из-под снега свою игрушечную мышку, встряхнул её, взял за пушистый мех и понёс домой.
Морис никогда не понимал, зачем производители игрушек для котов делают пушистых мышей, ведь таких не существует в природе. Ответа он не находил. Проводив взглядом кота, Миндаугас вздохнул.
— Ну, чего пригорюнился, — подмигнула ему Мирослава, — боишься, что без Дона мы не справимся?
— Типа того, — ответил он.
Но с дорожками они справились довольно быстро. А после лёгкого ужина рано разошлись по своим спальням.
Когда Мирослава пришла к себе, Дон уже лежал на её кровати вместе с той самой мышью, что он вытащил у них на глазах из-под снега, и довольно мурлыкал.
Мирослава же, ласково проведя рукой по пушистой шерсти кота, взяла свой мобильник и набрала номер Ивана Скрытника, последнего любовника графини Бужанской.
У детектива возникло такое впечатление, что она разбудила парня.
— Алло, — сонно проговорил он в трубку. — Кто это? Дня вам, что ли, мало?
— Извините, Иван Романович, что я побеспокоила вас так поздно. — Про себя Мирослава подумала, что время ещё детское. И представилась: — Я детектив, Мирослава Волгина.
— Да, да, — быстро перебил он её, — простите! Мне Ксюша говорила о вас. Чем я могу помочь? Куда нужно приехать? Когда? Я могу хоть сейчас! — заверил он детектива уже бодрым голосом.
— Погодите, — попросила Мирослава, — Иван Романович! Не гоните лошадей!
— Простите!
— Я звоню вам, чтобы договориться о встрече.
— Назначайте время и место.
— Вас не стеснит, если я приеду завтра, часам к десяти, к вам домой?
— Конечно! Я буду ждать! Мой адрес, запишите. — И он быстро назвал ей улицу, номер дома и квартиры.
Мирослава и без того знала его адрес, но перебивать не стала.
— Спасибо, Иван Романович, — сказала она.
— Просто Иван! — прокричал он в трубку, боясь, что она сейчас же отключит связь. — Можно Ваня.
— Хорошо, Ваня.
— Скажите, как там Таисия?
— Этого я вам сказать не могу.
— Почему?
— Потому, что не знаю. Ваша… — Мирослава поискала слово, но не нашла ничего лучшего и сказала: — Ваша девушка отказывается от адвоката, которого ей предложила Ксения по моему совету.
— Это я знаю, — вздохнул Скрытник.
— Насколько мне известно, ей будет назначен государственный.
— К чёрту государственного адвоката! — перебил её Иван. — И вообще я надеюсь, что до этого дело не дойдёт! Ведь так?!
— Об этом мы с вами поговорим завтра, — ответила Мирослава и решительно завершила беседу.
Глава 17
На следующий день, после завтрака, Мирослава сказала Морису, что уезжает в город.
— А вы смотрели в окно? — поинтересовался он, аккуратно разрезая яичницу с ветчиной и отправляя в рот небольшой кусочек.
— Смотрела, — ответила Мирослава и последовала его примеру.
— Дороги занесло.
— И не говори! — чуть ли не радостно отозвалась она. — А ещё март называется.
Морис посмотрел на неё подозрительно, не понимая, чему она радуется. В конце концов он решил, что она просто дразнит его, и решил подлить масла в огонь.
— Того и гляди, — проговорил он, — снега наметёт столько, что сам Шура не сможет пробиться к нам на праздник.
Мирослава весело рассмеялась.
— Ой, боюсь, боюсь! — А потом успокоила то ли его, то ли себя: — Не боись, я уверена, что дороги уже расчищают.
— Пожалуй, вы правы, — не выказывая особой радости, согласился он. И тут Морис поймал себя на мысли, что ему очень хочется, чтобы Мирослава сегодня осталась дома. Почему именно сегодня, он не знал. Просто чувствовал, что истосковался по дням, когда они почти всё время проводили вместе. Правда, это случалось не так уж часто, только тогда, когда они не занимались расследованием очередного дела. Он тихо, как ему показалось, незаметно вздохнул.
Но Мирослава уловила его вздох и проговорила ласково:
— Обещаю не пропадать долго.
— Правда?
— Угу, — ответила она и положила в рот очередной кусочек яичницы, приготовленной заботливыми и умелыми руками Мориса.
Мирослава на самом деле надеялась, что управится быстро, так как никаких других дел, кроме разговора с Иваном Скрытником, у неё на сегодня в городе запланировано не было.
— Пусть лучше снег идёт, — проговорила Мирослава, обращаясь больше сама к себе.
— Почему? — удивился Морис.
— По народным приметам, если в марте туманы, то лето будет дождливым.
Морис рассмеялся.
— Ты чего? — спросила Мирослава.
— У меня сложилось впечатление, что и вы, и ваша тётушка Виктория фанатки именно дождливого лета.
— Не совсем так, — улыбнулась Мирослава, — скорее прохладного. А то если ливни и жара, то это уже тропики! Но вообще-то я хоть и люблю больше апрель и май, к марту отношусь с нежностью. Ведь именно в марте появляются первые проталинки. Из-за них март на Руси в древности называли протальником. Ещё люблю март за первые румяные зори.
— И за мимозы, — подсказал Морис, глядя на неё с проникновенной нежностью.
— И за мимозы, — согласилась она. Поднялась из-за стола и спросила: — Тебе помочь?
— Не надо, сам справлюсь. А вы поезжайте, дороги и впрямь уже расчистили. Раньше уедете, раньше приедете.
— С мужской логикой не поспоришь, — рассмеялась Мирослава и, прежде чем он успел ответить, выскользнула за дверь. Миндаугасу только и осталось, что покачать головой и начать убирать посуду со стола.
* * *
На въезде в город машины двигались медленно, но тем не менее двигались. Снегоуборочная техника худо-бедно успела расчистить основные трассы. В пробку Мирослава попала уже в городе. Время в запасе у неё ещё оставалось. Она выбралась из салона, чтобы посмотреть, как много машин застыло впереди. Толком рассмотреть ей ничего не удалось. Зато из разговоров водителей она узнала, что один из автомобилей занесло на рельсы, а вставший по его милости трамвай наглухо перегородил дорогу. Оставалось ждать, пока автомобиль стянут с рельсов и трамвай продолжит свой путь.
Мирослава вернулась в машину и позвонила Скрытнику.
Он сразу включил связь:
— Вы не приедете? — спросил он взволнованно.
— Приеду, я в пути, но тут произошла, как я надеюсь небольшая, задержка.
— Вы в пробке? — догадался он.
— Типа того, — ответила Мирослава.
— Может быть, мне подъехать к вам? — спросил он.
— Вы хотите поторчать в пробке вместе со мной? — пошутила она и поспешила охладить его пыл: — Нет, Иван, дожидайтесь меня дома.
— Как скажете, — вздохнул он и отключился.
«Вот и ладненько», — подумала Мирослава, достала из бардачка стихотворения Омара Хайяма и погрузилась в чтение.
Прошло минут двадцать, прежде чем автомобили двинулись с места. Она и не заметила, как пролетело это время. Глянула на часы и с удовольствием отметила про себя, что успевает приехать к Скрытнику вовремя. И приехала, прямо тютелька в тютельку.
— Неужели это вы? — воскликнул Иван Скрытник,
