едва смогла пройти в двери – через массивную каменную арку с резьбой и гербами колледжей Оксфорда. Оказавшись внутри, я была поражена запахом старины, резким подъемом круглого потолка, сверканием столов из красного дерева и бесконечными полками, уставленными старыми книгами в кожаных переплетах.
Да, книги! Одиннадцать миллионов, каждая с отпечатком силы и энергии ее создателя. Эзра Паунд однажды сказал: «Читающий человек должен быть невероятно живым. Книга – шар света в его руках». Буквально так я себя и чувствовала, впервые заходя в «Бод», – ослепительный вихрь миллионов шаров света, танцующих вокруг меня, восторженный трепет души. Казалось, я пришла сюда далеко не в первый раз. Напротив – я чувствовала, что вернулась в место, которому принадлежала.
* * *
Я быстро освоилась с приятной рутиной. Мне выделили маленькую светлую квартирку на Викаридж-Роуд, 66. Окна комнаты выходили на маленький сад, который добавлял атмосфере волшебства.
По утрам я садилась на ржавый голубой велосипед, который взяла напрокат, и мчалась в «Бод». Там я просиживала часами – писала, читала, исследовала творчество Шекспира и Джейн Остин – на них базировался мой курс. Вечера проходили в местном пабе, где мы с друзьями засиживались допоздна, потягивая сидр.
Учебная программа была довольно строгой – каждый студент формировал собственный курс. Раз в неделю я встречалась с двумя профессорами – мы вкратце обсуждали темпы учебы и мой прогресс. Остальное время я была предоставлена самой себе – делай что пожелаешь, главное, сдай работу вовремя. Никто не нянчится и не подталкивает в спину – обучение в стиле «плыви или тони». И мне это нравилось. Дни, проведенные в Оксфорде, показали, что, несмотря на весь «набор чудес», у меня есть потенциал в учебе. Я работала усерднее, чем когда-либо, и прошла испытания, с которыми еще ни разу не сталкивалась. Все время я была погружена в учебу и книги и обнаружила, что не утопаю, а плыву. Сказать по правде, я летела. В итоге я получила пять с плюсом за работу по Шекспиру и пятерку за Джейн Остин и в Бингемтоне закрыла последний семестр в колледже на четверку.
Дни в Оксфорде стали одним из самых счастливых периодов моей жизни. Они словно были одухотворены. Я чувствовала, как мой ум становится гибким, и это было захватывающе. Учеба открыла мой разум и наполнила меня энергией. Мое понимание того, кто я есть, в корне изменилось.
* * *
Но как бы здорово ни было в Оксфорде, я не передумала стать адвокатом. Меня приняли в юридическую школу – это была верная дорожка к успеху. И все-таки что-то во мне не давало полной уверенности. «Даже ребенком ты знала, что пришла в этот мир делать что-то особенное, – сказала Литани Бернс. – У всего есть цель… Ты здесь, чтобы помогать людям». Делать что-то особенное… можно ли так сказать о работе адвокатом? Был ли это лучший путь? Тот путь, на котором я могу поделиться с людьми своим необычным даром?
Незадолго до окончания колледжа одна из сестер братства «Фи, Сигма, Сигма», Энн, попросила меня провести сеанс. Мы не были близки, но она как-то узнала о моем даре и вежливо, но настойчиво попросила о сеансе. Не о фокусе для вечеринки или каком-то трюке – ей была нужна помощь. Такого со мной еще не бывало. До этого я старалась сделать встречи, на которых применяла способности, легкими и простыми. Но Энн требовались правдивые ответы.
Мы сели за кухонный стол в моем доме и Энн начала с места в карьер.
– Мне нужно кое-что узнать, – сказала она. – Буду ли я с тем же парнем, с которым встречаюсь сейчас?
Энн и тот парень были вместе уже несколько лет. Видно, как и другие девушки, начавшие отношения в колледже, она хотела знать, нашла ли любовь всей жизни или роман мимолетный и останется в прошлом, когда они окончат учебу. Я ощутила ее беспокойство и тревогу. Сидя напротив, я столкнулась с тем, с чем никогда не встречалась, используя дар – с чувством ответственности.
– Я и правда люблю его, – продолжила Энн. – Но хочу знать, будем ли мы вместе потом. Скажи мне, мы всегда будем вместе? Ты можешь это увидеть?
Я не знала, какие ответы получу и придет ли хоть что-то вообще, но, к моему облегчению, быстро получила картинку. Я увидела Энн в белом платье.
– Да, – пробормотала я. – Да, вы будете вместе. Вы поженитесь. Купите дом и родите ребенка. Потом еще одного. У вас будет двое или трое детей. Вот путь, что ждет вас двоих. Ты разделишь с ним жизнь и будешь счастлива.
С лица Энн исчезла тревога. Оно засияло, и широкая улыбка осветила все ее существо. Спокойствие словно омыло ее и изменило изнутри. Это была одна из самых прекрасных, самых мощных трансформаций, которую я когда-либо видела. Сеанс наполнил Энн безмятежностью, радостью и уверенностью.
Но, заглянув в будущее Энн, я почувствовала, как и во мне что-то меняется. Как я и говорила, мы не особо знали друг друга. Но во время сеанса и после него стали невероятно близки.
Этот контакт – восприятие энергии Энн, расшифровка и передача конкретных, полных смысла деталей – выковал связь между нами. Я не почувствовала ни осуждения, ни ощущения вторжения или того, что это очередная какая-то шутка, – лишь любовь, связанность и осмысленность. В первый раз я была вовлечена в нечто более глубокое и значительное, чем Энн или я сама. Будучи невольной «жертвой» способностей всю жизнь, я впервые применила их, чтобы помочь другому. И стала хозяйкой своего дара.
Энн действительно вышла замуж за того парня, и у них есть дети. Последнее, что я слышала, – они все еще счастливы в своем путешествии длиною в жизнь.
9
Седона
Учеба в Бингемтоне закончилась. На церемонию приехала моя семья, что было чудесно, но вместо радости я почему-то испытывала разочарование и ощущение ненужности происходящего. Окончание колледжа не казалось завершением какой-то главы в жизни – все еще было впереди.
На выпускном я впитывала эйфорию окружающих пополам с тревогой и печалью, чувствуя себя очень уязвимой. Поток эмоций, исходящий от тысяч людей, был ошеломляющим. В огромной толпе, где все чувства были так синхронны и сильны, я ощущала огромные перепады энергии. Не сказать, что мне понравилось.
Пришло время найти способ закрыться от энергии других – предстояло выйти в большой мир, и я не могла противостоять ей вечно. Я сосредоточилась на том, чтобы отгородиться от чужих чувств, не впитывать их как губка. Нужен
