прямо в сердце?
— Потому что это был он, — наконец выдохнула она. — Несмотря на остекленевший взгляд и палец на спусковом крючке. Это был Пит. И в самой глубине души я знала: он не нажмет на спуск.
— Откуда такая уверенность?
— Не знаю, — Китнисс покачала головой. — Просто знала, и всё.
Джоанна издала короткий, сухой смешок.
— Вера. Любовь. Вся эта высокопарная чепуха, — она помедлила, смягчая тон. — Оказывается, она всё-таки работает.
— Оказывается.
Тишина воцарилась вновь, но на этот раз она была иной — более мягкой, почти теплой.
— Что ждет нас впереди? — тихо спросила Джоанна. Китнисс не сразу уловила масштаб вопроса.
— Ты о Панеме? О режиме Койн?
— Я о нас.
Китнисс перевела взгляд на Пита, затем на Джоанну, а после — на собственные руки. Одна из них покоилась в ладони Пита, другая судорожно сжимала кружку с давно остывшим кофе.
— Я не знаю, — призналась она. — У меня никогда не было… ничего подобного.
— Ни у кого не было, — Джоанна усмехнулась. В этой усмешке не осталось ни яда, ни желчи — лишь сухое признание реальности. — Три надломленных души. И одна из них сейчас по ту сторону сознания.
— Он выбрал меня. Давно. Еще тогда, на первых Играх.
— Я знаю.
— И все же ты здесь.
— Да.
Джоанна не отвела взгляда. Она смотрела прямо и обезоруживающе честно — так, как умела только она.
— Я не пытаюсь его отвоевать, я уже говорила тебе об этом, — отчеканила она. — Если ты опасалась именно этого.
— Нет, я думала совсем о другом.
— О чем же?
Китнисс мучительно подбирала слова. Ей всегда было сложно говорить о сокровенном; чувства казались куда понятнее, пока оставались безымянными.
— Я действительно не хочу, чтобы ты уходила, — выдохнула она наконец. — Я… привыкла. К тебе. К нам троим. Когда ты рядом, эта ноша кажется легче. Не знаю почему.
Джоанна долго хранила молчание.
— Это ненормально, — произнесла она. — То, о чем ты говоришь. Втроем… люди так не живут.
— Ничто из того, что с нами произошло, не вписывается в рамки нормального, — возразила Китнисс. — Игры, бойня, хайджекинг… Мы давно оставили «нормальность» за порогом этой войны.
— Справедливо.
Тишина сделалась напряженной, полной немого ожидания.
— Решение за ним, — отрезала Джоанна. — Когда он очнется. Это его жизнь. Его воля.
— Знаю.
— И если он выберет только тебя — я исчезну. Без лишних слов, без драм и обид. Просто уйду.
— Знаю.
— Но если он захочет… — Джоанна осеклась.
— Если он захочет — ты останешься?
— Да.
Китнисс медленно кивнула, принимая это.
— Хорошо. Значит, подождем. И спросим его самого.
Внезапный звук. Тихий, почти призрачный шорох. Китнисс затаила дыхание. Пит шевельнулся.
Пальцы, которые она согревала в своих ладонях, едва заметно дрогнули. Но для нее это движение было подобно грому.
— Пит? Она склонилась к нему. Джоанна в мгновение ока оказалась по другую сторону койки.
Его губы беззвучно задвигались, словно в попытке договорить неоконченную фразу из сна. Веки мелко подрагивали — он отчаянно пытался разомкнуть их, но силы еще не вернулись.
— Пит, ты слышишь? Ты меня слышишь?
Ответа не последовало, но его пальцы сжались. Слабо, почти невесомо — но это было осознанное пожатие. Он чувствовал ее присутствие, где бы ни блуждало сейчас его сознание.
— Мы здесь, — прошептала Китнисс. — Когда ты вернешься, мы будем здесь.
Джоанна положила свою ладонь поверх их сцепленных рук. Три руки, сплетенные воедино. Как перед тем роковым штурмом. Как всегда, когда решалась их судьба.
— Обе здесь, — добавила она хрипло. — Так что давай, пекарь, хватит прохлаждаться. Там снаружи целый новый мир, и кто-то должен печь в нем хлеб.
Пит не открыл глаз. Еще нет. Но уголки его губ едва заметно дрогнули в подобии улыбки. Он услышал. Он понял. И этого — пока — было более чем достаточно.
***
Освещение переменилось.
Китнисс не уловила мгновения, когда это произошло — время в палате застыло, став густым и тягучим, точно мед. Но в какой-то миг она подняла голову и осознала: за окном занимается утро. Настоящее, первозданное утро, лишенное багрового зарева пожаров и резких всполохов прожекторов. Начинался солнечный день.
Она поднялась. Ноги онемели — сколько она просидела без движения? Часы? Сутки? Первые шаги отозвались тупой болью, но она заставила себя дойти до окна.
Перед ней раскинулся Капитолий.
Город внизу напоминал израненного, но всё еще живого зверя. Кое-где еще курился ленивый дым, уже не пугающий, а скорее декоративный. Городской пейзаж уродовали руины и воронки от взрывов, но величественные башни, шпили и сияющие стеклянные купола уцелели — они пережили эту войну так же, как привыкли переживать всё остальное.
На улицы начали выходить люди.
Это не были солдаты или Миротворцы. Обычные горожане выбирались из своих укрытий, щурясь на непривычно яркий свет и озираясь по сторонам. Они двигались осторожно, недоверчиво, напоминая зверей, впервые покинувших норы после долгой зимы. Кто-то тащил узлы с вещами, куда-то целеустремленно шагая, а кто-то просто замер, не в силах оторвать взгляда от чистого неба.
Это были первые, робкие шаги нового мира.
Китнисс прижалась лбом к стеклу. Его живительная прохлада отрезвляла.
Война закончилась.
Она повторяла эти слова про себя, точно священную мантру. Пыталась заставить себя поверить. Пыталась хоть что-то почувствовать.
Война закончилась. Сноу повержен. Цитадель пала. Мы одержали победу.
Слова казались правильными, но никак не желали складываться в единую картину. Они были похожи на осколки разбитой чаши: каждый фрагмент на месте, но самой чаши больше не существовало.
Торжество не ощущалось как победа.
Слишком велика была цена. Финник — искалеченный, в госпитале через несколько палат. Бесчисленные бойцы, чьи имена уже стерлись из памяти, ставшие прахом и пеплом. Дистрикты, превращенные в выжженную землю. Дети, чьи жизни оборвались, не успев начаться.
И Пит — там, за её спиной, в пограничном состоянии, из которого он мог никогда не вернуться.
Какая же это победа?
Позади послышались тихие шаги. Джоанна поравнялась с ней и тоже уставилась на городской пейзаж.
— Красиво, — произнесла она негромко. — По-своему, в этом хаосе разрушений.
— Да.
— Словно лесное пожарище. Всё кругом черное, мертвое. Но ты кожей чувствуешь, что скоро сквозь пепел пробьется молодая
