беспощадный факт. — Это знаю я. Это знают все присутствующие.
— И каков твой план? — Финник скрипнул зубами. — Оставить меня здесь гнить и ждать вашего возвращения?
— Именно так.
Финник дернулся, словно в попытке оттолкнуть Китнисс, встать прямо и доказать невозможную правоту своего духа. Но тело предало его. Он пошатнулся и инстинктивно вцепился в холодный камень стены.
Китнисс удержала его. Она не произнесла ни слова, в её жесте не было ни жалости, ни упрека — лишь горькая необходимость.
— Рико тоже не поднимется, — глухо произнесла Джоанна. Она замерла над раненым, который лежал на холодном камне, едва заметно и прерывисто дыша. Рядом на корточках сидел Берк, сосредоточенно меняя повязку на его боку. — Он не приходит в себя. А тащить его наверх по этим скобам…
Она осеклась, не договорив. В этом и не было нужды.
Пит коротко кивнул, принимая неизбежное.
— Финник, Рико и Крис остаются внизу. Берк — ты за старшего.
— Я в состоянии идти, — возразил Крис. Его рука, наспех перебинтованная и бесполезная, висела безжизненной плетью, но в голосе еще звенела твердость. — Одной руки вполне хватит, чтобы вскарабкаться.
— Чтобы подняться — возможно. Но не чтобы сражаться. А наверху нас ждет бойня.
Крис открыл было рот для протеста, но, бросив взгляд на свою увечную конечность, бессильно умолк.
— Берк, — продолжил Пит, — остаешься на охране. Если мы не подадим знака через час — уходите. Возвращайтесь той же дорогой.
— Через гнезда муттов?
— Решетки теперь подняты, а твари рассеялись. Это ваш шанс.
«Шанс». Слово, почти утратившее смысл в этом подземелье. Но порой это единственное, что командир может предложить своим людям.
Финник внезапно вцепился в руку Пита. Его хватка уже не была прежней, стальной, но взгляд оставался тяжелым, пронзительным.
— Один час, — отчеканил он. — Если вы не вернетесь, я пойду следом. С этой ногой или без нее — неважно.
— Не смей, — Пит не отвел глаз. — Если через час мы не выйдем на связь, значит, нас больше нет. Поднявшись, ты лишь умножишь число жертв. А ты обязан выжить. Ради Энни.
Имя Энни повисло в сыром воздухе тяжелым якорем. Та самая женщина, что ждала его в Тринадцатом; та, которую Капитолий пытался сломить, но так и не смог уничтожить до конца, хоть и надломил. Единственная причина, по которой сердце Финника всё еще продолжало биться. Пальцы Финника разжались.
— Один час, — повторил он уже тише. — Постарайся не опоздать.
Подъем начали всемером. Пит шел первым. Скобы под его ладонями были ледяными и шершавыми от ржавчины. Одни замерли в стене намертво, другие предательски качались, а некоторые и вовсе исчезли в провалах времени — приходилось до предела вытягиваться, ища опору и подтягиваясь на голых руках. Плечо взорвалось пульсирующим пламенем. Вчерашняя рана, едва схваченная швами, напомнила о себе: каждое движение отдавалось в теле раскаленной иглой. Он стиснул зубы и продолжил лезть.
Впрочем, эта боль была лишь фоновой, привычным шумом, который он научился игнорировать. С тех пор как в нем проснулась память другой жизни, это тело перестало быть обычным, в какой-то мере став сверхчеловеческим. Хоть жжение в мышцах и сохранялось, регенерация работала на пределе: раны затягивались в разы быстрее, чем у любого другого. Его сила, обострившиеся рефлексы и неестественная выносливость теперь превосходили возможности даже самых тренированных бойцов (Грегор не даст соврать), превращая каждое движение в выверенный акт неоспоримого превосходства.
Пять метров. Десять. Снизу доносилось дыхание Китнисс — размеренное, выверенное, подчиненное железной воле. Следом за ней карабкалась Джоанна, а ниже — Данте, Оуэн, Сэм и Ли. Семь человек. Семь жизней, висящих на волоске, который мог оборваться в любую секунду, если подведет металл или наверху обнаружится засада.
Пятнадцать метров. Двадцать. Скоба под левой ногой хрустнула и ушла из-под опоры. Пит совершил резкий рывок, перехватываясь выше; мышцы плеча, казалось, разорвались в клочья, но он удержался. Кусок металла с тихим звоном сорвался в бездну, и спустя вечность снизу донесся далекий всплеск.
— Осторожно! — бросил он в темноту. — На двадцати метрах скоба слева не держит.
Двадцать пять метров. Двадцать восемь. Над головой, наконец, показалась массивная металлическая крышка люка. Судя по толщине, она весила немало, но замок оказался бесхитростным — обычная механика, предназначенная для отпирания изнутри.
Пит прижался ухом к холодной поверхности, обратившись в слух. До него донеслись приглушенные, неразборчивые голоса, монотонный гул работающей аппаратуры и чьи-то шаги, затихающие в отдалении. Бункер. Они всё-таки добрались до цели.
Достав нож, он осторожно просунул тонкое стальное лезвие в узкую щель между люком и рамой. Нащупал язычок замка и нажал. Металл заупрямился. Пит увеличил усилие; раздался скрежет — негромкий, но в звенящей пустоте шахты он прозвучал подобно раскату грома.
Китнисс под ним затаила дыхание. Вся цепочка из восьми человек замерла на ржавых скобах. Они висели в тридцати метрах над бездной, оцепенев в ожидании приговора.
Раздался сухой щелчок. Замок, наконец, поддался.
Пит начал медленно, по миллиметру приподнимать люк. Первая полоска тусклого искусственного света больно резанула по глазам, отвыкшим от чего-то, кроме абсолютной тьмы. Он замер, вслушиваясь в тишину. Ни выстрелов, ни криков. Никто не ждал их наверху, приставив дуло к краю шахты.
Он откинул люк шире. Перед ним предстала небольшая техническая комната: серверные стойки вдоль стен, хитросплетения кабелей, змеящихся по полу, и мерное гудение вентиляторов. Помещение было пустым.
Одним стремительным движением Пит вынырнул из колодца, перекатился по полу и вскочил на ноги, держа сектор под прицелом. Быстрый осмотр подтвердил: врагов нет. Единственная дверь была плотно закрыта, и именно из-за нее теперь отчетливее слышались чужие голоса.
Он подал краткий знак рукой. Китнисс бесшумно поднялась следом, за ней — Джоанна и остальные бойцы. Восемь человек. В самом сердце вражеской цитадели.
Они замерли в тесноте серверной. Восемь теней против неведомого множества. За тонкой перегородкой двери пульсировал командный центр: связисты, координаторы и охрана. И они — преторианцы.
Пит знал их почерк. Он изучал досье на этот элитный легион — лучших из лучших, выпестованных с одной-единственной целью: стать живым щитом Сноу и безжалостным мечом против тех, кто посмеет бросить ему вызов. Экзоскелетная броня, интегрированное вооружение и годы изнурительной муштры. По сведениям разведки, здесь их было восемь.
Семь против восьми.
Только на стороне врага была сталь, которую не брал обычный свинец, а на их — свинцовая усталость, вскрытые раны и
