45
Имеются в виду слова Кочубея в поэме А. С. Пушкина «Полтава» (песнь вторая):
………………………три клада
В сей жизни были мне отрада.
И первый клад мой честь была,
Клад этот пытка отняла;
Другой был клад невозвратимый
Честь дочери моей любимой.
Я день и ночь над ним дрожал;
Мазепа этот клад украл.
Но сохранил я клад последний,
Мой третий клад: святую месть.
Ее готовлюсь Богу снесть.
(Пушкин А. С. Собрание сочинений в 10-ти тт. М., 1981, т. 3, с. 191).
Выражение из стихотворения Н. А. Некрасова «Замолкни, Муза мести и печали» (3 декабря 1855). См.: Некрасов Н. А. Собрание сочинений в 4-х тт. М., 1979, т. 1, с. 198–199.
Слова из заключительных строк романа И. С. Тургенева «Отцы и дети»: «Какое бы страстное, грешное, бунтующее сердце ни скрывалось в могиле [имеется в виду могила Евгения Базарова], цветы, растущие на ней, безмятежно глядят на нас своими невинными глазами: не об одном вечном спокойствии говорят нам они, о том великом спокойствии “равнодушной” природы: они говорят также о вечном примирении и о жизни бесконечной…» (Тургенев И. С. Собрание сочинений в 6-ти тт. М., 1968, т. 2, с. 505).
Огонь любви и огонь гнева горит на именах всех добродетелей (Ницше Ф. Сочинения в 2-х тт. М., 1990, т. 2, с. 43: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О тысяче и одной цели).
Мое страдание и мое сострадание — ну что ж! Разве к счастью стремлюсь я? Я ищу своего дела! (Там же, с. 237: «Так говорил Заратустра», ч. 4, Знамение).
Всякая великая любовь выше всего своего сострадания: ибо то, что она любит, она еще хочет — создать!
«Себя самого приношу я в жертву любви своей и ближнего своего, подобно себе» — так надо говорить всем созидающим.
Но все созидающие тверды (Там же, с. 64: «Так говорил Заратустра», ч. 2, О сострадательных).
И кто должен быть творцом в добре и зле, поистине, тот должен быть сперва разрушителем, разбивающим ценности.
Так принадлежит высшее зло к высшему благу; а это благо есть творческое (Там же, с. 83: «Так говорил Заратустра», ч. 2, О самопреодолении).
Ах, люди, в камне дремлет для меня образ, образ моих образов! Ах, он должен дремать в самом твердом, самом безобразном камне!
Теперь дико устремляется мой молот на свою тюрьму. От камня летят куски; какое мне дело до этого? (Там же, с. 62: «Так говорил Заратустра», ч. 2, На блаженных островах).
Цитата из поэмы А. С. Пушкина «Полтава» (песнь первая). См.: Пушкин А. С. Собрание сочинений в 10-ти тт. М., 1981, т. 3, с. 175.
О братья мои, разве я жесток? Но я говорю: что падает, то нужно еще толкнуть!
Все, что от сегодня, — падает и распадается; кто захотел бы удержать его! Но я — я хочу еще толкнуть его!
Знакомо ли вам наслаждение скатывать камни в отвесную глубину? — Эти нынешние люди: смотрите же на них, как они скатываются в мои глубины!
Я только прелюдия для лучших игроков, о братья мои! Пример! Делайте по моему примеру!
И кого вы не научите летать, того научите — быстрее падать! (Ницше Ф. Сочинения в 2-х тт. М., 1990, т. 2, с. 151).
Блаженны сонливые: ибо скоро станут они клевать носом (Там же, с. 21: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О кафедрах добродетели).
Новое хочет создать благородный, новую добродетель. Старого хочет добрый и чтобы старое сохранилось (Там же, с. 31: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О дереве на горе).
Добрые должны быть фарисеями, — им нет другого выбора! (Там же, с. 154: «Так говорил Заратустра», ч. 3, О старых и новых скрижалях, 26).
