Глызина.
— Я всю ночь просидела в кресле в его спальне.
— А колыбельную ты ему не спела? — захохотала Светлана.
— Ему она не понадобилась, — вздохнула уставшая от расспросов Таисия.
И тут в зал вошёл Иван с огромной корзиной роз и поставил её к ногам Таисии, встав при этом на одно колено.
— Ваня! Что с тобой? — испуганно воскликнула Таисия.
— Цветы тебе от Артемия Константиновича Бужанского, — ответил Иван, поднимаясь на ноги и отряхивая брюки. — Вручить было велено, стоя на одном колене.
— Тебе что, деньги за это заплатили? — удивлённо спросила Таисия.
— Естественно, — невозмутимо отозвался Иван.
— Какой кошмар! — воскликнула девушка и, закрыв лицо руками, убежала в комнату для официанток. Через некоторое время туда же принесли и корзину с розами.
— Ты чего? — спросила Таисию вошедшая Ксения.
— Да ну! — отмахнулась Таисия. — Теперь все будут надо мной зубоскалить.
— Никто над тобой зубоскалить не будет, — успокоила её подруга. — Скорее завидовать будут.
— Вот-вот!
— Что «вот-вот»? — спросила Ксения.
— Ничего.
В это время вошёл Лев и сказал, обращаясь к Таисии:
— Иди!
— Куда?
— Тебя хозяин требует к себе.
— Ну вот, сейчас ругать будет, — вздохнула Таисия.
— Никто тебя ругать не станет, — заверила её Ксения.
Когда Таисия вошла в кабинет хозяина, она увидела, что Уральский улыбается.
— Наслышан о твоих подвигах, — сказал он.
— О каких подвигах? — Таисия попятилась обратно к двери.
— Бужанский так впечатлился твоими прелестями, что прислал в клуб корзину цветов. Для тебя, между прочим.
— Пётр Никифорович! У меня ничего с ним не было!
Но Уральцев точно не слышал её.
— Повезло дуре, — сказал хозяин.
Таисия не поняла, в чём же её везение. Не поняла и позднее, когда Артемий Бужанский стал заезжать за ней каждый вечер с билетами то в один театр, то в другой, возил он её на выставки, презентации и даже в цирк.
Таисия удивлялась тому, что Уральцев всякий раз не просто отпускает её, но и настаивает на том, чтобы она поехала. Таисия слышала, что Артемий Константинович Бужанский старый друг Уральцева, но тем не менее её мучили сомнения. Потом Бужанский сделал ей предложение. «Он же старый», — пронеслось в голове по привычке, но тут Таисия неожиданно для себя вспомнила слова Елены Козельской: «Тебе же не варить его».
Она попросила время на «подумать». Он согласился.
Со своей новостью Таисия побежала не к кому бы то ни было, а к хозяину клуба Петру Никифоровичу Уральскому. Она ворвалась в его кабинет без стука, подбежала к массивному столу и села на стул.
— Ты чего? — спросил Уральцев.
— Пётр Никифорович! — жалобно проговорила она. — Мне Артемий Константинович Бужанский предложение сделал.
— И чего ты хочешь от меня? — усмехнулся мужчина. — Благословения?
Таисия затрясла головой и повторила, как заклинание:
— Он же старый!
— Ты хоть знаешь, кто это? — спросил хозяин.
— Богатенький папик, — хмыкнула Таисия. — И кличка у него смешная — Граф.
— Шалава! — неожиданно рассвирепел Уральцев.
Таисия, не ожидавшая такой реакции Уральского на свои слова, испуганно сжалась на стуле.
— Какая кличка? Ты что, бредишь?!
— Но как же? — растерянно пробормотала Таисия. — Его все так называют.
— Он граф Бужанский! — веско проговорил хозяин клуба.
— Какой ещё граф? — спросила она, немного осмелев.
— Самый что ни на есть настоящий! — заверил её Уральцев.
