Когда двое мужчин вышли в холл, сверху послышались тяжелый удар и крик.
– Скорее! – крикнул Пуаро.
Они побежали через холл и вверх по дальней лестнице. Дверь комнаты Пилар была открыта – в проеме стоял человек. Услышав звук шагов, он обернулся – это был Стивен Фэрр.
– Она жива… – сообщил он.
Пилар прижалась к стене своей комнаты, уставившись в пол, где лежало большое каменное ядро.
– Его прикрепили над дверью, – с трудом вымолвила она. – Оно должно было упасть мне на голову, когда я войду, но моя юбка зацепилась за гвоздь и задержала меня в последний момент.
Пуаро опустился на колени и обследовал гвоздь. На нем висели обрывки пурпурного твида. Он мрачно кивнул:
– Этот гвоздь, мадемуазель, спас вам жизнь.
– Послушайте, – заговорил ошеломленный суперинтендент, – что все это значит?
– Кто-то пытался убить меня! – воскликнула Пилар.
Сагден посмотрел наверх.
– Примитивная ловушка, но она легко могла достичь цели, – сказал он. – А целью было убийство – второе убийство в этом доме! Но на сей раз оно не состоялось.
– Слава богу, вы живы! – хрипло произнес Стивен Фэрр.
Пилар всплеснула руками.
– Madre de Dios![39] – воскликнула она. – Кому могло понадобиться убивать меня? Что такого я сделала?
– Вам следовало бы спросить: «Что такого я знаю?» – медленно сказал Эркюль Пуаро.
Она уставилась на него:
– Знаю? Я ничего не знаю!
– Тут вы ошибаетесь, – возразил Пуаро. – Скажите, мадемуазель Пилар, где вы были во время убийства? Вы находились не в этой комнате.
– В этой! Я уже говорила вам!
– Да, но вы говорили неправду, – с обманчивой мягкостью произнес суперинтендент Сагден. – Вы сказали нам, что слышали крик вашего деда, но отсюда вы никак не могли его слышать – мистер Пуаро и я вчера в этом удостоверились.
– Я… – У Пилар перехватило дыхание.
– Вы находились где-то близко от комнаты мистера Ли, – снова заговорил Пуаро. – Думаю, вы прятались в нише со статуями.
– Откуда вы знаете? – удивленно спросила Пилар.
Пуаро улыбнулся:
– Мистер Фэрр видел вас там.
– Это ложь! – резко заявил Стивен. – Я ее не видел!
– Прошу прощения, мистер Фэрр, но вы видели ее. Вспомните ваше впечатление, будто в нише были три, а не две статуи. Только один человек носил в тот вечер белое платье – мадемуазель Эстравадос. Она и была третьей белой фигурой, которую вы видели. Не так ли, мадемуазель?
– Да, это правда, – после недолгого колебания ответила Пилар.
– А теперь расскажите нам всю правду, мадемуазель, – мягко сказал Пуаро. – Почему вы там находились?
– Выйдя из гостиной после обеда, – начала Пилар, – я решила повидать дедушку. Мне казалось, он будет доволен. Но когда я свернула в коридор, то увидела кого-то возле его двери. Я не хотела, чтобы меня заметили, так как дедушка говорил, что не хочет никого видеть, поэтому я скользнула в нишу, боясь, что этот человек обернется. А потом я услышала эти ужасные звуки… – Она взмахнула руками. – Столы, стулья – все опрокидывалось и падало! Я испугалась и не тронулась с места. И затем этот жуткий крик… – Пилар перекрестилась. – У меня сердце перестало биться, и я сразу подумала: «Кто-то умер!»
– А после этого?
– По коридору побежали люди – я выбралась из ниши и присоединилась к ним.
– Когда мы расспрашивали вас в первый раз, вы ничего об этом не сказали, – резко заметил Сагден. – Почему?
Пилар покачала головой:
– Полиции лучше не говорить слишком много. Если бы я сказала, что находилась рядом, вы бы могли подумать, что я убила его. Поэтому я сказала, что была в своей комнате.
– Если вы лжете, это рано или поздно подводит вас под подозрение, – проворчал суперинтендент.
– Пилар… – неожиданно заговорил Стивен Фэрр.
– Да?
– Кого вы видели стоящим у двери мистера Ли?
– Да, кто это был? – осведомился Сагден.
Девушка колебалась.
– Не знаю, – ответила она наконец. – Свет в коридоре был слишком тусклым. Но это была женщина.
Суперинтендент Сагден окинул взглядом лица собравшихся и произнес, впервые проявляя раздражение:
– Все это абсолютно не по правилам, мистер Пуаро.
– Это моя маленькая идея, – отозвался Пуаро. – Мне хочется поделиться со всеми тем, что я смог узнать. После этого я обращусь к ним с просьбой о сотрудничестве, и тогда мы доберемся до правды.
– Какие-то фокусы, – пробормотал Сагден, откинувшись на спинку стула.
– Я думаю, прежде всего, – продолжал Пуаро, – вам следует потребовать объяснений у мистера Фэрра.
