class="p1">100 р.
24 (пятница)
Выставляли окна. Юр. куда-то помчался. Меня все выгоняли. В лавке плотники, нас выгоняют. Народу масса. Юр. все убегал покупать что-то. Книг масса привезли <sic!>. Ольга Алекс. из Москвы привезла хорошие вести. Ждут вещей и меня самого. Бенуа пришел и отказался: по-видимому, ему не понравилась вещь, советовал мне Замирайлу – прямо на смех. Заходили еще поесть. Дома пили чай. Если бы устроилось с Мухиным! Юр. выходил гулять. Но не зашли к Щербакову.
25 (суббота)
Юр. отправился с утра, я – к двум. Заходили всякие люди. Покупали и продавали. Была Оленька, хрипит что-то. Артур в Москве. Приходил Мухин. Согласится ли? Юр. обременяет его планами. Побежали поесть. Поехали к Ремизовым. Там ничего. Теплы, вспоминают. Обратно ехать было холодно. Если С<ергей> А<лександрович> согласится, – все спасено. Дома пили чай и разбирались.
40 <р.>
26 (воскр.)
Рано Юр. ушел. Я отправ<ился> потихоньку к Беленсону. У них европейский дом все-таки. Фанни здесь, и сестра его из Швейцарии. Не дождался его. Планы. У Персиц снова завтракали. Юр. еще не было. Болела голова. Смотрел там Юр. библиотеку и хороводился с Мухиными. Я лег. Пришел Щербак. Переписывал «Георгия» зачем-то15. Юр. спал. Приходил еще Алеша из Петрушки приглашать на сегодня. Не пошел. Разбирали неприличные карточки. Юр. побыл очень предприимчиво.
27 (понед.)
Что же было? были с утра. Приходила Сераф<има> Павловна. Благодушна. Спросил жалованье и у Михайлова. Купили кое-чего. Ходили еще за свечами и по книжникам. Молчанов имеет некоторый лоск. С<ергей> А<лександрович> пришел очень милый, но от дневника отказался. Казалось, что-то сделалось непоправимое. Опять лямка изо дня в день. Юр. ушел провожать. Как свет погасили, я лег. Юр. разбудил меня и утешал.
200 <р.>
28 (вторник)
Холодно очень. Переписывал книги, с Фишманом лед сломан несколько. Мухин опять будто согласен купить самое рукопись16. Юр. попросил перевезти книги. Сам искал галстухов. Михайлова не изловил. Ушел со Щеголевым. Будто праздник. Только Юр. нет рядом. Брился. Дома пусто, светло, голодно, шкап заперт. Я был возмущен этим и сломал замок. Выходил к Перепл<етникам>. Юр. все нет как нет. Леви жаловалась на Вер<онику?> Карл<овну?>, и вообще она распространилась очень уж. Письмо от Волынского: заказ на детский театр, а я ничего не делаю. Юр. пришел наконец с покупками. Пили чай. У Персиц были Штильман и Шерлинг. Собеседовали уютно. Идти назад было светло и холодно.
500 р.
29 (среда)
Что было? Пили чай в «Франции» очень хорошо. Михайлов назначил к 8-ми. Зашли еще на собрание. Тумаркин плещется. Тепло. Михайлов сидит с лампочкой. Поговорили17. Потом зашли к Осипу Максимовичу. Там Жак и маленький жидочек. Пили чай, играли в карты.
300 р.
30 (четверг)
С утра были в лавке. Время там идет незаметно. Пришел С<ергей> А<лександрович>, дал денежек. Юр. удержал меня купить альманах и взять альбомчик. Ходили по разным магазинам, я скис и ворчал. Огорчился, что Геттингенский альманах ушел18. Тепло, даже жарко. Решили идти в баню. Перенесли сундук. Разбирали книги. Хозяйка объяснялась, но, кажется, все, почуяв деньги, довольны. На Бассейной было грязновато и холодновато, но чистым быть приятно. Предлагали спирту. Дома роскошно пили чай. Долго разбирал книги.