— Разве их всех не ухлопал мой прапрадедушка в начале прошлого века? — наивно захлопала ресницами Таисия.
— Кого их?
— Графов ваших!
— Что ты несёшь? — снова начал сердиться Уральский.
— Наши семейные предания, — гордо проговорила Таисия, — говорят, что наш прапрадедушка был пламенным революционером и пиф-паф ваших графов.
— К счастью, не всех, — сурово ответил Пётр Никифорович. — Иди отсюда и подумай хорошенько, прежде чем дать Бужанскому ответ.
Таисия обещала подумать и пошла в зал. Там она, не утерпев, поделилась новостью с подругами.
— Так он настоящий граф? — округлила глаза Света. — Везучая ты!
— Так сказал Уральцев. Но я почему-то думала, что их поубивали во время революции.
— Но некоторые сбежали за границу, — сказала одна из её коллег.
— А другие затаились, — добавила другая.
— Так он из затаившихся, — вздохнула Таисия. — А я думаю, почему он такой старый…
— Дурочка ты, — насмешливо проговорил прислушивавшийся краем уха к их разговору бармен. — Ему же не сто с лишним лет. Он потомок дореволюционных графов Бужанских.
— Точно! — сказала Светлана Глызина. — Потомок он! Так ты согласилась или нет? — затормошила она её мгновение спустя.
— Я думаю.
— Тут и думать нечего! Хватай этого графа, пока он сам к тебе в руки идёт!
— А ты что молчишь, Ксения? — спросила Таисия Моравскую.
— В таких вопросах я тебе не советчик, — серьёзно ответила Ксения.
— А кто советчик?
— Никто! Только ты сама должна решить, хочешь ли ты вступать в этот брак.
— Вступать-то она хочет, — заметил немного грустно Иван и замолчал.
Зато продолжил бармен:
— Ей и хочется, и колется, и мама не велит, — хмыкнул Лев.
— Мама ничего об этом не знает, — на полном серьёзе возразила ему Таисия.
— Так скажи ей, — посоветовал Эполетов.
— Я ей скажу, когда уже смогу поставить перед свершившимся фактом, — ответила Таисия.
— Почему же так? — не отставал Лев, у которого у самого росла дочь, и он многое примерял на себя и свои будущие отношения с ней.
— Потому что я и так знаю, что они будут против.
— Кто они?
— Родители!
— Отчего против-то? — не выдержала Светлана.
— Оттого, что он мне не пара.
— Не пара он ей! — присвистнула Глызина. — Если уж быть объективной, то это ты ему не пара! Он граф! К тому же богатый! А ты кто? Принеси! Подай! Беги дальше!
— Не говори глупостей! — оборвала Глызину Моравская. — Во-первых, она человек! Во-вторых, красивая девушка!
— Ну-ну, и почём нынче такая красота? — хмыкнула Светлана. — Красивых девок пруд пруди! И красная цена им в базарный день три копейки!
— Три копейки — это только таким дурам, как ты, — неожиданно подал голос Иван.
— Ах ты! — налетела на него Глызина.
— Всё-всё! — Бармен встал между ними. — Ты, Глызина, языком чеши, а рукам волю не давай.
— Да пошли вы все! — сказала Светлана и покинула компанию.
— Ну, вот и обсудили вопрос целесообразности брака между графом и официанткой, — подвёл итог Лев.
И все разошлись по своим местам.
Придя домой, Таисия, сама не зная почему, решила позвонить Елене Козельской и поделиться своей новостью.
— Не заливай! — сказала Ленка. — Так уж и граф.
— Самый что ни на есть настоящий, — тяжело вздохнула Таисия.
— Поматросит он тебя и бросит, — поспешила утешить её подруга.
— Нет, — разочаровала её Таисия, — он мне предложение сделал.
— Предложение? — голосом, до краёв наполненным изумлением, переспросила Козельская.
— Представь себе, — ответила Таисия. Сама же она явственно представила себе Ленку, сидящую с глазами
