Маркум.
– Имя? – с недоумением переспросил Резкайн.
– Да, твое имя. Прежде всего фамилия. Я ни на минуту не поверю, что тебя вырастили как сироту из простолюдинов, – заявил генерал.
– Я бы с радостью его вам назвал, но мне нечего сказать. Если у моих родителей и была фамилия, мне она неизвестна, ведь я их никогда не видел, – объяснил Резкайн и теперь не сумел скрыть разочарование.
– Ладно, тогда скажи, откуда ты? Назови название форта, в котором тебя вырастили, – приказал генерал Маркум.
Резкайн потер подбородок, и на его лице появилось редкое выражение беспокойства. Он начал понимать, что ситуация сложнее, чем он думал.
– Боюсь, у него также нет названия. Точнее, я его не знаю.
Фриша ахнула.
– Резкайн! Просто скажи!
Резкайн бросил на нее извиняющийся взгляд.
– Форт без названия, – ровным голосом произнес генерал и раздраженно посмотрел на Фришу. – Ты видишь? Человек без фамилии, который пришел из места, не имеющего названия.
– У меня есть имя. Меня зовут Резкайн, – ответил молодой человек.
Генерал бросил на него гневный взгляд.
– Нет такого имени! Этот персонаж – шутка!
Резкайн нахмурился.
– Персонаж?
– Вот что я тебе скажу! – продолжал генерал. – Каждый из моих фортов имеет название, и ни в одном не растят и не обучают сирот!
Тихий стук в дверь прозвучал как гром, последовавший за криком генерала.
– Войдите! – рявкнул он.
В комнату вошел стюард Нарас.
– Генерал Маркум, к вам пришел лейтенант Джимсон, он хочет вас видеть.
Генерал немного помолчал, посмотрел на Резкайна, а потом перевел взгляд на Тэма и Фришу.
– Он сказал, что хочет видеть меня?
– Да, милорд, могу я его пригласить? – спросил Нарас скучающим голосом.
– Да, Нарас, пусть войдет. Быть может, он сумеет помочь нам выбраться из этой путаницы.
Через несколько мгновений в кабинет вошел лейтенант Джимсон, который удивился, увидев, что в нем собралось столько людей. Не спуская глаз с генерала, он отсалютовал.
– Генерал Маркум, я лейтенант Джимсон. У меня для вас письмо от полковника Симмонса из форта Манеске.
Генерал прищурился.
– Вы лично принесли послание?
– Да, сэр, – ответил лейтенант.
– Ты прибыл в Кайбейн более двух дней назад с моей племянницей, ее эскортом и этим… мошенником. – Он раздраженно указал в сторону Резкайна, Джимсон успел заглянуть тому в глаза, в которых увидел удивление и недоумение. Генерал продолжал: – Но ты только сейчас доставил послание?
– Да, сэр, – ответил Джимсон без малейших следов сожаления.
Генерал недовольно засопел.
– Просто отдай его мне, – сердито заявил он.
У генерала и без того было отвратительное настроение, и появление лейтенанта нисколько его не улучшило.
Лейтенант Джимсон уверенно подошел к генералу, протянул ему запечатанное письмо, затем отошел на несколько шагов и замер по стойке «смирно».
Генерал Маркум проверил, не повреждена ли печать, после чего распечатал письмо полковника. По мере того как он читал, его брови поднимались все выше. В какой-то момент он бросил взгляд на мечи Резкайна, и его руки слегка задрожали, прежде чем он сумел с собой справиться. Закончив читать письмо, генерал еще раз пробежал его глазами. Затем неспешно сложил пергамент и откашлялся.
– Вольно, лейтенант, – сказал он, не поднимая глаз.
Лейтенант Джимсон расслабился, но продолжал стоять на прежнем месте.
Гнев генерала исчез, но леди Аделину встревожила его реакция.
– Что такое, дорогой? Тебе нехорошо?
Маркум посмотрел на нее, словно не понял, что она сказала, а потом окинул взглядом воина, которого ругал последние двадцать минут. Ледяной взгляд Резкайна завораживал. Молодой человек засунул руку в кошель, висевший на поясе, достал небольшой серебряный цилиндр и протянул его генералу. Маркум понял, что Резкайн знал, о чем говорилось в письме.
Маркум взял серебряный цилиндр, осторожно снял крышку, вытащил пергамент, развернул его и прочитал. Даже без магической печати он бы узнал руку Бордрана. Он медленно опустился в кресло, изучая знакомый почерк старого друга. Для Маркума Бордран был больше чем король, он являлся его ближайшим другом и доверенным лицом. Маркум был заметно старше и знал Бордрана всю его жизнь. Ему ужасно не хватало человека, как и короля. Маркум служил Бордрану с гордостью. Когда Бордран отдавал приказ, Маркум не сомневался, что будет следовать ему без малейших сомнений. С тех пор как Бордран умер, очень многое изменилось. После того как на трон взошел Кейдин, все стало иначе.
Наконец генералу удалось сосредоточиться на содержании пергамента, и он с изумлением прочитал, что молодой воин не только получил право на владение двумя шейалинскими клинками, но также наделялся властью, пределы которой не оговаривались. То, что имя Резкайна и его приметы были вписаны другой рукой, показалось генералу странным. А то, что король поставил свое имя и печать под документом, дающим человеку неограниченную власть, не указав его фамилию, выглядело и вовсе абсурдом. Кто угодно мог вписать любое имя в пустое место и делать все что пожелает в королевстве. Нет, такое невозможно. Магическая печать этого бы не допустила.
Другая странность состояла в том, что рядом с именем Резкайна не стояла фамилия, а также не указывалось место его рождения и титул. По законам королевства он был просто Резкайн. Он не лгал об этом. Генерала посетила отрезвляющая мысль.
Продолжая сжимать документ, он посмотрел на Резкайна.
– Ты мог предъявить на нее права с самого начала, – сказал Маркум.
Резкайн склонил голову набок, а потом коротко кивнул.
– Почему же ты так не поступил? – спросил генерал. – И почему я получил этот сертификат только сейчас?
– Это чистое совпадение, что лейтенант решил передать письмо именно сейчас, а любые другие подробности я бы предпочел обсудить наедине, – заявил Резкайн.
– Они не знали? – удивленно спросил Маркум.
– Нет, и я бы предпочел, чтобы так оставалось и дальше.
Тэма, Фришу и леди Аделину поразило и смутило происходящее. Письмо, которое доставил лейтенант, явно лишило генерала присутствия духа, а потом Резкайн что-то ему передал, это окончательно сбило Маркума с толку, и они заговорили о какой-то тайне.
Тэм и Фриша переглянулись. Тайна, которую они не знали? Секрет Реза? Какую важную тайну он скрывал и почему письмо произвело такое впечатление на генерала армии? Именно как на генерала, ведь Маркум получил письмо через лейтенанта от полковника из форта Манеске. Что имел в виду генерал, когда сказал, что Резкайн мог предъявить права на «нее» с самого начала? Имел ли он в виду Фришу? Все это не имело ни малейшего смысла. Люди не могут предъявлять права на других людей. Или речь шла об оружии? Иногда мужчины говорят о нем, используя местоимение «она».
Маркум посмотрел на леди Аделину, Фришу и Тэма.
– Не могли
