Если же не хочешь терять товар, то конечно можешь попытаться успеть преодолеть перевал. Но тогда есть шанс не успеть уйти и попасть в метель. В лучшем случае она будет обычной и ничего не случиться. В худшем — бандиты заберут товар уже у замерших насмерть трупов.
Короче, место действительно стратегически важное, но бандиты всё портят и ключевым элементом является таверна. Даже если просто ты хочешь отдохнуть не на морозе и съесть горячего, она остаётся единственным местом для тебя.
Не надо гадать, какой квест выдала Клирия, если у меня возникнет желание, как она выразилась: «посеять смерть, страх и ужас». Предположу, что если Клирия решила предложить мне заняться этим, то там ничего страшного нет и мы их без проблем вырежем. Или же она понимает, что прятаться за юбкой всегда я не смогу, и мне надо научиться действительно уметь разбираться с проблемами в условиях смертельной опасности, раз уж качаться отправила.
Но это я умею лучше всего.
Какой нам прок от этого, если вся пошлина идёт в столицу? Тут даже я допёр без объяснений.
Причины было две — таверна и бонусы.
Бонусы от того, что мы откроем ещё один путь, который даст довольно большой приток денег. Столица естественно заинтересуется этим, так как будет выгоднее вести товары через перевал, а не через зверолюдов, а это огромные доходы с пошлин. Взамен мы можем попросить за это значительные поблажки.
Таверна. А это уже интереснее — горы ведь никому не принадлежат. А эта таверна является единственным местом, где можно переждать озверевшего Деда Мороза, который устраивает нереальную морозную анальную кару непослушным ублюдкам. И как следствие, она является единственным местом, где смогут остановиться люди даже просто, чтоб отдохнуть. А кто контролирует её, тот контролирует дорогу.
Другими словами, нам и бонусы от правительства, и своеобразный налог за пользование дорогой. За соседнюю страну можно не волноваться — раз уж они до этого не спохватились, то значит у них действительно не до этого.
Мы были в походе уже несколько дней. А может даже недель. Более точно сказать я не могу, так как мне вообще не до этого. Я засыпал без задних ног и просыпался, зная, что день будет весёлым. Можно ответственно заявить, что вкалывал я больше всей нашей группы вместе взятой.
Ухтунг и Мамонта конкретно взялись за меня, обучая каждый тому, что сам лучше знает. Начиная от того, как охотиться и что можно жрать, чтоб не сдохнуть, и заканчивая тем, почему нельзя вытирать жопу листочками с таким бархатным покрытием (оказывается, что это маленькие ворсинки с ядом и жопа потом волдырями покроется).
Группой поддержки мне служит орава баб, которая весело и задорно поддерживает меня в начинаниях. К примеру, когда я первый раз охотился на кабанчика, это выглядело следующим образом.
— Давай! Мочи его!
— Тыкай его палкой! Давай в глаза!
— Сбоку обходи его, с боку!
— Сильнее! Сильнее бей!
— Аккуратнее! Он побеждённых противников может изнасиловать!
Ну ещё хряк меня не ебал.
Я даже не мог бросить злобного взгляда на них в тот момент, так как был слишком занят кабанчиком, которого поймал и привязал к дереву на верёвку Ухтунг, чтоб тот не убежал. Он с Мамонтой внимательно смотрели на меня, словно оценивая мои навыки, пока этот сраный кабан гонял меня как пуганного по кругу.
— Отвратительно, — прокомментировала Мамонта.
— Слабак, — рыкнул Ухтунг.
— Не хватает скорости. Не стой на месте, всегда держи колени слегка присогнутыми, чтоб быть готовым отпрыгнуть.
— Сил мало. Бей чаще, нанося раны. Не умрёт кабан от одного удара, ослабят его много маленьких ударов и дадут возможно тебе дело закончить.
И всё в таком духе.
Девушки, сопровождавшие нас, неплохо так развлекались, окружив поле боя и подбадривая меня, а Мамонта с Ухтунгом иногда показывали свои особые способности. Например, Мамонта показала довольно странный приём, когда, раскрутив копьё в руке, она одной рукой неведомым образом смогла проткнуть кабана снизу-вверх.
