небольшого отряда боевых фей, но он смутно понимал, что ничего хорошего из этого не выйдет, потому пытался их отговорить. Но феи так рассвирепели, что ничего не желали слушать.
Тогда Сяоху сказал:
– Не получится спуститься в мир смертных. Портал ещё не починили.
– А портал сломался? – изумились феи. На их памяти такое было впервые.
– Так почему они его до сих пор не починили? – возмутилась фея ромашек. – Нужно проучить этих настройщиков, чтобы не отлынивали от дела!
– Да, да! – согласно закивали остальные феи. – Проучим их хорошенько!
Недопёсок с размаху хлопнул лапой по морде. Видно, садовым феям прямо-таки не терпелось кого-то побить метёлками, и такой замечательный шанс они упускать не желали. Немалых трудов стоило их отговорить.
[777] Лисья суета
– И вообще, – важно заявил Недопёсок, когда садовые феи успокоились, – я вернулся не с пустыми лапами. Шисюн поручил мне важное дело, и я должен его выполнить.
– Поручение Хуанди? – благоговейно переспросила фея бабочек.
Сяоху вытащил семечко души и на вытянутой лапе показал его феям. Оно сияло ещё ярче, напитавшись небесной Ци, которой был пропитан воздух. Потрогать или подержать его Недопёсок не дал даже Хуа Баомэй, важно объявив:
– Это семечко души матушки моего шисюна. Трогать его никому нельзя. Кроме меня. Потому что я… непокобелимый ка-ди-дат. Так сказал сам шисюн.
Садовые феи непонимающе переглянулись. Недопёсок припрятал семечко души обратно за пазуху и развёл лисью суету, принявшись командовать садовыми феями. К выполнению поручения шисюна нужно было подготовиться основательно: натаскать к поляне с лисоцветами воды, принести садовые инструменты и пустые горшки для пересадки цветов. Он не объяснил, для чего это нужно и почему именно к поляне с лисоцветами. Однако командовал так уверенно, что садовые феи помчались выполнять его приказы, не задавая лишних вопросов. С Сяоху осталась только Хуа Баомэй.
– Сяоху, что ты будешь делать с этим семечком души? – спросила цветочная фея.
– Посажу на клумбу с лисоцветами, – ответил Недопёсок, избавляя тарелки от остатков сладостей. – Прямёхонько в центре. Это самое подходящее место. Я девятым хвостом чую!
– И что будет, когда ты его посадишь? – осторожно спросила Хуа Баомэй, похлопав чернобурку по спине.
Недопёсок прокашлялся, запил вставший в горле кусок чайком и объяснил:
– За ним нужно не-у-сып-но следить. Из этого семечка вырастет цветок души, а когда он расцветёт, то матушка шисюна возродится.
– Как? – не поняла Хуа Баомэй.
Недопёсок этого не знал, но представлял себе, что богиня небесных зеркал появится из чашечки цветка. Он читал в какой-то книжке, что цветочные феи появляются на свет именно так. На самом деле расцветший цветок души лишь запускал круг перерождения. Это означало, что богиня зеркал переродится в одном из миров, а когда умрёт, то её душа вознесётся и примет изначальное воплощение. Перерождений могло быть несколько, а вознёсшаяся душа не всегда была так же сильна, как и утраченная. То есть вернуться на Небеса богиня зеркал могла как богиней, так и простой феей или даже обычной небожительницей.
– Цветок расцветёт – матушка шисюна появится, – подумав, ответил Недопёсок.
– И сколько времени потребуется, чтобы такой цветок расцвёл? – спросила цветочная фея. Она подозревала, что просто закопать семечко души в землю и поливать его водой недостаточно. Вероятно, его нужно подпитывать не удобрениями, а духовной силой, чтобы он хотя бы взошёл, а уж сколько Ци потребуется, чтобы набрал цвет!
– О-го-го сколько времени, – важно сказал Недопёсок. – А может, даже дважды о-го-го.
Недопёсок, примерившись, прыгнул на поляну с лисоцветами и лисьими шагами наметил место для будущей клумбочки под семечко души. Удостоверившись, что метка поставлена точно в центре поляны, Сяоху закатал рукава, поплевал на лапы и… Вырванные лисоцветы вместе с комьями земли полетели с клумбы на дорожку и на тех фей, что не успели упорхнуть. Остальные феи, выждав, когда лисоцветный дождь напополам с земляным градом стихнет, занялись спасением вырванных цветов: часть рассадили по краям той же поляны, часть – в горшки. Ими можно было украсить садовые беседки и дворцовые павильоны.
Недопёсок поглядел на земляную плешинку, оставшуюся в клумбе после его трудов, и удовлетворённо кивнул. Ни лопатой, ни граблями он не пользовался: у него проворные лапы с острыми когтями. Он хорошенько взрыхлил землю, выбрал оставшиеся травяные корни, выискал и, разумеется, съел червяков, извозив при этом нос в земле, побрызгал на плешинку небесной росой и ткнул лапой в её центр, намечая ямку под семечко души.
Недопёсок вытащил семечко души, крепко сжал его обеими лапами и сказал:
– Тётушка, мы все по тебе очень-очень скучаем. Возвращайся поскорее.
Он не знал, слышит ли его слова душа богини небесных зеркал, но считал, что нужно напутствовать семечко перед посадкой, чтобы оно быстрее проросло. Суеверия или нет, но лисоцветы-то прижились на Небесах!
Когда семечко души было торжественно закопано, Недопёсок свернулся клубком вокруг клумбы и положил голову на передние лапы.
– Что ты делаешь? – удивилась Хуа Баомэй.
– Останусь здесь и буду неусыпно следить, – ответил Недопёсок. – А вы меня в бок тыкайте, если я задрёмывать начну.
Хуа Баомэй сомневалась, что приказ Хуанди «неусыпно следить» означал лисье бдение, и попыталась осторожно объяснить это Сяоху. Но Недопёсок упёрся и сказал, что не сойдёт с места, пока семечко не прорастёт.
[778] Лисья вахта
Поскольку покидать лисий пост Недопёсок отказался категорически, заявив, что «лисью вахту нужнее нести неусыпно», садовые феи собрались в кружок и принялись совещаться.
– Что же делать? – испуганно спросила фея божьих коровок. – Без еды, без питья, без сна… Господин Сяоху же так зачахнет!
Хуа Баомэй сомневалась, что всё будет именно так, и негромкое сопение со стороны Недопёска лишь подтверждало её мысли: пока феи совещались, Сяоху разморило на солнышке и он задремал, накрыв морду передними лапами.
– Будем нести лисью вахту вместе с ним, – распорядилась Хуа Баомэй.
Садовые феи зашушукались, беспокойно всплёскивая крыльями, а фея птиц сказала неуверенно:
– Но тогда и мы зачахнем вместе с господином Сяоху?
– По очереди, – раздражённо добавила Хуа Баомэй. – Что вы такие глупые? Никто не зачахнет и Сяоху тоже не позволим: будем поочерёдно присматривать и за новой клумбой, и за самим небесным садовником.
– А зачем присматривать за небесным садовником? – спросила фея мотыльков, которая в самом деле была глуповата, как и все мотыльки.
– Будем приносить ему еду и питьё три раза в день, – терпеливо объяснила Хуа Баомэй.
– Лучше пять, – пробормотал Недопёсок сквозь дрёму, – и про лисоперекус тоже забывать не стоит…
Садовые феи поглядели на него, но он больше ничего не прибавил, только пошамкал
