Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
Я хмыкнула. Мне очень сложно вообразить себя в качестве колдуньи или жрицы.
– Эх, если бы все это было правдой… Нам бы только от казни уйти.
– А ты не думай о том. Придет время, Она проявит силу свою.
Я насторожилась:
– Санта, ты что, сама в это веришь? Ну, что я… как бы это сказать… ну, проводник воли твоих богов?
– Да, верю, – просто ответила индианка. – Потому что знаков уже было довольно.
Я не нашлась с ответом.
* * *
События разворачивались так, что я сама поверила в удачу.
Пришли старухи. Мне на куске чистого полотна подали обед – два десятка ровных, румяных, отлично пожаренных червей. Старуха опустила подношение к моим ногам, сама присела и ловко оторвала червям головы. Я попробовала. У жареных вкус был несомненно лучше, чем у вареных. Пропало ощущение, что жуешь куриную кожу.
Пока я ела, на меня глядели все – и старухи, и стража, и мои товарищи.
– Ну как? – не выдержал Макс.
– Да как тигровая креветка, – честно сказала я. – Только без панциря.
Он засмеялся:
– Я помню, ты любишь креветки.
– Очень вкусно, – сказала я старухам.
– Ты выдержала малое испытание, и мы видим, что ты колдунья, – сказала старуха. – Но тебя называют великой колдуньей. Мы хотим еще испытать тебя. Если ты выдержишь, то мы станем почитать тебя как великую. Если нет – как малую.
– И что за испытание?
Старухи не ответили. Вместо того они протянули мне нечто, завязанное в платок. Я раскрыла его. Внутри был розовый, толстый и сырой червяк. Я потрогала его, он дернулся.
– И что мне надо с ним сделать?
– Съесть.
– Отлично. Я не знаю всех обычаев. Как правильно его съесть?
Старуха поморгала.
– Ты можешь оторвать ему голову, она твердая, как кость. Тело ты должна взять в рот целиком.
– Жевать-то можно?
– Если ты сумеешь.
Ла-адно… Я решительно оторвала червю голову и поняла, в чем засада. Он начал бешено извиваться. Ну да, такое проглотишь, а оно в желудке начнет выплясывать. Сблюешь как миленькая. Я решительно засунула в рот эту гадость и прикусила зубами. На язык брызнул сок – сок как сок, напоминает рыбный бульон, только несоленый. Размолов зубами червя на такие кусочки, чтоб там точно нечему было шевелиться, проглотила.
Старухи ждали, внимательно следя за моим лицом.
– Можно кисленьким закусить? – осведомилась я.
– Теперь тебе можно все, великая колдунья, – изрекла старуха и отошла, поклонившись.
Старухи переглянулись – и выложили следующую порцию еды, побольше, но попроще, уже для «слуг». А мне, на другой салфетке, протянули горсть ягод странного вида. Я подозвала Санту, шепотом уточнила, что тут есть что. Ягода жи-жи была похожа на крупный волосатый крыжовник.
– Ее надо чистить?
– Как хочешь, – ответила Санта.
Я откусила. На язык попала кислота, губы и десны обожгло, и даже горло чуть-чуть схватило. Конечно, это был не совсем лимон, но, боже мой, какой приятный вкус! То, что я хотела.
Огонь-ягоды действительно напоминали перец, только отдушка была не как у паприки, а скорей как у соленого помидора. Отличная приправа, как по мне. Я попробовала и красные ягоды, и зеленые, нашла, что зеленые лучше – мягче и сочней.
Мои товарищи перестали задаваться глупыми вопросами и быстро разбирали рыбу. Моника налегала на кашу с овощами. Величественно подплыла Ида, я сжалась, ожидая, что сейчас она ляпнет какую-нибудь феерическую гадость, и я окажусь в дурацкой ситуации: меня же считают ее госпожой, а госпожа обязана наказать рабыню за дерзость. Но я ведь не могу этого сделать!
– В Средние века тебя сожгли бы за колдовство на костре из сырых дров, – заявила Ида. – Жаль, что сейчас нельзя этого сделать. Ты лжешь, ты на самом деле ничего не можешь. Вот приедут спасатели, и я подам на тебя в суд за унижение. Ты нарочно делаешь все, чтобы унизить меня. Потому что я офицер, жена и будущая мать, а ты никто, и ты мне завидуешь.
Я промолчала. На беду, одна из старух знала федеральный.
– Ты позволяешь говорить ей поносные слова?!
Я пожала плечами:
– Она носит ребенка, зачатого на священной земле. Духам нужен этот ребенок. Я терплю, потому что так пожелали Те, кто выше нас.
– Ах ты еще и моего ребенка хочешь отнять?! Да ты просто…
Ида схватила в горсть оставшихся у меня червей и тут же затолкала их себе в рот. Вскочивший Макс ничего не успел сделать, она уже жевала и торопливо глотала, выпучив глаза. Старухи оцепенели. Ида, которую Макс оттащил, вырвалась и схватила еще ягод. Я аж глаза прикрыла, представив, что сейчас начнется.
И точно.
Иду перекосило, из глаз полились слезы, она попыталась запить водой – но кто запивает водой лимон и перец?! В следующую секунду она неприлично резво побежала за дерево, ее вырвало.
Старухи переглянулись.
– Она сошла с ума, – тихо сказала я. – Давно, еще когда только узнала, что носит ребенка.
– Отдавать ребенка Духам тяжело. Наверное, Духи отняли у нее разум загодя, чтобы она не стравила плод и не спаслась через это. Чтобы она стала глупая и захотела родить. Да, Духи так делают, – согласились старухи.
Ида из-за дерева выкрикнула:
– Ты дрянь, извращенка! И вкус у тебя дурацкий!
– Конечно, – вдруг сказала ближайшая ко мне старуха, – ведь колдуны всегда едят ту еду, какую не могут другие. Потому они и колдуны. Скажи, великая колдунья, сыта ли ты, довольна ли? Мои рабы наловили много толстых червей, я поднесу их тебе.
– Да, – ответила я. – Принеси их. И два десятка птичьих яиц, от тех птиц, каких вы держите дома. Еще немного соли, меда и трав, какие вы едите обычно.
Черт, кажется, я начинаю входить в роль, потому что моя просьба не вызвала никакого удивления. Напротив, старухи обрадовались: ведь так легко, когда не надо угадывать желания колдуна. Опять же, насколько я поняла, моя просьба не казалась чем-то из ряда вон выходящим.
Давешний индеец, который все понял, уже укладывал камни для очага. Вокруг стало шумно, появились какие-то женщины и дети. Горка подношений у моих ног росла, мои товарищи повеселели, и стало казаться, что жизнь налаживается.
– Джен, – позвала я, – сейчас принесут теплую воду, тебе придется вспомнить медицинские навыки. Всем надо обработать раны.
– Я уже подумала об этом, – просто ответила девушка. – Как бы то ни было, надо пользоваться моментом. Неизвестно, что нас ждет завтра.
Она как в воду глядела.
* * *
Мы успели и наесться, и напиться, и переодеться в чистое. Наплевать, что оно индейское, главное, что свежее и не рваное. Ида, основательно поплакавшая, но не нашедшая сочувствия, уснула. Старухи натащили всяких мазей, Дженни обработала раны. Дольше всего пришлось возиться с Гаем Вероной. Он поначалу стеснялся, потом мы уговорили его, и я поняла, отчего он так упирался: пах превратился в сплошную рану, и Гай боялся услышать свой приговор.
Ознакомительная версия. Доступно 22 страниц из 141
