ответила, но я её уже не услышал, так как обнаружил себя…
Я не знаю, как это назвать. Выставочный зал Икеи? Музей? Интерьер какой-то хипстерский, аля эко тренд. Комната огромная, как столовка в детдоме, я на краю большой квадратной кровати с балдахином из тюли, или это органза называется? Не важно. Всё в зелёно-жёлтых тонах, мебель фактурная из светлого дерева, а между ней в кадках растения, часть из которых имела цветы, они, наверное, и пахли так. Полы деревянные, светлые и тёмные участки чередовались так, что напоминали какой-то замысловатый узор округлой формы. Окна огромные, больше походившие на дверные проёмы с высоким порогом, на котором тоже горшки с цветами. Судя по качающимся занавескам, они открывались наружу и были распахнуты.
— Господин Адмир, с вами всё в порядке? — девушка слегка потрясла меня за плечо, я же перевёл офигевший взгляд на неё. — Пресвятой Кореллон, да скажите хоть что-нибудь! У вас что-то болит? Вы плохо себя чувствуете?
Её голос дрогнул, глаза заблестели, похоже, она была готова расплакаться. Ну очень странная, конечно, а на вид моего возраста.
— Кто ты, говоришь?
— Я Найрае, господин, вы меня не узнаёте?
Ну всё, щас точно заплачет. Но, увы, я бы точно никогда не смог забыть такую красотку, если бы знал.
— Не-а.
И она реально всхлипнула, слёзки покатились.
— Эй, ты чего? — растерялся я. — Не плачь, всё ж хорошо, или нет?
— Простите, — она вытерла глаза краем своего халата.
— Слушай, голова болит, ничего не соображаю. Что со мной случилось? — решил немного поломать я комедию. Может, и правда память отшибло немного и я что-то не помню?
Найрае встрепенулась и повернулась к тумбочке, где стоял графин с водой, стакан и глиняное нечто, косившее под ёмкость. Рядом лежала пробка от горлышка. Девушка подобрала кружку, что уронила, когда я выплюнул лекарство, после чего снова налила пойло.
— Вот, выпейте, вам сразу же станет лучше, — обворожительно улыбнулась она.
Приняв кружку, я осторожно понюхал содержимое. Было похоже на болотную жижу, такое же вонючее и тухлое. Я покосился на Найрае, но та сидела спокойно на краешке моей постели, лишь жалобно смотря на меня. Не походила она на отравительницу, вот ни разу. А на ангела во плоти — вполне. Эх, жаль только груди не наблюдалось, а то всё, эталон женской красоты на все времена.
Я выдохнул в сторону, как заправский алкаш, после чего залпом отправил в желудок мерзкую жижу, а девушка услужливо подала мне стакан воды, чтобы запить.
— Какая мерзость, — выдохнул я. Вязкая текстура вроде бы и смылась из ротовой полости, но привкус остался.
— Зато эффективно, — ответила она.
В животе заурчало. Главное, не обосраться от этого «лекарства». Ну, хотя бы не при ней.
— Ну так что там случилось? — напомнил я девушке вопрос, пока она пыталась закрутить пробку в горлышко глиняной посудины.
— Вы упали с лошади и ударились головой. Я очень испугалась, ведь вы решили покататься без разрешения отца, если бы он узнал, что я такое допустила…
Она снова всхлипнула. Но фиг с ним, просто я лошадей видел пару раз в жизни и то издалека. А ещё это были пони, кажется.
— А ты ничего не путаешь? Что-то я ничего такого не помню.
— Нет, не путаю. Вы три дня пролежали с жаром, я чуть не постарела от волнения, а потом…
И тут она смолкла, побледнев.
— Что потом? — насторожился я.
— Ничего, — она схватила бутылку и направилась к двери. И да, она действительно была в халате нараспашку, а под ним платье в пол. Странное сочетание.
— А ну стоять! — крикнул я ей, и она, на удивление, тут же замерла. — Сюда иди, живо!
Сердце аж сжалось, совершенно не хотелось кричать на неё, такая миленькая. Но чуйка просто кричала, что она недоговаривает нечто важное, что потом может мне аукнуться. Так что я взял себя в руки и проявил всю жёсткость характера по отношению к ней, какую только смог.
Она развернулась, испуганная, но потопала обратно.
— Быстро говори, что было потом.
— Я… Я…
Она начала заикаться, но я взял все свои яйца в кулак и не поддался на провокацию.
— Слушай, я тебя сейчас ударю. Сильно. А ну рассказывай всё!
Это низко, подло… Хотя, я бы точно не смог её ударить. Но знать ей это не обязательно.
— Я… колдуна… позвала… Он… он… А-а-а…
Найрае упала на колени перед кроватью и заревела в голосину, заливаясь слезами. Я прифигел от такого расклада, впервые видел, чтобы себя вели подобным образом. Только в этих аниме всяких, вот прям похоже очень. А в жизни разве что совсем маленькие дети. Хотя, она действительно будто была не от мира сего, ребёнок ребёнком.
И что мне делать?
Я повертел головой, но не нашёл идеи лучше, чем пожалеть её. Откинул одеяло, довольно плотное, что жижа не пропиталась насквозь, и обнаружил себя в чём-то похожем на бриджи на резинке. Опустил ноги на пол, встал, и чуть было не упал. Голова закружилась, а ещё дикая слабость. Но всё же я взял себя в руки и шагнул к девушке, сев рядом на корточки.
— Ну, не плачь, — сказал я, погладив её по макушке. — Ничего же страшного не случилось?
Она замерла на миг, посмотрела на меня, а потом набросилась с обнимашками, размазывая свои сопли вперемешку со слезами по моей голой груди. Что за нафиг⁈ Я потерял равновесие и опёрся руками назад.
— Простите-простите-простите, — хныкала девушка. — Если ваш отец узнает, то я даже не знаю, что будет! К вам прикасался колдун, использовал свою грязную магию. Но я не знала, что мне ещё делать, а он обещал помочь! Что же теперь будет? Меня точно казнят! Вы ведь не расскажете никому? Правда?
Наконец, она прикрыла свой поток стенаний и жалобно посмотрела на меня снизу вверх. Я же не видел ничего, кроме её соплей на себе, потому взялся за край её халата и вытерся. Она опустила взгляд, наблюдая за моими действиями, после чего покраснела и отлипла наконец.
— Простите, я поддалась эмоциям, — сказал она, отворачиваясь.
— Да ты слишком уж эмоциональная, как бы, это сложно не заметить, — недовольно пробубнил я и постарался встать. Найрае тут же кинулась помогать, отчего я отказываться
