их густой бороде сверкающие бусинки. Эх. Вот так попадос! Ну не зря же Дубный снова со мной.
В моей руке материализуется Каменный топор. Одновременно швыряю копья Тьмы. Черные палки вонзаются в одного казида, другой же успевает отпрыгнуть и отразить пару копий взмахом топора. Я бросаюсь навстречу, взмахивая оружием. Казид отвечает встречным ударом. Камень и железо с грохотом сталкиваются. Коротыш напирает, сил у него немерено. Мне приходится использовать весь Дар физика, чтобы не уступить. Сам же я тем временем выпускаю пси-заряд, от чего казид с рычанием пошатывается. Ну и это всё решает. Его промедление позволяет мне нанести удар, и враг падает с отсеченной головой.
— Фух, — я подхожу к руне сигнализации и наполняю накопитель за счет энергии гостеприимных казидов. Затем решаю заняться дверью — обесточиваю энергозамок, ну и железным ключом, снятым со стражника, отмыкаю механический запор.
Дверь распахивается.
— Опять за заказом⁈ — раздается изнутри старческий ворчливый голос. — Да сколько можно, стервятники поганые! Дайте мне отдохнуть!
Я вхожу в комнату, заваленную всякими вещами — зеркалами, оружием, ювелирными украшениями и обрывками ткани. За столом сидит старый широкоплечий казид со светлой бородой, лицо у него недовольное и злое, да и сам он весь прямо источает раздражение, может быть, от того что стал не с той ноги, чему, наверняка, немало способствовали кандалы на той же самой ноге.
— Отдыхайте на здоровье, сударь, — с щедрой руки разрешаю я, затем возвращаюсь назад в коридор и по очереди затаскиваю тела в комнату. Не забываю и ликвидировать с помощью Дара кровника пятна крови на полу и стенах. А вот захватить укатившуюся голову действительно чуть не забыл, но сразу вспомнил, когда об нее споткнулся.
Снова захожу в комнату и закрываю дверь изнутри и оглядываюсь на старика. Выглядит он теперь несказанно удивленным.
— Ну что, сударь, не расскажите почему я не могу прочитать ваши мысли?
— Так ты — Чтец⁈ — восклицает он.
— Чтец?
— Тот, кто читает чужие мысли, — объясняет дед, почесав голову. — Кандалы мешают тебе читать меня. Они антимагические — блокируют всю магию внутри моего естества, в том числе и чужеродную. Если бы не путы, разве терпел бы я заточение?
— А вы, как понимаю, белый казид? — подмечаю я светлую бороду старика.
— Верно, — кивает он. — Я — Гумалин Хмельный. Зачем ты пробрался в Город-под-Горой, чужеземец?
— Сам еще не знаю, — я с интересом оглядываю хлам вокруг. — Не подскажите, есть ли тут что-нибудь ценное?
— Конечно! — даже обижается Гумалин. — Каждая вещь здесь выполнена мной. Эти артефакты не постыдили бы самого короля белых казидов.
— Артефакты? — только теперь я замечаю на предметах росчерки рун. С интересом вытаскиваю из кучи маленький арбалет с заряженными тремя болтами. — Так вы артефактор?
— Я — руномастер, — недовольно поправляет Гумалин. — Чужеземец, сейчас же положи это на место…
Распахивается дверь, и на пороге заявляется свирепого вида казид с топором.
— Какого хрена вы покинули пост, обормоты! — ревет он и осекается, увидев трупы на полу.
У крикуна в бороде сверкают пресловутые бусинки. Значит, телепатия бесполезна. Я, недолго думая, спускаю курок арбалета, и в глаз казиду прилетает железный болт. Только снаряд буквально сразу превращается в какую-то медовую янтарную слякоть.
— А-а-а-а! — хватается за голову Гумалин. — Чужеземец, не смей тратить мои болты из хмельного мёда!
— Болты из мёда? — переспрашиваю я, ничего не понимая. Этот руномастер что ли алкаш?
— Ра-а-а! Драконий выкидыш! — казид хватается за невредимый, забрызганный медом глаз, а второй рукой взмахивает топором в мою сторону. — Тебе хана, ничтожество!
Снова вскидываю арбалет, и следующий болт прилетает черному казиду во второй глаз. Опять снаряд обращается в медовую жижу, ослепляя врага. Я этим незамедлительно пользуюсь. Шаг вперед и резкий взмах Каменным топором. Еще одна срубленная голова катится по полу. Мои предпочтения в ударах здесь не причем. Просто низкому противнику намного удобнее сносить голову, чем бить в грудь.
Ладно, надо сматываться, пока нас еще кто-нибудь не посетил. Я оглядываюсь на хлам вокруг. Нужно хватать самое ценное и убегать. Но что здесь самое ценное⁈
— Отдай медовый арбалет, ирод! — вопит Гумалин. — Ты два болта впустую выкинул! Я их три месяца делал!
Ну вот и ответ. Отбросив бесполезный арбалет, я подскакиваю к казиду, взмахиваю топором, и звон обрубленной цепи отдается эхом по всей комнате.
— Если хочешь свободы — иди со мной, Гумалин Алкаш!
— Я — Гумалин Хмельный! — рычит светловолосый дед.
Не обращая внимания, я отворачиваюсь и покидаю комнату. Как и ожидалось, старик следует за мной. Мы бежим на верхние ярусы, но в пути сталкиваемся с проблемой. Коридоры вдруг ни с того ни с сего заполнили спешащие куда-то казиды. Мне приходится телепатическим сканированием заранее обнаруживать приближающиеся отряды, чтобы с дедом вовремя отступить в ответвление коридора и пропустить мимо патруль.
Вскоре проясняется и причина суматохи вокруг.
— Пр-р-ро-д-ра-а-а! — отдается эхом от каменных стен обезьяний рев.
Значит, мои марионетки уже выпустили бигусов. Я рассчитывал, что на это потребуется больше времени, но да ладно, всеобщий шум нам только на руку.
Пока отряды казидов собираются дать отпор обезьянам, мы со стариком проскакиваем еще пару ярусов, а затем уносимся в сторону входа в крепость. На верхнем этаже старик вдруг совсем сдает и с трудом передвигает ноги.
— Гумалин Пьяница, держись! — подбадриваю я. — Еще немного осталось!
— Да Гумалин Хмельный я! — рычит дед.
— Как доберемся до меня — угощу кружкой мёда, — добавляю.
Моя мотивация явно срабатывает, потому что старик ускоряется. Еще один подъем и впереди возникает знакомая дверь в проход с колоннами. Но тут за нашими спинами раздается слитный ор ужаса и боли. Я оборачиваюсь — прямо за нами бегут порядком подранные казиды. Видимо, коротышки не справились с бигусами и дали дёру, но тут и мы подвернулись на пути.
И что делать? Возможно, я бы мог бросить Гумалина и оторваться, но раз сам взял старика с собой, то это уже не вариант.
— Ну, дед, похоже, придется драться, — набегу я выхватываю из воздуха пси-клинок. — Если у тебя остался еще один медовый болт, то самое время им закинуться.
А еще настало время для моего легионера-новобранца.
«Бигус, ты здесь?»
«Пр-р-од-ра-а!» — отзывается не отягощённое
