были слишком сложные, чтобы я мог их описать. Мне нужно было это все переварить.
— Она об этом знает? — спросил я.
— Да, — сказал Романов, а затем откинулся на спинку стула, размял плечи и встал. — Может быть, все-таки хочешь чая?
— Давайте, — на этот раз согласился я, так как почувствовал, что в горле пересохло.
Спустя пару минут он поставил передо мной чашку с горячим ароматным чаем и вновь сел на свое место. Похоже это было особой традицией черного кабинета, когда чай здесь готовил именно Романов.
— Спрашивай, что еще хочешь знать перед тем, как начнем говорить о деле, — сказал он. — Мне кажется, у тебя еще есть вопросы.
Он угадал. У меня было еще много вопросов. Я хотел узнать кое-что про турнир, рассказать ему про Золотова, поблагодарить за «Берестянку» и еще что-то… Надо будет только вспомнить, что именно… Но все это могло подождать. На самый важный вопрос я ответ получил.
— Конечно есть, — кивнул я и отодвинул вазу с конфетами подальше от себя. — Но их я могу задать и потом. Если вы разрешите, конечно.
— Разрешу, — ответил он. — Я дам тебе для этого время. Теперь слушай зачем я тебя позвал. Готов?
Я молча кивнул в ответ и сделал маленький глоток чая.
— Ты помнишь свой первый экзамен? — спросил он.
— Конечно, — ответил я. — Я должен был избавить от проклятья князя Романа Федоровича Малиновского. Когда-то он был другом вашего отца, а потом вы с ним поссорились и проклятье было наложено на него по вашему приказу.
— Все верно, — сказал Император. — У тебя хорошая память, Темников. Молодец. С такими способностями не удивлюсь, если ты вспомнишь как выглядел его дом.
— Вот это вряд ли, — честно признался я. — Но зато помню, что у него очень красивая дочь. Алена, по-моему…
В ответ на мои слова все кроме меня дружно рассмеялись. Больше всех хохотал Александр Николаевич, у которого от смеха накатились слезы на глаза.
— Да, девчонка хороша, тут я с тобой согласен, — сказал он, вытирая слезы белоснежным носовым платком. — Я давно заметил, что у тебя хороший вкус по женской части.
Вот это мне было неизвестно, так что я лишь пожал плечами в ответ на его слова. Романову понадобилась еще минута, чтобы он окончательно успокоился, сделал несколько глотков чая из своей чашки и вновь вернулся к разговору.
— Пришло время твоего второго экзамена, виконт, — сказал он. — Мне нужно будет, чтобы ты через некрослой проник в дом и уничтожил один проклятый артефакт. При условии, что ты его там обнаружишь.
В этот момент Император бросил взгляд на Черткова, который мрачно смотрел на горящий огонь в камине.
— Александр Григорьевич говорит, что ты уже в силах самостоятельно справляться с такими вещами, — слова Романова прозвучали скорее как вопрос.
— Так и есть, — сказал наставник, затем отвлекся от камина и посмотрел на меня. — Он готов ко второму экзамену, так что пусть понемногу привыкает работать сам.
— Значит так тому и быть, — Александр Николаевич вновь повернулся ко мне, долго смотрел, как будто окончательно принимал для себя какое-то непростое решение, а затем продолжил: — Только перед этим у нас с тобой будет особенный разговор. Отнесись к нему серьезно, больше на эту тему мы говорить не будем.
Вот оно… Наверное об этом говорил мне Голицын…
* * *
От автора:
Дорогие читатели!
У нас появилась примерная схема «Берлоги»! По-моему, получилось неплохо. Конечно, не 100% попадание, но это максимум, которого мне удалось добиться от программы. Нашлось даже место для Люфика:) Смотрите схему в закрепленном комментарии на первой странице и в дополнительных материалах к 25 тому. Надеюсь, вам понравится:)
Глава 14
— Я начну с главного, — Романов сделал паузу и как-то странно улыбнулся. — Скажу прямо — изначально эта встреча должна была пойти немного другим путем. Я думал мы начнем беседу с тобой, а затем к нам присоединятся Чертков с Голицыным. Однако потом я решил, что буду играть с тобой с самого начала в открытую игру, иначе у нас ничего не получится.
Надо ли говорить, что пока я вообще не понимал, к чему это говорит Александр Николаевич, и что он имеет в виду? Видимо, пока нужно просто подождать, вопросы будут потом. Вполне может быть, что он и сам мне все разъяснит.
— Василий Юрьевич полагал, что для этого разговора ты еще слишком молод, твой наставник считал ровно наоборот… — Император посмотрел на Дракона, а затем на старика. Оба они делали вид, что всецело увлечены созерцанием огня в камине. — Я же думаю, что конкретно в твоем случае время пришло. Ты гораздо смышленее молодых людей твоего возраста. Поэтому, если не сделать этого сейчас, то потом может быть слишком поздно. Судя по твоему лицу, ты хочешь спросить, о чем это я?
— Вообще-то да… — честно признался я и поерзал на стуле, который в этот момент показался мне еще неудобнее, чем он был на самом деле.
— По большей части будем говорить о твоем втором экзамене, однако перед тем как ты дашь мне согласие на участие в нем, я хочу тебе кое-что сказать, — он нахмурился. — Кое-что важное. От этого, отчасти, зависят наши с тобой взаимоотношения в будущем.
После этих слов я почувствовал, как у меня мгновенно вспотели ладони, а к горлу подкатил комок.
— Скажи, Максим, тебя все устраивает на данный момент? — неожиданно спросил Александр Николаевич. — Я имею в виду мое отношение к тебе. Возможно, ты считаешь, что тебя недооценивают?
К чему это он? Зараза… Терпеть не могу такие вот разговоры. Куда проще общаться с Нарышкиным, когда можно сказать практически все что ты думаешь и примерно то же услышать в ответ. Здесь же… Вопросы с двойным дном и непонятным истинным смыслом.
— Говори как есть, мой мальчик, — посоветовал мне в этот момент Дориан. — Я думаю, в данный момент от тебя ожидают именно этого.
— Все устраивает, Ваше Императорское Величество, — честно ответил я, решив, что совет Мора самый верный. — Даже более чем. Отдельное спасибо вам за «Берестянку», классное поместье. Мне там очень понравилось.
— Рад, что тебе понравилось, —
