этой стороны». По-видимому, мы были вне опасности.
Так было не со всеми жителями. На следующий день, когда они обнаружили, что мы пропали, обезумевшие от ярости охранники отомстили соседям, нескольких из которых они забрали, угрожая им ружьями.
Охваченные паникой, они убили беднягу, который упорно пытался спасти своих животных из горящего сарая. Они схватили Лаурентино, младшего брата хозяйки дома. Его пытали на глазах у его брата Мариано, а затем заставили бежать и убили выстрелом в спину. Потом его забрали вместе с Мариано. Они угрожали ему и сказали, что знают, как заставить его «петь». Мариано знал многое: где находится Энрике, где Алида и Маноло. Согласно показаниям самой полиции, Мариано поднял кулак в демонстративном жесте и закричал: «Скорее смерть, чем измена, да здравствует КПЭ и Республика и да здравствует Советский Союз!». Охранники убили его прямо там.
Трое убитых в корпусе, убитых самым подлым образом – вот к каким успехам стремился команданте Аррисивита после гибели своих подчиненных. В том 1951 году мы сопротивлялись на выжженной земле.
Глава восемнадцатая. О предателях, мерзавцах и убийцах
В ту ночь 24 февраля 1951 года снег покрыл вершины и затруднил движение по дорогам. Мы остановились в километре от Корпуса. Я хотел пройти еще немного дальше, но Хирон отказался сделать еще один шаг: нужно было собраться с силами, высушить промокшую одежду. Мы сильно рисковали, потому не решались устроить костер. После этого, не откладывая в долгий ящик, мы продолжили наш марш вверх по горе, а затем спустились по долине Кастрильо в убежище, которое предлагало нам всевозможные гарантии – «дом гроба» Сильвана. Дом, о котором мы уже говорили, принадлежал местному вождю Фаланги.
В марте мы продолжили путь к Пиву. А пятнадцать дней спустя мы вернулись в Ла Кабрера, чтобы забрать наших товарищей Маноло, Алиду и Энрике; прибыв в Кьюнас, мы узнали о самоубийстве Энрике. С Маноло и Алидой мы вернулись в Санта-Эулалию. Именно там жил Хосе Кануэто: предатель.
Мы не виделись с Джозефом более шести месяцев, и к нашему приезду он отсутствовал. Через Велисария, который, однако, так много помогал нам, когда был в Мадриде, и своего зятя Рафаэля, школьного учителя Санта-Эулалии, Хосе начал сотрудничать с команданте Аррисивита, не вызывая у нас ни малейшего подозрения. Через наши связи Хосе постоянно присылал нам сообщения, в которых утверждал, что ему угрожает опасность и что полиция преследует его. Мы не знали правды: чтобы заставить нас поверить в то, что он в опасности, он хладнокровно убил двух жителей своей деревни, которых обвинил в сотрудничестве с гражданской гвардией, инсценировал столкновение с полицией и скрылся. Он умолял нас взять его с собой в партизаны. В то время, когда нам приходилось дорого продавать свою шкуру, не будучи уверенными, что мы сможем избежать смерти, нас не особенно привлекала идея привлечения новых партизан; но мы не могли морально отказать в нашей помощи союзникам партизан, которые хотели присоединиться к нам, чтобы обеспечить их безопасность. Поэтому мы принимаем Хосе. Со своей стороны, наши друзья из Ла Кабреры пытались помешать нам. Но мы не смогли вовремя установить с ними контакт; и, в частности, наш друг Галлипас провел остаток своей жизни, терзаемый угрызениями совести за то, что не смог предотвратить наших несчастий.
В конце апреля 1951 года Хосе присоединился к нам в Пуэбло-де-Лос-Барриос. Предатель достиг своей цели – проникнуть в партизанский отряд.
Маноло, Эль Халиско, Эль Траверсадо и я должны были отправиться в Эль-Бьерсо. Сославшись на плохое самочувствие, Хосе притворился, что не может сопровождать нас. Таким образом, он рассчитывал получить возможность остаться наедине с привилегированными белыми команданте Аррисивиты: Хироном и Алидой. Вот как во второй половине мая 1951 года в Молинасеке, к югу от Бьерсо, Хосе Кануэто смог трусливо убить Хирона и похитить Алиду, доставив ее под дулом пистолета в личный дом команданте Аррисивиты в Понферраде.
Затем эль Предатель и Аррисивита организовали одну из самых преступных операций по борьбе насмерть с партизанами. Чтобы завершить свое преступление, они отправились на поиски Элиаса, уроженца Кастрохинохо в Кабрере, на его рабочее место в шахтах Касайо. Они убили и изуродовали его, засунув в рот динамитный патрон, чтобы выдать себя за Хосе. Таким образом, они подготовили то, что должно было стать официальной версией: «Убитые – это Хирон и Хосе; команданте Аррисивита убил их, а Алида и ее сын осудили их». Однако убийцы все еще скрывали свое преступление в течение двадцати дней, ожидая нашего возвращения. Они были готовы уничтожить нас. Не встретившись с нами в течение этих двадцати дней ожидания, они предали огласке смерть Мануэля Хирона на всеобщее обозрение в Понферраде; они обнажили его тело вместе с другим обезображенным трупом, заставив поверить, что это был его товарищ. Хосе знал, что мы планировали встретиться через три дня недалеко от того места, где он убил Хирона и похитил Алиду, в Лос-Пуэнт-дель-Мал-Пасо. Но без ведома Джозефа мы отложили встречу.
В отчете Командования гражданской гвардии от 25 мая 1951 года смерть Мануэля Хирона описывается следующим образом:
«Из различных мероприятий, которые проводились, стало известно на 2-й день корриентеса, о присутствии посторонних элементов в горах, расположенных в треугольнике, образованном городами Молинасека, Риего-де-Амброс и Эспиносо-де-Комплудо, о демаркации межпровинциального сектора, установленного в Понферрада этого командования и предполагаемого, что в этом районе были обнаружены посторонние элементы. Это были разбойники, которые оказали необходимые услуги. В первые часы был замечен столб дыма из долины Рио-Гранде, и, приблизившись, были замечены два человека, которые двигались в направлении нескольких лопат и держали наготове длинное оружие, поэтому с полной безопасностью огонь и метание гранат прекратились, увидев, как они перепрыгнули через несколько скал, без каких-либо повреждений. На данный момент их местонахождение было известно, поэтому в последующие дни их избивали. На 4-й день была арестована Алида Гонсалес Авиас, которая заявила, что собиралась встретиться с Хироном, куда должны были прийти остальные члены партии, и 19-го числа были обнаружены тела двух злоумышленников. Будучи идентифицированными, они соответствуют подписанному Мануэлю Хирону и тому, кто оказался неизвестным и т. д. И т. д.»
Такое объединение официальных данных свидетельствует об отсутствии строгости даже среди самого «репрессивного аппарата». Операция была проведена в условиях строжайшей секретности между команданте Аррисивитой и Хосе Р. Кануэто, исключив сотрудников гражданской гвардии из этого жуткого сборища, опасаясь, что они могут стать нам известны, если информация будет расширена. Этот собственный полицейский отчет унижает корпус гражданской гвардии, с которым
