с густыми черными, как ночное небо, волосами выглядели настолько мило, что любой, увидев их, захотел бы смотреть снова и снова. Но самое трогательное, по мнению Кайлуса и Кейтлин, было то, что оба ребенка спали под одним черным плащом.
– Нужно укрыть их чуть тщательнее… – Кайлус аккуратно, чтобы не разбудить детей, приблизился к кровати, приподнял это самодельное одеяло – и вдруг запнулся на полуслове. Кейтлин, снедаемая любопытством, на цыпочках подошла к нему и увидела: рука Переса крепко держала маленькую ручку Фирентии.
– У-у…
Кайлус крепко зажмурился, стараясь не издать громкого звука, словно получил смертельное ранение в самое сердце. Причиной тому было чрезвычайное очарование открывшейся картины – оно вызвало у него эмоциональный перегруз. Сделав несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться, дворецкий попытался снова накрыть плечи Фирентии плащом. Но огромная сила, с которой его схватили за руку, помешала это сделать.
– Второй принц…
Перес, еще минуту назад крепко спящий, широко открыл глаза и сжал запястье Кайлуса так крепко, будто собирался его сломать.
– Кто ты?
– А, это… Я… – Кайлус на миг лишился дара речи. В его голове промелькнуло: «Разве это не маленький ребенок, которому только недавно исполнилось одиннадцать лет? Но что это за силища такая?»
Вместо растерявшегося Кайлуса на вопрос Переса спокойно ответила Кейтлин:
– Приятно познакомиться с вами, ваше высочество. С сегодняшнего дня мы будем рядом с вашим высочеством. Меня зовут Кейтлин Браун.
– А… а я Кайлус… Кайлус Херринг, ваше высочество, – с трудом представился Кайлус.
Однако настороженность не исчезла с лица Переса. И в этот самый момент…
– Уа-а… – Фирентия медленно открыла глаза, тихонько зевая.
В ту же секунду Перес отпустил руку Кайлуса, которую до этого сильно сжимал.
– Ха-а… Я так хорошо поспала!
Фирентия потянулась изо всех сил, затем увидела стоящего перед ней мужчину и невинно спросила:
– А? Кто вы?
Это разительно отличалось от реакции Переса, который, едва открыв глаза, насторожился, словно раненый кот, готовый защищаться.
– А… – Кайлус, держась за внезапно освободившуюся руку, пришел в себя и поприветствовал ее. – Здравствуйте, госпожа Фирентия Ломбарди. Я Кайлус Херринг, дворецкий из дворца второго принца.
– А, дворец второго принца… – моргнув своими большими глазами, Фирентия кивнула и, хлопнув в ладоши, добавила: – Если вы Херринг, значит, вы из семьи Херринг, входящей в состав фонда грантов Ломбарди?
– Да, совершенно верно, госпожа.
– Смотрю, и Кейтлин тоже здесь?
– Вы хорошо спали, госпожа? – вежливо поприветствовала ее Кейтлин.
– Ух ты, какие славные люди!
Она вела себя так, будто заранее знала, что кто-то придет. Кайлус наклонил голову и не сводил глаз с Переса. Куда делся тот принц, который несколько мгновений назад, казалось, готов был сломать ему руку, когда он собирался коснуться Фирентии? Теперь перед ним сидел маленький ребенок, спокойно наблюдавший за улыбающейся Фирентией. Кайлус и Кейтлин молча обменялись взглядами: похоже, у этих двоих далеко не обычные отношения.
Горничная подошла и поправила растрепанные волосы и одежду Фирентии. Перес внимательно посмотрел на девочку, которая воспринимала их заботу как должное, и спросил:
– Ты знаешь этих людей?
– Да. Я видела Кейтлин, когда она ранее нанесла визит в наш особняк. А Кайлус… Я вижу его впервые, но он выходец из семьи, которая очень близка к моей.
Услышав слова Фирентии, Кайлус удовлетворенно улыбнулся. Он был рад, что семья Херринг, вассал Ломбарди, получила признание.
– Понимаю, что вы оба устали, но уже пора переезжать.
– Переезжать? – лицо Переса посуровело.
Кайлусу захотелось хлопнуть себя по лбу: «Ой, точно!»
Хотя этот флигель представлял собой лишь полуразрушенные руины, именно здесь родился и вырос второй принц. Именно с этим местом у него были связаны воспоминания о матери. Кайлус никак не решался дать необходимые объяснения, но тут Фирентия, взяв Переса за руку, сказала:
– Тебе, скорее всего, был пожалован новый дворец.
– Мне он не нужен, – твердо ответил Перес.
– Нет, нужен. Сейчас тебе больше всего нужен дворец, – еще решительнее возразила Фирентия.
– Почему?
– Потому что это место расположено слишком близко к дворцу императрицы.
– Кхм-кхм… – Кайлус закашлялся от удивления, услышав столь прямолинейные слова девочки. Кейтлин оглянулась, чтобы проверить, закрыта ли дверь.
– Ты же понимаешь, о чем я говорю, да?
– Да…
Кайлус мысленно вздохнул с облегчением. Если бы Перес не захотел уезжать и настаивал на том, чтобы остаться здесь, это сильно усложнило бы дело. В конце концов, предоставление нового дворца было великим даром от его императорского величества, и отказ от него мог быть расценен как невыполнение приказа – независимо от того, кто отказывается: ребенок или взрослый.
Перес был еще маленьким, поэтому, если понадобится, его можно было бы притащить туда силой. Но в то же время он – принц, и Кайлусу совсем не хотелось начинать первую встречу со своим господином на плохой ноте. Кроме того… Перес слишком силен! Запястье, в которое недавно вцепился принц, все еще болело – наверняка останется синяк. Но Кайлус, с врожденными способностями дворецкого, улыбнулся, потирая ушибленное место:
– Как и ожидалось, его высочество принц принял правильное решение!
Пересу не предоставили даже элементарной еды, одежды и жилья – уже несколько месяцев он жил в полном одиночестве. Но с первого взгляда было ясно: он сильно отличается от других людей. Например, необычайная красота, сила, о наличии которой у маленького ребенка подумать было трудно, и тот харизматичный взгляд, который был устремлен на Кайлуса некоторое время назад! При мысли о таланте человека, которому предстоит служить, плечи Кайлуса естественным образом расправились, а уголки рта приподнялись. Он шагнул вперед и произнес:
– Дворец, который его императорское величество подарил второму принцу, – это дворец Пойрак, расположенный в восточной части императорского имения. Там его императорское величество жил, будучи наследным принцем. Он по площади примерно в десять раз больше этого флигеля. Если учесть не только само здание, но и сады, служанок и весь обслуживающий персонал, то по масштабу он не уступит дворцу Астана, первого принца.
– Мне уже это нравится! – воскликнула Фирентия с явным удовлетворением. – У этого идио… Нет, то есть у Астана, живот разболится от зависти!
Возможно, именно потому, что Фирентия – прямой потомок Ломбарди, она не колебалась в словах и действиях. И здесь не было никого, кто мог бы ее осудить за это. Напротив, Кейтлин и Кайлус, двое представителей семьи Ломбарди, согласились с этим суждением.
– Идем, Перес, – сказала Фирентия, вставая с кровати. – Пора увидеть твой новый дом.
* * *
– Ух ты…
Перед нами возвышался дворец Пойрак, готовый встретить нового хозяина. Я сама не заметила, как засмотрелась на него с восхищением.
– Он действительно большой.
Дворец оказался гораздо больше, чем