Складка рта Сагдена стала жесткой.
– Я бы выбрал для этого более приватную обстановку, но у меня нет возражений. – Он протянул телеграмму Стивену. – Возможно, вы объясните это, мистер Фэрр, – если вам нравится так себя именовать?
Приподняв брови, Стивен Фэрр взял телеграмму, прочитал ее вслух и с поклоном вернул суперинтенденту.
– Да, – промолвил он, – тут уж никуда не денешься.
– И это все, что вы скажете? Конечно, вы не обязаны делать никаких заявлений…
– Вам незачем предупреждать меня, суперинтендент, – прервал Стивен. – Я вижу, что традиционная формулировка уже вертится у вас на языке. Да, я дам вам объяснение. Возможно, оно прозвучит не очень убедительно, но тем не менее это правда.
Сделав паузу, он заговорил вновь:
– Я не сын Эбенезера Фэрра, но хорошо знал обоих – отца и сына. Мое настоящее имя – Стивен Грант. А теперь попытайтесь поставить себя на мое место. Я приехал в эту страну впервые, и Англия меня разочаровала – все здесь казалось мне тусклым и безжизненным. Но в поезде я увидел девушку и, скажу откровенно, влюбился в нее! Она была прекраснейшим существом из всех, какие я только видел! Побеседовав с ней в вагоне, я решил не терять ее из виду. Выходя из купе, я заметил наклейку на ее чемодане. Имя девушки ничего мне не говорило, в отличие от адреса, по которому она направлялась. Я слышал о Горстон-Холле и все знал о его хозяине. Когда-то он был партнером Эбенезера Фэрра, и старый Эб частенько о нем рассказывал. Мне пришло в голову отправиться в Горстон-Холл и выдать себя за сына Эба. Как сказано в этой телеграмме, он умер два года назад, но я помнил, как старый Эб говорил, что много лет ничего не слышал о Симеоне Ли, и решил, что Ли не может знать о смерти сына Эба. Как бы то ни было, я чувствовал, что стоит попробовать…
– Однако попробовали вы не сразу, – заметил Сагден. – Вы провели два дня в гостинице «Королевский герб» в Эддлсфидле.
– Я размышлял, как мне поступить, и наконец принял решение. Это казалось мне увлекательным приключением. Все сработало отлично! Старик принял меня как лучшего друга и сразу предложил погостить в доме. Я согласился. Вот мое объяснение, суперинтендент. Если оно вас не убеждает, вспомните свою молодость и те глупости, которые вы наверняка совершали. Вы можете запросить обо мне телеграфом в Южной Африке, но уверяю вас, вам ответят, что я абсолютно респектабельный гражданин. Я не мошенник и не вор, промышляющий драгоценностями.
– Я никогда и не считал вас таковым, – негромко сказал Пуаро.
Суперинтендент Сагден осторожно погладил подбородок.
– Конечно, я проверю вашу историю, – промолвил он. – Но сейчас мне бы хотелось узнать следующее. Почему вы не признались во всем после убийства, а наговорили нам три короба лжи?
– Потому что я был дураком! – обезоруживающе ответил Стивен. – Я думал, что смогу как-нибудь выкрутиться, а если признаюсь, что прибыл сюда под чужим именем, то это будет выглядеть подозрительно. Не будь я таким идиотом, то сразу понял бы, что вы обязательно пошлете телеграмму в Йоханнесбург.
– Ну, мистер Фэрр… простите, Грант, я не говорю, что не верю вам, – сказал Сагден. – Ваша история вскоре будет подтверждена или опровергнута.
Он вопросительно посмотрел на Пуаро.
– Думаю, – произнес последний, – мисс Эстравадос тоже есть в чем признаться.
Пилар сильно побледнела.
– Это правда, – заговорила она дрожащим голосом. – Я бы никогда ничего вам не рассказала, если бы не Лидия и не деньги. Приехать сюда и притворяться было забавно, но когда Лидия сказала, что деньги по справедливости должны принадлежать мне, все изменилось и уже не было забавным.
– Не понимаю, дорогая, о чем ты говоришь? – с недоумением спросил Элфред Ли.
– Вы думаете, что я ваша племянница, Пилар Эстравадос, но это не так! Пилар погибла в Испании, когда я ехала с ней в автомобиле. Бомба попала в машину и убила ее, но я не пострадала. Я не слишком хорошо знала Пилар, но она рассказывала мне о себе – о том, как богатый дедушка пригласил ее в Англию. У меня вовсе не было денег – я не знала, куда идти и что делать. И тогда я подумала: «Почему бы мне не взять паспорт Пилар, не отправиться в Англию и не стать очень богатой?» – Ее лицо внезапно осветила широкая улыбка. – Было забавно проверить, удастся ли это мне! Наши лица на фотографиях в общем были похожи, но когда здесь потребовали мой паспорт, я выбросила его в окно, побежала за ним и слегка испачкала фотографию землей. На границе ее рассматривали не слишком внимательно, а здесь – кто знает…
