Гриша, весело же с тобой, как всегда!
– Это точно, не соскучишься, – хмыкнул я.
– Что с Поляковым делать будем? Надо бы тёпленьким его брать, пока не в курсе.
– Надо бы, да только тут Барышеву решать. Что скажет, то и сделаем.
Пока я контролировал Шешеню, Осип сходил на улицу. Там нас ждали Блинов и его команда, конвоировавшая арестованных. Труп Чупахина сразу повезли в морг.
Больше всего на свете мне хотелось сгонять домой, обнять и успокоить мох любимых женщин… Я мечтательно улыбнулся.
Ничего, недолго осталось.
По-хорошему, кроме Полякова стоило бы сразу брать за жабры и его покровителя – Зубцова, но сперва надо, чтобы против него дали показания. Всё-таки этот гадёныш в подкомиссии по чистке рядов сидит. Могут подумать, что в угро с ним сводят счёты.
Ладно, на то и есть начальство, чтобы заниматься подобными вопросами. А я и без того выполнил и перевыполнил недельную норму по ловле бандитов. Пора бы дать и другим проявить себя. Пусть побегают!
Глава 28
Хлопок двери был похож на винтовочный выстрел. Вслед за ним в здание ворвался Барышев. Ничто не говорило о том, что его совсем недавно разбудил наш звонок. Начальник угро был бод и свеж, вдобавок успел побриться, и от него за версту пахло одеколоном.
Меня он не сразу заметил, его взгляд остановился на Осипе.
– Ну, что у вас произошло?
И тут Барышев увидел меня. Его губы расплылись в довольной усмешке.
– Бодров… Сам решил сдаться? Ну что ж, правильное решение. Суд это учтёт.
– Не будет суда, товарищ Барышев, – спокойно произнёс я.
– Да ну?
– Так и есть, Дмитрий Михайлович. Бодров дело говорит, – вмешался Осип.
– Интересно – почему?
– Бодрова подставили.
– И у вас есть доказательства?
– Доказательств у нас полно.
Присутствовавший при разговоре Блинов кивнул.
– Дима, всё так, как говорит Осип.
– А ты откуда здесь взялся? – удивился Барышев.
– Я? Помогал восстанавливать справедливость и закон.
– Здорово! Все значит восстанавливают справедливость и закон, а начальник угро об этот ни слухом ни духом!
– Дима. Не горячись, – попросил Блинов. – Лучше выслушай ребят. Поверь, оно того стоит.
Рассказ, подкреплённый большим количеством свидетелей и задержанными бандитами, не мог не убедить Барышева.
– Поляков – сволочь! – сказал он, сжав кулаки. – Федя…
– Я, – отозвался Блинов.
– Бери своих бойцов и поезжай на адрес Полякова. Я тебе его продиктую.
– Есть!
– Шор!
– Слушаю, Дмитрий Михайлович.
– С тебя до утра снять показания со всех арестованных. Как закончишь, сдаёшь все материалы мне и идёшь спать. На службу разрешаю прийти часам к двум после полудня.
– Сделаем, товарищ начальник! Только…
– Что «только», – нахмурился Барышев.
– Есть подозрения, что Полякова покрывал Зубцов. Как с ним быть?
– Зубцова мне так просто не отдадут. Нужно хоть что-то, за что можно было бы зацепиться. Пока оснований для задержания Зубцова нет. Ещё вопросы?
– Вопросов больше нет, Дмитрий Михайлович.
– Отлично. Выполняй, Осип.
Внимание Барышева переключилось на меня. Я ощутил теплоту в его взгляде.
– Товарищ Бодров, приношу вам от лица всего одесского уголовного розыска извинения!
Я смущённо улыбнулся.
– Спасибо, товарищ начальник. Не стоит оно того…
– Стоит, Григорий! Мы обязаны ценить своих людей!
Он протянул мне руку.
– Спасибо, товарищ Бодров, что помогли разоблачить предателей в наших рядах. Вы проявили себя как настоящий сотрудник уголовного розыска!
Его рукопожатие было твёрдым и сильным.
– Вы ведь несколько дней не были дома?
– Так точно, товарищ начальник.
– Тогда пусть товарищ Шор снимет с вас показания, и можете ступать домой. Завтра у вас заслуженный выходной.
– А как же…
– Это приказ, Бодров! Вы своё дело сделали, дальше наш черёд, – несмотря на твёрдый, не терпящий возражений тон Барышева, на его лица была улыбка.
Бюрократические процедуры не заняли много времени. Подписав протокол, я простился с Осипом, которому предстояло пробыть в стенах уголовного розыска как минимум до утра, я сел в служебный экипаж, выделенный по такому случаю Барышевым, и поехал на нём домой.
Стоило переступить порог квартиры, как плачущая Настя повисла у меня на шее. А рядом стояла и улыбалась сквозь слёзы Степановна.
– Всё в порядке, мои дорогие! – с нежностью произнёс я. – У меня всё получилось.
Этой ночью Настя была особенно страстна со мной, заснули мы почти под утро, глубоко уставшие, но очень счастливые.
Утром после завтрака мы отправились по магазинам. Жена, как и большинство женщин, с удовольствием окунулась в увлекательный мир «шоппинга», а я легко тратил червонцы. Настя, умничка, отыскала их в укромном месте, про которое я ей рассказал.
Мы пробежались по модным лавкам, накупив кучу обновок и уйму просто необходимых в хозяйстве вещей. Я обзавёлся неплохим костюмом, правда, его было нужно чуток ушить. Еврей-портной в очках попросил, чтобы мы зашли за костюмом часика через два, и я потащил Настю обмывать покупки в кафе.
Вечером с последними новостями обещался заглянуть Шор. К его приходу женщины успели накрыть стол, украсив его деликатесами, приобретёнными в нэпманском магазине. Насте и Степановне помогала наша соседка.
Меня же, не спрашивая моего согласия, отправили на улицу, так сказать, нагулять аппетит.
И я с удовольствием шатался по проспектам не утратившей красоту имперского величия Одессы, дышал свежим морским воздухам и радовался приближению летнего тепла.
Осип явился в семь вечера. Пришёл не с пустыми руками, поставив на стол бутылку шампанского.
– Гуляем! – радостно сказал он.
– А что – есть с чего гулять? – усмехнулся я.
– Ты ещё спрашиваешь?! Да после тебя у нас такой кордебалет начался – мама, не горюй! Но! – он сделал паузу. – Детали потом. И да – первый тост с меня, и, конечно, он будет за прекрасных дам, которые украшают сегодня наш стол! Гриша, чего застыл как истукан – давай, открывай шампанское, так чтобы пробка в полоток и разливай по бокалам!
– У нас нет бокалов для шампанского, – покраснела Настя.
– У меня есть, – сказала Анна Эммануиловна, поднялась и сходила к себе.
Вернулась соседка с пятью фужерами на высоких тонких ножках.
– Вот. Осталось ещё с той жизни, когда я много пела и гастролировала.
– Анна Эммануиловна, да вы просто наше спасение! Дайте я вас расцелую! – Осип с удовольствием поцеловал женщину в щёку.
Я откупорил шампанское именно таким способом, о котором он просил. Пробка вылетела из бутылки как ядро из пушки с громким хлопком, фонтаном потекла пенистая жидкость.
Мы разлили вино по бокалам.
– Как и обещано: первый тост за прекрасных дам! За вас Анастасия, Степановна и Анна Эммануиловна! – смеясь, воскликнул Осип.
– За вас! – улыбнулся я, не сводя глаз с Насти, а