И остерегайся добрых и праведных! Они любят распинать тех, кто изобретает для себя свою собственную добродетель, — они ненавидят одинокого.
Остерегайся также святой простоты! Все для нее нечестиво, что не просто; она любит играть с огнем — костров (Там же, с. 46: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О пути созидающего).
Они [добрые] всегда начало конца —
— они распинают того, кто пишет новые ценности на новых скрижалях, они приносят себе в жертву будущее, — они распинают все человеческое будущее!
Добрые — были всегда началом конца (Там же, с. 154: «Так говорил Заратустра», ч. 3, О старых и новых скрижалях, 26).
Слова Ярно, обращенные к Вильгельму Мейстеру: «Вы язвительны с досады, это неплохо… когда вы окончательно выйдете из себя, будет еще лучше» (Гете И. В. Собрание сочинений в 10-ти тт. М., 1978, т. 7, с. 452: Годы учения Вильгельма Мейстера, кн. 8, гл. V). Эти слова Ницше цитирует в своем третье «Несвоевременном размышлении»: «Шопенгауэр как воспитатель». См.: Ницше Ф. Полное собрание сочинений. М., 1909, т. II, с. 212 (перевод С. Л. Франка).
Выше любви к ближнему стоит любовь к дальнему и будущему; выше еще, чем любовь к человеку, ставлю я любовь к вещам и призракам (Ницше Ф. Сочинения в 2-х тт. М., 1990, т. 2, с. 43: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О любви к ближнему).
См. прим. 21* на с. 917.
По преимуществу, в первую очередь (фр.).
См. выше, прим. 61*.
Третьего не дано (лат.).
Ключевое слово (нем.).
В общем и целом (нем.).
Смысл, разумное основание (фр.).
Главная тема (лат.).
Тем самым (лат.).
Не хлебом единым будет жить человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих (Мф. 4, 3, 4)
В ФиЖ (с. 41) вместо «всякой» — «любой».
Кому выгодно? (лат.) — из трагедии Сенеки «Медея»: «Кому выгодно преступление, тот его и совершил».
Да свершится правосудие, хотя бы погиб мир (лат.).
Да будет польза, хотя бы погибло правосудие (лат.).
Чаадаев П. Я. Полное собрание сочинений и избранные письма. М., 1991, т. 1, с. 523–524: «Прекрасная вещь — любовь к отечеству, но есть еще нечто более прекрасное — это любовь к истине… Не через родину, а чрез истину ведет путь на небо».
В ФиЖ (с. 42) вместо «служению» — «услужению».
Вы, созидающие, вы, высшие люди! Бывает беременность только своим ребенком.
Не позволяйте вводить себя в заблуждение! Кто же ближний ваш? И если действуете вы «для ближнего», — вы созидаете все-таки не для него!
Разучитесь же этому «для» вы, созидающие: ибо ваша добродетель требует, чтобы вы не имели никакого дела с этим «для», «ради» и «потому что». Заткните уши свои от этих поддельных, маленьких слов.
«Для ближнего» — это добродетель только маленьких людей: у них говорят: «один стоит другого» и «рука руку моет»; у них нет ни права, ни силы для вашего эгоизма!
В эгоизме вашем, вы, созидающие, есть осторожность и предусмотрительность беременной женщины! Чего никто еще не видел глазами, плод, — он охраняет, бережет и питает всю вашу любовь.
В ребенке вашем вся ваша любовь, в нем же и вся ваша добродетель! Ваше дело, ваша воля — «ближний» ваш; не позволяйте навязывать себе ложных ценностей! (Ницше Ф. Сочинения в 2-х тт. М., 1990, т. 2, с. 210: «Так говорил Заратустра», ч. 4, О высшем человеке, 11).
Но ужасом является для нас вырождающееся чувство, которое говорит: «все для меня» (Там же, с. 54: «Так говорил Заратустра», ч. 1, О дарящей добродетели, 1).
См. прим. 61* на с. 928.