В тот день я смог убить кабанчика и меня поздравили с удачной охотой бурными дружными овациями и криками. А вечером меня учили, что можно жрать в нём, что нельзя, как это готовить или есть сырым при необходимости.
Надо сказать, что это было даже приятно, оказаться в такой компании, где все весело проводят время, поддерживают и подбадривают тебя. Я даже почувствовал к ним какую-то симпатию, от того, насколько это выглядело приятно — словно поход с друзьями.
Но я и не забывал, что все они отморозки и убийцы. Сегодня они мне рады, завтра меня убьют. Поэтому, даже при такой обстановке, я всё равно не тешил себя иллюзиями на счёт этого. Я веселился вместе с ними, когда была сила после тренировки, но был готов пробить пиздюлей при малейшей провинности.
В тот момент я бросил прощальный взгляд на свою вполне обычную стату, понимая, что скоро мне её подправят, причём конкретно.
Имя: Патрик
Фамилия: Козявкеев.
Возраст: 23
Раса: человек.
Уровень: 25.
«Параметры»
Сила — 28.
Ловкость — 31.
Выносливость — 27.
Здоровье — 29.
Мана — 24.
Интуиция — 33.
«Дополнительные параметры»
Рукопашный бой — 14.
Одноручное оружие — 34.
Двуручное оружие — 10.
Оружие дальнего боя — 26.
Лёгкая броня — 15.
Устойчивость к ядам и токсинам — 50.
Устойчивость к болезням и заражениям — 50.
Медицина — 12.
Рукоделие — 16.
Взлом — 4.
Охота — 9.
Шитьё — 5.
Торговля — 20.
Красноречие — 30.
Верховая езда — 11.
Скрытность — 17.
Не ахти что, но это я собрал за то время, что путешествовал здесь. А ведь в самом начале у меня было всё совершенно иначе. Я даже помню, как.
Сила — 2.
Ловкость — 7.
Выносливость — 2.
Здоровье — 1.
Мана — 0.
Интуиция — 10.
И всё. Даже дополнительных параметров не было. А сейчас вон как вырос, причём сам. Многие на это жизнь убивают, а я всего за несколько месяцев поднялся. И сейчас меня поднимут ещё сильнее.
Вот так проходили мои весёлые дни до момента, как мы поднялись выше. Здесь уже шёл снег и пусть было не очень холодно, мы сразу укутались в тёплую одежду.
— Всегда, абсолютно всегда одевайся так, словно готовишься к худшему стечению погодных условий, если только это тебе не мешает, — наставляла меня хрипло Мамонта.
— Ноги беречь должен. Всегда в сухости быть должны они, — прорычал Ухтунг. — Обмотал тряпками и в сапог. Намокли, обмотал другой стороной.
— А если и они намокли?
— Если и они намокли, засунул под одежду к телу и намотал новые тряпки. Пока те промокнут, эти на теле высохнут.
— А ещё не ешь жёлтый снег! — сказала одна из девок и рассмеялась вместе с остальными.
Кроме одной — та вопросительно на всех посмотрела.
— А почему?
— Нет, ты-то можешь есть, — похлопала её по плечу подруга. — Он полон полезных веществ, которые могут тебе помочь.
— Да-а-а? — протянула та вопросительно.
О боже, не говори, что ты поверила.
— Да-да, — подключилась другая и с совершенно серьёзным видом начала учить ту уму-разуму. — Он полезен, но найти его очень сложно. Как увидишь, сразу ешь, не пожалеешь.
— Лучше заглатывай, не прожёвывая, — уже советовала с умным лицом третья.
И так они начали убеждать её, что жрать жёлтый снег не только можно, но и нужно. И чем больше, тем лучше.
Я не знаю, что хуже: то, что те разводят её как последнюю лохушку или то, что та конкретно ведётся. Ещё хуже всего этого то, что они так и не признаются, что за жёлтый снег такой это и почему его не стоит есть. Я уже насмотрелся на их шутки, и они были довольно жёсткими.
— Нельзя жрать жёлтый снег, — вмешался я, понимая, что эта лохушка, увидя его, обязательно сожрёт, и её никто не остановит. — Он жёлтый оттого, что на него поссали.
Её лицо вытянулось, после чего она посмотрела на своих подруг. Те буквально давились смехом, стараясь не заржать во весь голос.
