с Ксюшей найдём, чем развлечься. Гарантирую.
* * *
С пустыми руками я на день рождения всё же не пошёл. Прогулялся к стоявшему около шестого корпуса ларьку и прикупил там большую плитку шоколада с орехами. Наряжаться в отличие от Дроздова не стал. Отправился на торжество в общажных шортах и в пластмассовых тапках. Добавил к ним чистую почти не мятую чёрную футболку с белой надписью «BOSS» на груди — эта футболка в начале игры досталась мне вместе с прочим стартовым шмотом. Придал себе нарядный вид: побрился и брызнул на себя позаимствованной из запасов Коляна туалетной водой «Cafe-Cafe» с резковатым, но приятным ароматом.
Сунул нарядному Дроздову в руки две литровые бутылки с водкой и скомандовал:
— Пора.
— Как я выгляжу? — спросил Колян.
Он придирчиво посмотрел на своё отражение в зеркале.
— Трезвым, — ответил Мичурин.
Колян ухмыльнулся и заявил:
— Это нормально. Это я скоро исправлю. Обещаю.
Он подмигнул собственному отражению.
— Коля, ты красавчик, — заверила Ксюша. — Девчонкам ты понравишься.
Плотникова взяла нахмурившегося Василия за руку и потёрлась щекой о его плечо.
— Удачи вам, пацаны, — сказал Вася. — Раньше утра вас не жду.
Колян встряхнул зажатыми в руках бутылками и заявил:
— Раньше утра мы всё и не выпьем.
* * *
За время жизни в общежитии (в тысяча девятьсот девяносто пятом году) я ещё ни разу не побывал на праздновании конкретных дат и событий (гулянки без «официального» повода — не в счёт). Но уже слышал от соседей по комнате, что к таким мероприятиям готовились серьёзно и заранее. Важнейшим атрибутом таких празднований были тазики с салатами (оливье и винегрет). Такие тазы я увидел сегодня в комнате Гарика: большие, пластмассовые, в которых обычно замачивали бельё для стирки. Они стояли на столе у стены в окружении баклажек с пивом «Очаковское», бутылок с вином и с водкой.
Я вслед за Коляном перешагнул порог, поздоровался с собравшимися в комнате студентами. Вручил нарядной имениннице шоколадку, прикоснулся губами к её подставленной для поздравительного поцелуя щёке. Пожал протянутые руки. Взглядом пробежался по лицам парней и девчонок (и по парившим над ними в воздухе золотистым надписям). Обнаружил, что почти всех явившихся на Люсин день рождения студентов уже встречал раньше. В основном тут были второкурсники (парни из комнаты Персика явились в полном составе, присутствовали и все обитатели комнаты Гарика). В их компанию затесались две первокурсницы.
Этих девчонок я неоднократно видел в аудитории на лекциях. Обе учились в группе ГТ-3–95. Девчонки выглядели смущёнными, но весёлыми (или уже слегка навеселе). Они мне улыбнулись, обменялись шепотками. В гляделки я с ними не поиграл, потому что меня отвлекли. Я почувствовал, как меня погладили по плечу. Обернулся и встретился взглядом со светловолосой подружкой именинницы Цветаной Улицкой. Цветана улыбнулась, поздоровалась, решительно чмокнула меня в щёку (на секунду прижалась ко мне мягкой грудью). Я заверил Цветану, что выглядела она превосходно: почти не приукрасил действительность.
Цветана пришла на торжество в коротком голубом платье без рукавов и с открытыми плечами. Отметил: на этих плечах задержался не только мой взгляд. Взгляды собравшихся в комнате парней эти загорелые плечи почти не покидали. Они поочерёдно гостили на плечах Цветаны, то и дело заглядывали в декольте платья. Временами опускались и на ноги Улицкой, стройные и не менее привлекательные, чем плечи. Цветана заметила мой интерес к своему наряду (точнее, к тому, что он от меня не скрыл), торжествующе улыбнулась. Будто бы невзначай стиснула пальцами моё плечо, поднесла накрашенные морковного цвета губы к моему уху.
Я почувствовал тепло её дыхания, услышал слова:
— Присаживайся рядом со мной, Максим.
Цветана указала в сторону окна и сообщила:
— Вон там, рядом с Люсей и Игорем.
Она погладила меня по руке, заглянула мне в глаза, точно гипнотизировала. Я сдержал ироничную усмешку. Но охотно поддержал хорошо знакомую игру. Только играл я в неё на свой манер: согласно давным-давно заученным «правилам». «Всегда решает мужчина, — советовал коуч по психологии. — Женщина подчиняется его решениям». Обычно этот пункт правил работал безотказно. Я положил руку Цветане на талию, притянул девицу к себе. Заметил как её взгляд опустился на мои губы. Улыбнулся — открыто, приветливо. Понадеялся, что подобная улыбка правильно сработает и при нынешней моей внешности.
Сказал:
— Рядом с Коляном и Персиком присяду. Есть к ним разговор. Приходи, если захочешь пообщаться.
Подмигнул Цветане, выпустил её из захвата. Тут же отвернулся и направился к Дроздову, который уже усаживался за стол. Сознательно не взглянул на реакцию Улицкой — это действие тоже было частью всегда срабатывавших «правил». Персиков, следивший за моим общением с Цветаной, правильно понял моё намерение. Он сдвинул в сторону своего соседа, освободил место рядом с собой за столом. Я кивнул: поблагодарил его. Разместился на лавке, окинул взглядом заставленный простенькими закусками стол. Придвинул к себе чистую тарелку и гранённый стакан (такие стаканы студенты «тырили» в столовой).
— Сержант, — шепнул Персик. — Похоже, что у Цветки на тебя сегодня планы.
Я пожал плечами и ответил:
— Это неплохо. Надеюсь, что будет весело.
* * *
Веселье началось уже после пятого тоста. Произнесла его Улицкая. Она пожелала имениннице много денег, любви и компанию крепкого и доброго мужчины. Пристально посмотрела при этом мне в лицо, отсалютовала мне наполовину заполненным водкой стаканом. Вдогонку Цветана заявила, что «мы засиделись за столом». Сказала, что пришла сюда не есть, а танцевать. Раскрасневшаяся от алкоголя Люся поддержала её идею — она требовательно посмотрела на Гарика. Игорь вскинул руки и заявил, что «сейчас всё будет». Он чмокнул свою подругу в губы, выбрался из-за стола и склонился над стоявшим на подоконнике (кассетным!) магнитофоном.
Звучавшая до начала его манипуляций песня прервалась на полуслове.
Пауза в музыке длилась пару секунд.
«Всё так и не так, и как будто бы пустяк…» — зазвучал (под бодрую мелодию) голос Леонида Агутина.
Именинница повернулась к скромно восседавшим за столом (в компании парней) первокурсницам.
— Девчонки, давайте танцевать! — сказала она.
Люся схватила за руку Цветану и потянула её прочь из-за стола. Сидевшие рядом со мной Колян и Персик затаили дыхание: им (как и мне) показалось, что от резкого движения с Улицкой вот-вот соскользнёт платье. Платье удержалось на не очень пышных девичьих формах. Дроздов и Персиков разочарованно выдохнули. Этот вздох разочарования поддержали и другие парни-второкурсники. Музыка зазвучала громче. Словно Агутин перекрикивал застольные разговоры. Места
