Хравн (Hrön) соответствует англосаксонскому hron, обозначающему океан. В этом смысле слово hronråd (морская дорога) использовалось Кэдмоном (рр. 13, 19) и в Аегепде о Св. Андрее (v. 740), где вместо hronfixas (морские рыбы) проставлено «hornfixas». Также см. в Беобулъфе, v. 19, hronrâde (по морской дороге).
Olafsen. Nord. Digtek. р. 23. Njâla, Ind., Skaldskap. 61.
Тяжелым молотом.
То есть молот не вернулся в его руку. См. ранее.
Faye, op. cit., р. 1.
Сага об Олаве Трюгвассоне, И, стр. 182.
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 688.
См. Саксон, op. cit. стр. 420, рассказ об опасном и чудесном путешествии Торкилля-Адельфара к великану Геруту (Гейррёду).
Сага об Эгиле, стр. 443.
Магнусен, op. cit., стр. 494, 630.
Возможно, в этом следует видеть пародию на старую веру, сочиненную в то время, когда среди последователей одинической веры начал преобладать здравый смысл.
См. ее изображение в Arnkiel, Cimbrische Heyden-Religion, i, ρ. 120; также в Vulpii Handwörterbuch der deutschen Völker, etc., 1826, Tab. Ill, fig. 1. См. также Магнусен, op. cit., стр. 681.
Магнусен, op. cit., стр. 765.
Как делают в Исландии до настоящего дня. Саксон описывает это следующими словами: «Fama est ilum adeo praestigiarum usu calluisse, ut ad trajicienda maria osse, quod diris carminibus obsignavisset, navigii loco uteretur, nec eo segnius quam remigio praejecta aquarum obstacula superaret» — (лат.) «Говорят, он настолько преуспел в использовании призраков, что, дабы пересекать моря, вместо судна применял кости, запечатленные грозными песнопениями, и не медленнее, чем на веслах, преодолевал предлежащие водные препятствия» (стр, 100). То, что в двенадцатом веке таков был обычай в нашей собственной стране, следует из любопытного отрывка из написанного Фицстивеном Описания Аондона, перевод которого мы приводим: «Когда тот огромный водоем, что омывает северную стену города, замерзает, многочисленные группы молодых людей выходят попрактиковаться на льду. Они ускоряются, разбежавшись, а потом, расставив ноги, боком скользят вперед, преодолевая, таким образом, значительное пространство. Другие делают себе подобные жерновам ледяные сиденья, когда сидящего тянет за собой вперед бегущая впереди и взявшаяся за руки цепочка. Во время таких пробежек они нередко дружно падают. Другие, более искусные в развлечениях на льду привязывают к обуви кости от ног животных и, держа в руках шест с железным острием, толкают им в лед, уносясь вдаль со скоростью летящей птицы или пущенной из лука стрелы». Упомянутый здесь водоем впоследствии уступил место и имя Болотным Полям.
Асалоки образует контраст со всеми остальными богами. Он представляет собой зло во всех его проявлениях. В качестве чувственности он присутствует в жилах людей; в природе он наполняет собой воздух, огонь, воду; в недрах земли он олицетворяет вулканический огонь, в глубинах океана становится свирепым змеем, в мире потустороннем бледной смертью. Отсюда следует, что сущность его не индивидуальна; подобно Одину, он пронизывает всю природу. Petersen, op. cit., ρ. 355.
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 577, note.
Magnusen, op. cit., p. 340.
Magnusen, op. cit., p. 398.
Magnusen, op. cit., p. 111.
