сняты где-то в парке, выглядят очень счастливыми. Дерек с любовью смотрит на Тайлера, мать стоит между ними и тепло обнимает обоих.
– Отставить!
Я возвращаю фотографию на место и оборачиваюсь.
– Когда сделан этот снимок?
Дерек ставит аптечку на кухонный стол, достает бинты и антисептик.
– Этим летом. Я уже вызвал такси, скоро приедет.
Он показывает жестом, чтобы я подошла.
– Сейчас сменим повязки.
Я улыбаюсь и начинаю медленно и сексуально снимать куртку, но не получаю никакой реакции. Дерек невозмутимо смотрит. Он не испытывает ко мне ни малейшего влечения. Ничего. Я сажусь на стол и протягиваю ему руки. Как такое возможно, что я не произвожу на него никакого впечатления? Он очень бережно снимает окровавленные повязки. Осторожно протирает порезы тампоном, пропитанным антисептиком. Жжение заставляет меня закрыть глаза на несколько секунд. Дерек останавливается и ждет, пока боль стихнет. Он повелевает ледниками, но при этом излучает такое тепло, что я чувствую себя под защитой. Интересно, его брат тоже чувствует себя огражденным от опасностей внешнего мира рядом с Дереком? Я бросаю взгляд на семейную фотографию, и в голову приходит еще одна мысль. Если бы принц был на моей стороне, меня бы никогда не приговорили к проклятиям. Дерек не позволил небесам сжечь падшего ангела, значит, он мог бы спасти и меня.
– Завидую Тайлеру, – шепчу я и смотрю принцу прямо в ледяные глаза.
– У моего брата нет ничего, чему можно было бы завидовать. – Он начинает накладывать чистые бинты на раны.
Я вытягиваю руку, чтобы ему было легче это делать. Дерек настолько увлечен, что не осознает, насколько для него опасно это маленькое соприкосновение со мной. Его решение заморозить мои цепи может отменить правила, которые отделяют его род от моего.
Будет ли он чувствовать себя виноватым за то, что грубо обращался со мной до того, как познакомился с Белой Розой? Дерек быстро заканчивает перевязку, выбрасывает окровавленные бинты, потом отодвигает аптечку. Я уже знаю, что он скажет, он хочет проводить меня к двери, чтобы я ушла поскорее.
Я встаю со стола.
– Не покажешь мне твою комнату?
– Мы же договорились, – укоризненно отвечает он. – Я и так много сделал. Том будет тебя ждать.
– Том? Том живет со своей семьей. А я живу одна.
Я иду в коридор, который еще не успела осмотреть. Одна из этих комнат, должно быть, его. Просто мысль, что я войду туда, будоражит меня до смерти. Дерек преграждает мне дорогу, сжимает зубы и складывает руки на груди. Он не знает, что строгий взгляд делает его еще более сексуально привлекательным для меня. И в тот момент, когда он уже готов выставить меня из квартиры, кто-то поворачивает ручку и открывает дверь. На пороге появляется мама Дерека с промокшими от дождя волосами и одеждой. В одной руке она держит пластиковый пакет, а в другой – белую трость для слепых.
– Кто здесь? Я слышала женский голос.
Ледяной принц идет на кухню за полотенцем. Потом подходит к матери и нежно вытирает ей волосы, упрекая ее, что она ему заранее не позвонила. Тепло, исходящее от него, напоминает мне о фотографии на тумбочке.
– Тебе нужно сходить в душ и переодеться, а то простудишься.
– Кто наша гостья? – спрашивает королева.
– Добрый вечер, синьора, это Сиа, не знаю, помните ли вы меня, – отвечаю я, прежде чем Дерек придумает какую-нибудь отговорку.
– Конечно, помню! Мы хотели поужинать вместе в больнице, но Дерек сказал, что ты не сможешь прийти. Садись, я принесла пиццу на ужин. Как удачно, что она большая!
Она идет на кухню и кладет пакет на стол, не переставая улыбаться. Несмотря на слепоту, она чувствует окружающее пространство с точностью до миллиметра. Должно быть, она уже много лет не видит. Она точно знает, куда идти, чтобы ни обо что не удариться.
Дерек помогает матери снять мокрый плащ.
– Нет, Сиа уже уходит. Я вызвал ей такси.
Мать хмурит брови.
– Об этом и речи быть не может. Там гроза, она не может ехать домой в такую непогоду. Переночует у нас. Сиа, ты не против?
Я так и застываю с открытым ртом.
– Я только за. – Я просто сияю от восторга.
Дерек обжигает меня взглядом. Он недоволен, но не хочет спорить с матерью.
Королева продолжает говорить.
– Я уже поела в больнице с Тайлером. Вы ужинайте, а я пойду переоденусь. Если я заболею, Дерек разозлится.
Она быстро выходит из кухни. Если бы она видела, какое недовольное лицо у ее сына! Он смотрит на меня так, будто хочет вышвырнуть из квартиры силой своей мысли.
Я слегка улыбаюсь.
– Ну что, сегодня я сплю с тобой? – подмигиваю ему.
– Тебе обязательно надо быть такой пошлой?
– Тебя это заводит? – улыбаюсь я еще шире.
– Нисколько.
Его полное безразличие удивляет меня. Меня невозможно проигнорировать, я могу соблазнить любого мужчину. Однако его ледяная броня не растаяла ни на миллиметр.
Он уходит на кухню, ставит на стол две тарелки. Когда я подхожу к нему, он даже бровью не ведет. Шум грозы раскалывает повисшую тишину. Каждый раскат грома, кажется, сотрясает стены этой крохотной квартиры. Дерек садится за стол и молча берет кусок пиццы. Я сажусь на соседний стул и тоже приступаю к еде.
– Может, тебе лучше поспать в твоем роскошном дворце? Во время грозы здесь не очень спокойно.
Я качаю головой.
– В моем дворце нет тепла.
Я откусываю от пиццы.
– У тебя нет отопления?
Не такого тепла, ледяной принц. А того, которое ты беззаветно
