история, сейчас старые командиры придут в свои полки, где их, наверное, любили и уважали, напоют солдатам с три короба, типа «царь то ненастоящий», поднимут на штыки новых командиров и айда в столицу, восстанавливать справедливость. Практически восстание декабристов.
Прибыв на место, мы встали у карты и начали изучать обстановку. А она складывалась дерьмовая. От Уппсалы до столицы было около пятидесяти километров, а из Вестероса (это настоящий шведский город, а не Игра престолов)менее восьмидесяти. Меньше чем через трое суток мятежные полки могут быть в Стокгольме, для защиты которого имеется двести человек. Я вначале было удивился такому наплевательскому отношению к обороне столицы, но изучив карту, понял, что подход шведов был, в целом, обоснованным, просто так сошлись звезды.
Местность вокруг Стокгольма такая, что для его обороны с суши достаточно перекрыть три дороги, две из которых и контролировали мятежные полки, ну, а главной защитой столицы служил флот, потому, как сухопутных противников на Скандинавском полуострове у шведов (за исключением норвежцев, которые совсем не соперники)не было. И вот теперь флот и единственный столичный полк ушли на маневры, а нам необходимо своими силами остановить две с половиной тысячи солдат при восьми пушках. Ведь третий, ближайший к столице, полк стоит в Норчёпинге и никак не успевает прибыть вовремя.
Оценив обстановку и приняв решение, я показал Стенбоку на карту:
– Первое, вызывайте сюда срочно полк из Норчёпинга, лучше поздно, чем никогда. Второе, собираете лейб-драбантов, оставьте человек двадцать на охране дворца, и перекрываете вот этот мост на дороге из Вестероса, обойти его нельзя. Если получится просто сожгите, если нет, поставьте на мосту баррикаду из подручных средств. Под огонь пушек не подставляться, рассредоточиться по округе и стрелять только в крайнем случае. Думаю, что солдат, как всегда, обманом втянули в мятеж. Вам нужно просто задержать их. А я со своими гвардейцами разберусь с Уппландским полком!
– Ваше Высочество, вы уверены? У вас ведь не более полусотни человек, насколько я знаю! – с сомнением в голосе спросил Стенбок.
– Вы правы генерал, у меня тридцать гвардейцев. Этого будет более, чем достаточно! – усмехнулся я, глядя, как у Стенбока приоткрылся рот, и добавил пафоса, – Не теряйте времени, от вас зависит будущее Швеции. Да, и обеспечьте нас лошадьми!
***
До моста на Уппсальской дороге, где я планировал принять бой, было всего километров десять, поэтому торопиться мы не стали и выехали из Стокгольма на север с первыми лучами солнца. Через час мы были у моста и первоначальный осмотр местности оптимизма не прибавил. В отличии от моста через узкий фьорд на озере Меларен, который будет блокировать Стенбок, разрушение этого моста не станет фатальным для наступающих. Пехота спокойно преодолеет крохотный овражек, хотя для артиллерии он станет проблемой. Ну ничего, думаю, что справимся. Отправив вперед одну тройку на разведку, я собрал командиров троек и принялся составлять план боя.
На наше счастье, нам не пришлось сутки сидеть на холоде в ожидании противника. Видимо, нисколько не сомневаясь в успешности покушения, мятежники начали выдвижение полков заблаговременно. Хотя, учитывая светский образ жизни короля и пренебрежение им элементарными требованиями безопасности, такая уверенность имела под собой все основания. Вернувшиеся после полудня разведчики доложили, что полк двигается двумя батальонными колоннами, артиллерия и обоз отдельно, головного дозора нет. То, что доктор прописал.
Я с четырьмя тройками, занял позицию под мостом, а остальные бойцы охватили подковой большую поляну перед мостом. План боя был, как всегда прост. Пропускаем по мосту пехоту, отсекаем обоз и артиллерию, уничтожаем орудийную прислугу и разворачиваем орудия в боевое положение. В это время, остальные начинают геноцид офицерского состава, без которого можно будет переубедить солдат прекратить мятеж, подкрепив наши слова мощью артиллерии. Как говорится, к доброму слову и пистолету прислушиваются намного внимательнее, чем просто к доброму слову.
Тринадцать Галилов, выпуская по пуле каждые две-три секунды, меньше чем за полминуты оставили на дороге полсотни трупов обозников и артиллеристов. Следом за нами, открыли огонь по офицерам остальные бойцы, остававшиеся в невидимости для шведов. В батальонах начиналась паника. В это время моя группа уже подкатила пару пушек ближе к мосту и принялась их заряжать. А первый холостой выстрел из пушки будет сигналом для временного прекращения огня с нашей стороны и начала переговоров.
К чести шведов, оставшиеся командиры смогли восстановить дисциплину и построить полк в два батальонных каре, замерших в непонимании, что же им дальше делать. Дав команду на холостой выстрел, я вышел на мост и прокричал:
– Храбрые шведские солдаты, я герцог Курляндии, зять короля Густава Третьего. Я предлагаю вам прекратить мятеж и вернуться в казармы. Сегодня произошла попытка государственного переворота, но у заговорщиков ничего не вышло. Генерал Пеклин и другие заговорщики схвачены!
Я специально не стал ничего говорить про короля. Врать не хотелось, а правду говорить было чревато, поэтому попытался обойтись общими фразами. Через некоторое время от ближнего к нам каре отделилась фигура офицера и пройдя метров десять остановилась в нерешительности.
Махнув ему рукой, я крикнул:
– Офицер, подойдите ближе. Я не собираюсь все время орать и обещаю вам полную безопасность. Если бы я хотел вас убить, вы были бы уже мертвы!
Подумав несколько секунд, офицер подошел ко мне и козырнул:
– Лейтенант Шлиппенбах. Откуда мне знать, что вы не лжете. Про генерала Пеклина все знают, что он противник короля!
– Вас следовало бы наказать за неучтивость лейтенант, – устало вздохнул я, – но сделаю скидку на ваше волнение. Такие фамилии, как капитаны Таубе и Анкарстрём или лейтенанты Энглунд и Дальберг вам ни о чем не говорят? Или их тоже каждая собака в Стокгольме знает?
Офицер поменялся в лице, услышав знакомые фамилии, и убитым голосом спросил:
– Что вы предлагаете, Ваше Высочество!
– Просто верните полк в казармы. Против артиллерии и моих гвардейцев у вас шансов нет, хватит на сегодня смертей. Что касается всего остального, с этим пусть следствие разбирается. Кстати, где ваш командир полка? – поинтересовался я.
– Заперт в полковом карцере, Ваше Высочество!
***
Составив ружья в пирамиды и оставив возле них небольшой караул, полк проследовал обратно в Уппсалу, а мы, уничтожив орудия, проследовали за ними на небольшом отдалении. Как говориться, доверяй, но проверяй. Прибыв в расположение полка, я переговорил с освобожденным из карцера командиром полка и мы отправились обратно в Стокгольм. Кажется, с мятежом разобрались, но
