волновалась о том, что кто‐то вымажет диван соусом, заляпает кофейный столик сыром или прольет газировку на ковер. Казалось, я могу отчистить любые пятна, даже самые въевшиеся, поселившиеся глубоко в душе. Такие, как воспоминания о Мэттью. Цепи, которыми он сковал мою жизнь, рвались звено за звеном.
К девяти часам все дети спали. Они все еще были измотаны происшедшим накануне, поэтому никто не протестовал, когда Кристал и Лекси объявили, что пора спать. Подруги полностью взяли на себя заботу обо мне, включая уборку, и настояли, что мне нужно отдохнуть и восстановиться.
И я пока не протестовала: плечо еще сильно болело.
Мы втроем устроились в гостиной, где меня уговорили положить ноги на подлокотник дивана. Я не представляла, как это поможет вылечить плечо, но Лекси уверяла, что мне станет легче. К тому же было приятно расслабиться и полежать.
Подруги рассказали, что после ареста Паджетт призналась, что она и есть Каратель Бессердечных. Впрочем, большего шока, чем от вида ножа у горла Тимми, я уже не испытала. Как ни странно, Паджетт в роли серийного убийцы выглядела более правдоподобно, чем Морин, ее мать. Я чувствовала, сколько боли внутри у этой девушки, и видела сумасшедший блеск в ее глазах.
Слава богу, сама я не превратилась в серийного убийцу. Благодаря не только милости божьей, но еще и моим дочкам, а теперь еще и подругам.
Мы, троица выживших, особо не разговаривали. Просто наслаждались компанией друг друга и спокойствием, которое наступило после бури. Кристал свернулась клубочком на диване, но потом после долгого молчания вздохнула и откинулась на спинку.
– Беда в том, девочки, – сказала она, – что нам придется искать новую няню.
Мы рассмеялись даже громче, чем стоило бы. Шутка помогла нам освободиться от страха, поселившегося внутри, когда мы узнали, что девушка, которой мы доверяли своих детей, оказалась серийным убийцей. Отсмеявшись, я почувствовала себя лучше, а на душе стало легче.
– Да уж, – протянула Лекси и нахмурилась. – Понятия не имею, что делать с ночными сменами. Обычно Паджетт сидела с детьми.
Я медленно повернулась и с удивлением посмотрела на нее:
– Не знала, что у тебя бывают ночные смены. Думала, ты работаешь в офисе.
– В семейном центре здоровья. Я медсестра, – пояснила она и кивнула на мои задранные ноги. – Поэтому я знаю, чтобы плечу полегчает, если поднять ноги повыше. Лучше циркуляция крови, быстрее идет выздоровление.
– Ого. Понятия не имела, что ты медсестра, – улыбнулась я подруге. Эта тема не поднималась на собраниях: мы были слишком заняты обсуждением наших жестоких мужей. – Значит, вот как ты уговорила медсестер притащить телевизор ко мне в палату?
Лекси засмеялась.
– Да, у меня хорошие связи. Но теперь, видимо, придется отказаться от работы посменно.
– Ты дежурила по ночам в больнице? – недоверчиво переспросила Кристал. – Ты мне не говорила.
Лекси закусила губу и опустила глаза.
– Мне было стыдно, понимаешь? – сказала она тихо. – Я же не такая богатая, как вы. Достаточно того, что я среди вас единственная работающая мать. Трудно признаться, что иногда я не могу свести концы с концами и что приходится бросать детей гораздо чаще, чем хотелось бы. Но Долан оставил нас с кучей долгов, и я… – Она обреченно махнула рукой. – Ну, вы понимаете.
Думаю, Кристал не понимала, каково это, или понимала не до конца.
А вот я очень даже понимала.
– Лекси.
Когда она взглянула на меня, я уже не нашла в себе сил сказать, что собиралась. Сейчас я намеревалась предложить ей не просто поход в зоопарк. С вероятностью пятьдесят на пятьдесят Лекси могла разозлиться и послать меня подальше с моей идеей. А я все еще не выносила, когда люди злятся на меня.
Впрочем, я стала сильнее, и мне больше не в чем себя винить. Даже если Лекси расстроится, я буду знать, что дело не во мне и что на самом деле она злится на себя. А потом, когда она успокоится, мы продолжим дружить.
– Можно я оплачу твои долги? – спросила я и жестом остановила Лекси, когда она изумленно подняла брови и уже было открыла рот. – Деньги, которые мне достались… они не мои. Не совсем мои. И я хочу помочь людям, олицетворяющим для меня лучшие качества, которых был лишен человек, заработавший эти деньги. А ты как раз такая. Ты во всех смыслах полная противоположность моего жестокого, циничного, бесчувственного и мертвого мужа. Пожалуйста, позволь мне помочь.
По глазам подруги я различила момент, когда она решилась принять мое предложение: словно луч света пробился сквозь облака.
– Не уверена, что заслуживаю, – пробормотала она, – но… спасибо тебе.
Я просияла.
– Для чего же еще нужны друзья?
Глава 48
Лекси
Никто из нас не хотел упустить редкий для декабря солнечный день. Несколько раз принимался сыпать снег, но ничего не замерзло: на солнце было не меньше десяти градусов. Я поставила на заднем дворе шезлонг и наблюдала, как дети после завтрака радостно носятся по двору, играя в догонялки. Позже мы собирались к Джослин на спонтанную киновечеринку. Кристал и Аякс тоже должны были приехать.
И как ни странно, к нам намеревалась присоединиться Морин.
Прошло почти три недели с тех пор, как арестовали Паджетт и предъявили ей обвинение во всех убийствах. Морин сильно поменялась с того момента. Раньше она даже не догадывалась, что творится с дочерью, и теперь во всем винила себя. На самом деле и сейчас винит, но мы стараемся помочь ей пережить это.
Она уже трижды навещала дочь в психиатрической больнице строгого режима, где Паджетт держат до суда и где она, скорее всего, останется и впоследствии. В последнее время Морин стала заговаривать об усыновлении. Она наконец поняла, сколько муж отнял у них с дочерью, и захотела компенсировать потерю любым способом.
Кристал продолжила за глаза называть ее Карен, но теперь это стало практически ласковым прозвищем.
Мои дела улучшились настолько, что даже не верилось. Джослин оплатила все, даже кредит на обучение, который, казалось, я буду выплачивать до конца своих дней. Без всех этих дополнительных счетов моей зарплаты наконец‐то стало хватать на жизнь. Денег стало даже больше чем достаточно. Вообще‐то, я начала задумываться о том, чтобы весной сделать ремонт в доме.
И о том, чтобы нанять уборщиков, которые выкинут хлам с моего чердака и из моей жизни.
Я пару раз навещала Эмили Данн – хотела сообщить, что убийцу ее мужа посадили пожизненно. Эмили показала мне новенькую блестящую лицензию на продажу недвижимости и сказала, что дела у нее идут даже лучше, чем мечталось. Мальчишки