По замечанию Кейзера многое противоречит подобной интерпретации мифа о Бальдре, и в особенности то, что Бальдр остается у Хель до окончания мира, но Лето возвращается ежегодно. Вся повесть о Бальдре и его светлой обители Брейдаблик, куда не входит ничто нечистое, указывает на него как на бога невинности. Имя его означает сильный и указывает на духовную силу в сочетании с безупречным целомудрием. Слепой Хёд персонифицирует телесную мощь с ее слепыми земными устремлениями; повинуясь подстрекательству греха — Локи — он, не осознавая того, уничтожает целомудрие, с ним умирает также желание творить добро — Нанна. За убийство мстит скоро пробудившаяся совесть — Вали убивает Хёда, однако чистота уже ушла из нашего мира и не вернется, пусть ее оплакивает вся природа. Власть вернется к ней лишь в обновленном мире. Keyser, op. cit., pp. 45, 46.
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 204.
Specimen Cal. Gentil, ad calcern Lex. Mythol., pp. 1052, 1060.
Plinii H. N., xvi, 95.
Allir hlutir grâta Balldur tir Helj'u, nema kol. Magnusen, op. cit., p. 297.
Связано c id, активность; idinn, активный. Keyser, op. cit., p. 39.
Слово full означает чашу.
Müller, op. cit., p. 281.
Cm. Magnusen, op. cit., p. 542.
Hallager, sub voce.
Сорт пива; «cerevisia secundaria» (лат. «вторичная брага»), Biörn Haldorsen, sub voce.
Финн Магнусен отвергает рассказ о сделанном из обрезков кожи башмаке Видара как детскую сказку. По той же самой причине он, увы, мог отвергнуть очень многое. Кайзер производит имя Видара от vinna, побеждать, имея в виду победу в последней битве богов, и предполагая, что он может быть символом присущей земле силе возрождения. То есть Видар является сыном Одина и великанши, духа и материи; посему обителью его является Ландвиди, широкая земля; поэтому он является молчаливым и бездеятельным богом в нынешнем мире. Лишь после его разрушения он явится во всей своей силе, победителем сил мрака и разрушения, сделавшись обитателем возобновленного мира. Keyser, op. cit., pp. 39, 40.
Svearikes Häfder, i, 348.
В соответствии с мнением некоторых миф о войне между асами и ванами означает, что небесный свет прорвался сквозь первоначально окутывавшие землю густые облака, чтобы произвести плодородие, считающееся результатом соединенного действия сил неба и облачной атмосферы. Другие интерпретируют этот миф как рассказывающий о конфликте между почитателями огня и воды, закончившийся слиянием обеих религий. Keyser, op. cit., pp. 35, 36.
Идентичность имен кажется неоспоримой; однако каким образом Ньёрд, охарактеризованный как «универсальная питательная сила воды и воздуха» и как «бог океана и ветра», может соответствовать тому, что говорит о Нертус Тацит: «Nerthum, id est Terram matrem, colunt» (лат. «они почитают Нертус, то есть Землю-мать»)?
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 197.
Varro, De Lingua Latina, v. 64.
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 242.
Grimm, J., Deutsche Mythologie, op. cit., p. 695.
Считалось, что в том месте, где радуга опирается на землю, скрыто золотое блюдо, и что с радуги падают золотые монетки.
Что стало предметом эддической песни о Риге (Rigsmål). Ас Хеймдалль скитается по зеленым тропам у морского берега. Он называет себя именем Риг (Rigr); он силен, деятелен и достоин. В хижине он обнаруживает прадеда и прабабку (μι и edda), с которыми проводит три ночи. Девять месяцев спустя старуха рождает смуглого трэла, от которого пошло племя трзлов. Далее Риг приходит к дому, где живут дед с бабкой (aft и атта). По прошествии девяти месяцев бабка родила мальчика, ставшего предком всех крестьян. Отправившись далее, Риг является к палатам, в которых обитали отец и мать, и через девять месяцев мать родила Ярла (графа). Ярл женился на Эрне, дочери херсира (барона), и самым младшим из их сыновей стал юный Конр (Копт üngr, то есть konungr, конунг, король). Последние персонажи являются предметом особой заботы Рига; он заботится не только об их рождении, но и обучении и воспитании, тем самым являя удивительный пример аристократического духа, доминировавшего на Севере с самых ранних времен.
Magnusen, op. cit., р. 414, note.
