его найти.
План мой был довольно бесхитростен: я смог привлечь к себе внимание приближённых к Папе людей, вон даже до Нафталия дошло.
А ещё я пообещал найти тех, кто ограбил Акопяна и лично доставить их к Папе. Ход рискованный, однако если Папа силовик (а в этом я убеждался всё сильнее с каждой секундой), его интерес ко мне только возрастёт. Быть может, и впрямь удостоит личной встречи.
Что тогда?
А вот дальше передо мной вставала стеной сплошная неизвестность.
Никто не даст мне в одиночку арестовать Папу, особенно если он из нашей структуры или из чекистской. Но я хотя бы смогу передать о нём информацию Трепалову. Тот наверняка сможет лично выйти на Дзержинского. Дальше всё будет зависеть от решения Феликса Эдмундовича. На последней встрече Трепалов намекнул, что моё внедрение в одесское угро санкционировано Железным Феликсом и это нарком поставил передо мной такую задачу.
Я вернулся в угро. Буквально передо мной из дверей выскочил агент второго разряда, розовощёкий крепыш-татарин, которого все звали Ахметкой. Вид у него был запыхавшийся. Об его ногу билась висевшая на боку деревянная кобура «маузера»
– Привет, стажёр! А я как раз закрывать собирался.
Он протянул мне ключ от кабинета.
– Привет, Ахметка! Случилось что? – поинтересовался я.
– Я сам ещё толком не знаю. В дежурку позвонили, говорят, какая-то стрельба на окраинах. До пулемётов дошло.
– Ох, ни хрена себе! Может, я с тобой?
– А тебе шпалер уже выдали?
– Нет пока. Тянут чего-то…
– Тогда без тебя справимся. Успеешь ещё навоеваться, стажёр.
Он растворился в дебрях длинного и гулкого коридора.
Не люблю пропускать движ, особенно со стрельбой, но раз с собой не берут – тут уж ничего не попишешь. Должен же кто-то в лавке оставаться.
Я вошёл в кабинет, сел за наш общий с Романом стол.
Он был пуст: папки с делами лежали в сейфе, а всю канцелярию хозяйственный Рома предусмотрительно прятал в запирающиеся ящички стола. Вроде в уголовном розыске работаем, однако желающих прихватить чужой карандаш или перьевую ручку почему-то всегда хватает с избытком.
Сколько ещё будет пропадать на стрелках со своими информаторами Рома – одному аллаху известно. Может, только к вечеру явится.
Похоже, здание угро опустело, если не считать кабинета делопроизводителей, в котором я спрятал пакет с деньгами.
Бешеный стук печатных машинок смолк, девушки снова отправились на перекур. Самая пора навестить их и забрать пакетик. Думаю, второй обыск мне точно не грозит.
Только я собрался на «дело», как внезапно дверь распахнулась. По кабинету сразу пронёсся сквозняк.
Я автоматом подскочил, когда понял, кто к нам пожаловал. Это был не случайный посетитель, а начальник уголовки товарищ Барышев, который прежде не баловал нас визитами.
Он поводил взглядом по сторонам и остановился на мне.
– Не понял… А где все? – недоумённо спросил Барышев.
– Добрый день, товарищ Барышев! Савиных на встрече с осведомителями, остальные выехали на перестрелку, – доложил я.
Барышев задумчиво посмотрел на меня, пытаясь вспомнить. Я ещё ни разу не присутствовал на его летучках – должность не позволяла, поэтому он не мог знать меня в лицо.
– Агент Бодров, – подсказал я.
– Бодров, значит… Погоди, ты вроде у нас стажёр?
– Так и есть, товарищ начальник. Прикреплён к Савиных.
Барышев удручённо махнул рукой и собрался выйти из кабинета, но я его остановил.
– Товарищ начальник, я хоть и числюсь у вас стажёром, но прежде работал в омском угро, – напомнил я страницы своей липовой биографии. – Опыт у меня есть.
– Говоришь, в омском угро работал… И опыт у тебя есть. Ладно, появился повод проверить тебя в деле. Порт найдёшь?
– Конечно, – улыбнулся я.
– Тогда отправляйся туда. У них там склад с мануфактурой подломили. Говорят, на пятнадцать тысяч червонцев товару.
– Ничего себе!
– Вот и я про то. Вечером… А нет, вечером мне в обком… Завтра с утра часиков в восемь доложишь о результатах. Понял?
– Конечно.
– Тогда давай, не рассиживайся! И да, Савиных пусть тоже подключается, как только освободится. Бывай!
Барышев вышел из кабинета.
Ну, вот и на моей улице праздник. Хорошо хоть без трупов.
Сколько за свою практику я повидал обнесённых складов – не счесть! Набитые товаром, они всегда были желанным кушем для воров и грабителем. Тем более в данном случае, когда речь идёт о дефицитной мануфактуре. Сбыть её не составит особого труда.
Порт Одессы только начал оживать после перипетий гражданской войны и последовавшей за ней разрухи. Пока что это была бледная тень прошлого, но всё равно – жизнь там уже закипала и бурлила.
Меня встречала представительная делегация из двух десятков возбуждённых рабочих. Я представился, показав удостоверение, и в ту же секунду оказался в настоящем кольце.
– Товарищ Бодров, объясните нам, пожалуйста, что происходит! – запальчиво выкрикнул пожилой мускулистый докер. – Почему всякая уголовная шушера спокойно живёт и дышит?! Как они смогли проникнуть на территорию порта?!
– Я тут меньше минуты и почему-то думал – это вы должны мне всё рассказать, – усмехнулся я. – С кого начнём, товарищи?
Я почувствовал, как кто-то вцепился в мою руку, посмотрел в его сторону и наткнулся на мрачный взгляд немолодого мужчины в старой матросской шинели и бескозырке на голове.
– Моя фамилия Пражский, – сказал он. – Я кладовщик.
– Вы-то мне и нужны. Давайте найдём место поспокойнее и там поговорим.
Я повысил голос:
– Товарищи, пожалуйста, не расходитесь. Я обязательно поговорю с каждым из вас.
Пражский отвёл меня в маленькую каморку размером метр на два. На этом тесном пространстве с трудом поместились стол и два табурета.
Прежде чем сесть на один из них, я убедился, что ни во что не вляпаюсь. Брюк в моём гардеробе – раз-два и обчёлся. Жалко каждую пару.
– Товарищ милиционер, чайку? – предложил Пражский.
– И рад бы, да некогда чаи распивать. Расскажите, что у вас произошло.
– Известно чего: склад обворовали. Только-только товар вчера вечером привезли, утром я к складу подхожу – мама дорогая, замки взломаны! Вхожу внутрь, а там – пусто как у мангуста!
– Бывали в Индии?
– Ходил когда-то на торговом. Это я потом, как хворать начал, из матросов ушёл. Спасибо, что хоть в кладовщики взяли, а то б хоть с голоду помирай…
– Охрана есть?
– Одно слово, что охрана: два хрыча старых с колотушками. В два часа ночи бандиты к ним ворвались в сторожку, побили – но так, не до смерти, связали и пошли на склад.
– М-да… Опознать налётчиков могут?
– Куда там! – махнул рукой Пражский. – Грабитель нынче учёный: в масках и перчатках на дело ходит.
Плохо. Ни тебе словесного