2000 <р.>
31 (пятница)
С утра пришел, сидел Жак. Устраивает заказы на надгробные памятники. Был у Стремкв<иста>, купил и заказал сапоги. Возвращаюсь к douces habitudes de la vie*. Долго ждал Юр. Он принес американских духов и всякой всячины. Вечером что же было? Писал стихи к завтраму. Сначала дремал и ленился, но преодолел и сделал. Один груз с плеч. Я совсем не читаю газет, а что-то делается. Вздыхают все даже о прошлом годе, не говоря о более раннем времени. Действительно, ведь мы живем каким-то чудом. И что-то засиделись долго. Вспоминая дневник, вижу, что совсем другой был я человек. Писать хочется ужасно, но нападает какая-то прострация, да и лавка отнимает массу времени. Боюсь скандала с Сабашниковым и Ронсаром19.
* Сладким привычкам жизни (фр.).
Июнь 1918
1 (суббота)
Утром весело было в лавке. Лебедев принес денег. Торговали ничего себе. Только медлим очень с книгами. Что-то много было народу. К Ремизовым решили не ездить. Юр. убегал с Мухиным. Купил костюм, бумаги, книжек. Были в «Франции» и кинемо. Дома читали.
200 р.
2 (воскрес.)
Что-то все спится. С утра был Жак. Разные дела все наверчиваются. Скучно. Юр. уехал. Мамаша на процессию не ходила. Я все дремал. Пошел, как условились, к Лейнеру. Душка гуляет с нянькой. Она нежная и милая девочка. Дети придают грацию самым неуютным семьям. И у Лейнера все дремал. Юр. усталый. Зашел в лавку и ушел. Львов устр<аивает> выставку, вроде лета в деревне. Он из «общества», и для него наша лавка, конечно, трагедия. Носит понемногу книжечки. Французы расписали бы роялистов как не знаю что. Тумаркин отгласил. Юр. хотел еще рипаться <sic!>, но поехали домой. Мамаши нет еще. Есть нечего. Вышли купить, уже все закрыто. Часы переведены на 2 часа, как-то нелепо1. Что еще? Юр. начинает хандрить, а я дремать. Погода нежная и теплая. Будто давно никого не видел.
3 (понед.)
Что было? Скандал с Папаригопуло. Марк просил рассказа2. Что-то было. Звали в «Петрушку», но просидели дома. Писал немного. Ели у Лейнера на Юрочкины деньги.
4 (вторн.)
Ужасный ветер. В лавке был Папаригопуло и Лебедев. Торговали плохо. Я все занимался книгами. Не устал, но проголодался. Ехали с Вейнером. Он вчера соединился-таки с Колей Климовым. Смотрели неважную амер<иканскую> драму в «Soleil». Вышли, солнце, часы показывают 10 ½. Гостиный горит3. Дома мамаша получила за пальто 150 р. Пили чай. Никуда не пошел. Добужинский на мне камнем.
40 р.
5 (среда)
В лавке уже был Мухин. Сговорились. Бегал все Юр. куда-то. Обедали и пили чай в «Франции». Чуть не объелись. Дома пили чай. Вечером были у Брика. Уютно, хотя Л<иля> Ю<рьевна> вряд ли скоро приедет4. Смотрели еще датскую драму.
500 р.
6 (четверг)
Вчера в лавке был, после запора уже, американец, забравший массу дорогих книг. Погода славная, но Юр. немного хмур. После плохого обеда я брился, а Юр. пошел к Брику в контору. И я зашел туда. Прекрасный вид на Фонтанку. Нам бы отдельно жить. Леви мне все-таки поднадоели. Поели у Лейнера, нам ставили пирожного даже. Опять в лавке. Я разбирался. Бранились с Фишманом, после чего
